Кредо Волчицы. Под светом Отца-Солнце

Глава 6.8

– С этого дня револьвер – не просто твоё оружие, – медленно, вкладывая вес в каждое слово, произнёс охотник, – Это твоя честь, Деница. Твоя жизнь. И твоя смерть. Потому что ты умрёшь, если такова будет цена за его сохранение. Умрёшь, но не выпустишь его из рук. Ты точно это поняла? Пути обратно уже не будет.

– Не хочешь со мной возиться, так и скажи. Иначе зачем всё время предлагаешь мне сдаться? – сперва дерзко хмыкнула я, однако тут же заметила, как резко потемнел взгляд моего наставника, и тут же вынудила себя исправиться: – Я всё поняла. Без револьвера меня больше не существует. Обещаю тебе, что не потеряю его. Как и кольцо твоей матери.

Серьёзные, высказанные глаза в глаза слова о том, что я не забыла о его вчерашней просьбе, подействовали на Раду, словно чудеса из сказок для малых Волчат. Мужской взгляд немедленно прояснился, и охотник даже улыбнулся мне в ответ, после чего кивнул и отнял обе ладони от моей, позволяя наконец-то поднести к себе и аккуратно оценить выданное мне снаряжение.

Этот револьвер оказался и в самом деле куда менее затейливым, нежели оружие Раду и многих других охотников, чьи пули прежде прошивали мою шкуру огненными всполохами в ночной тиши. Он выглядел совсем новым, по весу напоминал сердце небольшого оленя и не обладал никакими отличительными признаками, кроме того самого номера на рукояти, который, видимо, по документам общества теперь ассоциировался со мной. А ещё этот револьвер отчего-то заставил меня вспомнить об искусственной руке Драгана, которую мне впервые довелось увидеть вчерашним вечером.

Возможно, потому, что этот вспомогательный механизм служил охотникам такой же заменой естественно острых клыков, унаследованных Волками от Матери. Хотя и, к сожалению, бесспорно более эффективной, нежели безжизненная конечность младшего Матея.

– Убери палец со спускового крючка, – предупредительно рыкнул на меня Раду, стоило мне только неосторожно шевельнуть кончиком пальца под рукоять.

Я почти неосознанно выполнила строгое указание мужчины и в очередной раз покрылась гаденькими настороженными мурашками, поскольку всё это время была уверена, будто мой наставник всецело увлёкся заменой почти уничтоженного краской полотна на мишени и совсем не следил за тем, как я рассматривала новое продолжение своей человеческой руки.

Убедившись, что я послушно вернула все пальцы на рукоять и даже не заикнулась о его резкости, охотник будто смягчился и сделал попытку разъяснить:

– Это револьвер двойного действия, поэтому для выстрела не нужно предварительно жать на курок. Работает не так точно, как одинарные, зато быстро, что нам на руку. В общем, если надавишь на крючок достаточно сильно – сразу же выстрелишь.

Едва ли моё лицо хотя бы попыталось изобразить на себе осознание описанного Раду механизма, поскольку тот сразу глубоко вздохнул и дополнил:

– Потом прочитаю тебе отдельную лекцию о револьверах. А сейчас запомни два правила. Первое: никогда не держи палец на крючке, если не собираешься выстрелить. Даже если идёшь по лесу, и волколак может выпрыгнуть на тебя в любую секунду. Можешь держать палец рядом, но ни в коем случае не на самом крючке. Хоть раз увижу – посажу на весь день выписывать это правило, чтобы лучше запомнилось.

Словно спиной почувствовав понимающее моргание, мой наставник удовлетворённо кивнул, а затем, как раз в этот самый момент завершив прикреплять на мишени новое полотно, слегка отошёл в сторону и повернулся обратно ко мне. Тем самым позволяя мне изучить взглядом уже несколько иное изображение моего сородича, теперь застывшего в другой, но неизменно агрессивной позе, с отмеченными поверх его фигуры ярко-красными пятнами.

– Второе правило, о котором ты всегда должна помнить: никогда, ни в коем случае не целься в людей. Даже если предполагаешь, что это волколак в облике человека, – дождавшись, пока моё внимание снова вернётся к нему, внушающе произнёс наставник, – Я, конечно, осознаю, что у нас нет иного способа выявлять волколаков, кроме как ранить их до полусмерти и заставлять неосознанно превращаться… Но если ты вдруг доведёшь до такого состояния обычного человека без разрешения Главного или Его Высочества, у тебя будут большие проблемы. Запомнила?

Я в очередной раз просто кивнула, рассудив, что второе из озвученных правил было для меня неоспоримо полезным. И сразу после этого охотник медленно, но без вчерашней безрассудной хищности начал приближаться ко мне, спокойно демонстрируя пустые, поднятые вверх ладони.

Я стояла на месте точно так же, как и вчера, не собираясь убегать от Раду только потому, что он был моим врагом, который с каждым шагом оказывался ко мне куда ближе, чем могло выдержать вопившее об опасности чувство самосохранения. Тем более мужчина с самого утра даже не пытался сделать со мной хоть что-то, способное мысленно отбросить меня в прошлую ночь. В смрадный сумрак той заброшенной, промозгло враждебной спальни, где его наглые пьяные губы дерзнули коснуться моих.

Сегодня охотник выглядел и вёл себя так, словно между нами не было вчерашнего вечера. Не было его игры со мной и не было условия, которое, по его словам, должно было доказать, что я смогла бы ему довериться. И даже сейчас, пусть он находился уже слишком близко ко мне, он всё ещё не пытался притрагиваться ко мне даже пальцем.

Хотя, кажется, всё-таки собирался.