Кредо Волчицы. Под светом Отца-Солнце

Глава 7.3

В подобных тренировках я провела ещё пару недель, а общее время моего пребывания на охотничьей территории уже начинало постепенно подходить к месяцу. Что пускай и являлось лишь половиной того срока, который предварительно отвёл на обучение мой наставник, однако всё равно выглядело паскудно долго. И откровенно мучило меня каждый вечер, стоило мне добраться до комнаты и, усевшись на кровати, вперить взгляд в незаряженный револьвер, попадания из которого, по мнению Раду, были по-прежнему недостаточно идеальны.

Повезло ещё, что большой ловкости с мечом охотник решил от меня не требовать. Здраво оценив все мои преимущества и начальные навыки, мужчина куда больше времени уделял тренировкам с револьвером, и притом сам часто ассистировал мне с клинком, «добивая» атаковавшие нас мишени, в которые я, по его мнению, попадала достаточно точно. Упражнениям же с мечом в моём расписании на день отводился едва ли час, в течение которого я в основном училась одним движением перерубать головы муляжей. Одновременно с этим наблюдая, как Росана не в пример искусней меня крутила пируэты вокруг своих мишеней, управляясь с клинком столь изящно и почти танцевально, что способна была запутать любого Волка, не ожидавшего от охотника подобной тактики.

Впрочем, не только мы с соседкой по дому занимались во дворе охотничьего чертога. Вокруг нас постоянно суетились другие новобранцы и их наставники, и прав оказался мой отец, когда предположил, что Волку здесь было бы не в пример сложнее Волчицы: мужчины-новички, в отличие от женщин, почти всюду ходили строем, ночевали, как я знала, всей толпой в казарме на территории чертога, а свободное время посвящали или уборке, или готовке на общей кухне.

С одной стороны, такая большая численность новобранцев, даже несмотря на проведённый отсев, заставляла меня нервно скрежетать зубами всякий раз, когда после их тренировок я окидывала взглядом проделанные в мишенях отверстия. С другой стороны, она отчасти даже сыграла мне на лапу, ведь всю эту толпу теперь ещё нужно было обучить, и оттого выходы уже опытных ванов в лес, по моим ощущениям, сделались куда более скудными: хоть частота их вылазок совершенно не поредела, зато количество охотников в них упало в разы. И это означало, что оставшихся в моей стае воинов должно было хватить на то, чтобы по меньшей мере удерживать наших врагов подальше от деревни в ночь новолуния. А я в итоге получила чуть больше времени, чем мы с вожаком ожидали, чтобы добраться до Волкодава.

Подобно другим охотникам, Раду тоже некоторыми ночами покидал дом. И так как одет он был почти всегда одинаково, заранее никогда невозможно было определить, отправлялся ли он на вылазку или куда-то ещё. Тем более что уходил он всегда безмолвно, ни с кем не прощаясь и тем самым словно обещая вернуться.

Порой он появлялся на пороге только под утро или даже через целые сутки, почти сразу заваливаясь спать и едва успевая выдать мне указания по поводу следующей тренировки. И в такие дни мне даже не нужен был мой Волчий нос, чтобы почувствовать, как сильно от него пахло свежей хвоей, туманом, смолой и немного – порохом. А значит – и отнятыми жизнями моих собратьев.

В другие же дни охотник возвращался в клановую обитель той же ночью, ещё при свете ранней луны. И тогда вокруг него будто бы даже через закрытые двери щедро распространялся запах крепкого алкоголя и женских духов: каждый раз – разных, но неизменно зловонных, пускай и, по утверждению Росаны, не худших из тех, что витали над глубоко спящим городом.

Сегодня Раду, как это бывало прежде, вернулся домой в самое биение сердца ночи. Сперва о его появлении меня настойчиво оповестил хлопок входной двери, который гулко разнёсся на всё жилище клана Матей и немедленно заставил меня сбросить и без того чуткий сон. Открыв глаза, однако пока не отрывая головы от подушки, я прислушалась к окружавшей меня тишине, ожидая услышать привычные пружинисто-расслабленные мужские шаги, ведущие не то в гостиную, не то в ванную, смотря какое настроение подарили охотнику.

Однако в этот раз всё случилось совсем не так, нежели я успела привыкнуть. Ведь сразу за хлопком двери внизу раздался суетливый бег женских ног, довольно быстро оборвавшийся испуганным восклицанием:

– Раду! Это что, кровь?

Я приподнялась на локте и уже с куда большим любопытством прислушалась к развернувшемуся на первом этаже разговору. Конечно, то, что Росана в столь поздний час была ещё не постели, меня вовсе не удивило, ведь эта девушка никогда не засыпала прежде, чем дожидалась возвращения своего близнеца, который, так уж совпало, накануне тоже покинул дом. А вот слова о возможной крови на Раду прозвучали для меня весьма интригующе и отчасти даже настораживающе, учитывая, как много дней я провела буквально бок о бок с этим охотником среди бесконечно нападавших на нас тренировочных механизмов. И потому теперь лишь с большим трудом могла вообразить того Волка, который оставил на моём наставнике кровавую отметину… С сожалением признавая, что вряд ли на это был способен кто-то из воинов моей стаи.

Впрочем, если подумать, едва ли мне сейчас следовало испытывать именно сожаление, а не облегчение или даже радость. Ведь соперник Раду в этом поединке теперь уже явно был мёртв. А воинов в моей стае и без того оставалось мало…

– Чего ты сразу так переживаешь, сестрёнка? – тем временем с подчёркнутой неестественностью усмехнулся внизу охотник, будто бы уворачиваясь от заботливой атаки Росаны, – Это варенье. Брусничное. Я просто неудачно перекусил, пока шёл до дома.

– Варенье, – ничуть не поверив в оправдание брата, фыркнула девушка, не сбавляя своего натиска, – Может быть, я быстро сбегаю за врачом?