Крейзи Бум

Глава 4. Судный день и цена отказа

Часть 1: Вердикт под золотой защитой

Белизна рассеялась, сменившись тяжелым, прохладным полумраком. Воздух пах старым деревом, воском и несвежей пылью. Сергей стоял на ногах, уже не падая, как в первый раз. Его тело запоминало правила телепортации. Над его виском по-прежнему мерцал золотой ободок новичка — семьдесят два часа защиты ещё не истекли. Эта мысль была единственным утешением.

Он был в огромном зале суда, стилизованном под что-то готическое и нелепо-помпезное. Высокие потолки терялись в тенях, вдоль стен тянулись скамьи для публики, а в центре возвышался дубовый судейский стол. Над ним висели гербы с изображением перекошенных весов и плачущего лица.

Первым делом Сергей провёл взглядом по залу, автоматически сортируя присутствующих по светящимся ободкам. Инструкция Скорбного Звона оживала.

Зелёные ободки — местные — занимали первые ряды. Вот вампир с бледной кожей и клыками в строгом костюме; вот пара большеглазых эльфов с перламутровой кожей и острыми ушами; а вот мужчина, чьи руки и лицо были покрыты живой древесной корой, а в волосах — сплетения сухих листьев и мха — друид. Рядом сидел приземистый, бородатый гном в очках, что-то быстро записывающий на пергаменте. На отдельной скамье, гордо выгнув шею, восседал кентавр в накидке, его копыта терпеливо били дробь по каменному полу. Их взгляды были холодными, оценивающими.

Синие ободки, как у него, Лизы и Димы, кучковались у задних скамей, выглядя растерянно. В самом тёмном углу, почти невидимые, сидели несколько фигур с тусклыми, пепельными серыми ободками. Рабы. Мелькнуло пара ярких жёлтых ободков — старожилы или отмеченные системой.

В углу его зрения всплыла едва заметная иконка — стилизованный глаз с цифрой «сто двадцать семь». Зрители стрима уже настраивались на шоу.

Внезапно в зале воцарилась гробовая тишина. Из-за судейского стола поднялась фигура. Судья Иви.

Это была не женщина, а существо. Высокая, почти двухметровая, в чёрной, обтягивающей тело мантии, расшитой серебряной паутиной. Её лицо было узким, с высокими скулами и кожей оттенка старой слоновой кости. Из гладко зачесанных тёмно-багровых волос торчали два коротких, изогнутых, как у горного барана, чёрных рога. Но главное — её глаза. Они были огромными, миндалевидными, с вертикальными зрачками, как у кошки, и светились холодным, ядовито-жёлтым светом изнутри. Её уши были заострёнными, чуть длиннее человеческих, а пальцы длинных, изящных рук заканчивались острыми, фиолетовыми когтями. Над её головой не было ободка игрока. Вместо этого парил чёткий, леденящий душу символ перекошенных весов.

Администратор уровня. Абсолютная власть в этих стенах.

— Слушается дело номер… да какая разница, — её голос был низким, бархатистым, но в нём сквозила ледяная сталь, словно он принадлежал хищнику, научившемуся говорить. Вертикальные зрачки сузились, медленно скользнув по залу. — Встать. Судебный процесс по делу «Свинья против Волшебного Леса» начинается.

На голографических экранах позади неё возникли имена. Сергей увидел своё: «Серый» – Обвиняемый. Рядом — «Дима» – Свидетель обвинения. Лису Лизу определили как «Лиза» – Присяжный заседатель.

«Раскидали по ролям. Мы просто игрушки для её спектакля», — холодно констатировал разум Сергея.

— Обвиняемый, — светящиеся жёлтые глаза Иви уставились прямо на него, и он почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Вам вменяется хищение волшебных трюфелей с угодий седьмого уровня, принадлежащих Лепрекону Мак-Крику. Вину признаёте?

Седьмой уровень? Лепрекон? Обвинение было настолько абсурдным, что его абсурдность сама по себе была угрозой.

— Я впервые на втором уровне. Как я мог что-то украсть на седьмом?
— Вопросы задаёт суд! Незнание закона не освобождает от ответственности. — Её когтистый палец постучал по столу. — Обвинение, ваши доказательства.

Из рядов поднялся вампир с зелёным ободком. Он подошёл к трибуне со скользящей, излишне грациозной походкой.
— Уважаемый Суд. Системный лог уровня два фиксирует аномальное перемещение частиц волшебных спор в инвентарь обвиняемого в момент его прибытия. Прямая улика. Кроме того, — вампир брезгливо сморщил нос, — его аура режет обоняние. Для существ с утончённым восприятием, таких как я, это причиняет моральный ущерб.

В зале раздался сдержанный, но отчётливый смешок среди зелёных ободков. Цифра зрителей в углу зрения Сергея подпрыгнула до ста пятидесяти шести. Конфликт — это зрелищно.
— Свидетель обвинения, подтверждаете ли вы показания? — Иви повернула свою кошачью голову к Диме.

Тот побледнел, его синий ободок затрепетал, как пламя на ветру.
— Я… мы просто пришли вместе из предыдущего уровня… я ничего не видел… я не знаю…
— Свидетель уклоняется от прямого ответа. Это может быть расценено как соучастие, — с мрачным удовольствием заключил вампир.
— Защита? — Светящиеся глаза впились в Сергея снова, и в этом взгляде была хищная пустота, готовая поглотить любое оправдание.

Это был спектакль. Предвзятый и несправедливый. Нужно было играть не по законам логики, а по её правилам. «Ублажайте, обманывайте, подкупайте», — вспомнились слова инструкции.

— Ваша честь, — начал Сергей, заставляя свой голос звучать твёрже, чем он себя чувствовал. — Разрешите задать вопрос представителю обвинения? Вы ссылаетесь на системный лог. Но если я, как вы слышали, только что прибыл на второй уровень, каким физически возможным образом в моём инвентаре могли оказаться споры с седьмого? Разве система не изолирует уровни? Или, быть может, существуют способы… подбросить улики, используя определённые дыры в её алгоритмах? Дыры, о которых знают некоторые опытные… местные игроки?

В зале пронёсся возбуждённый шёпот. Несколько жёлтых ободков выпрямились, проявив интерес. Вампир сузил глаза, в которых вспыхнули красные точки.
— Это наглые, ни на чём не основанные домыслы! Система непогрешима!
— Именно к этому я и веду, — парировал Сергей, чувствуя, как адреналин обостряет его мысли. — Если система непогрешима, то лог ошибается, и обвинение несостоятельно. Если же лог не ошибается… то это означает либо невозможное, либо умышленную подставу. Таким образом, улики являются глубоко сомнительными. Но я понимаю, — он сделал театральную паузу, — Суд должен вынести решение, основанное на… представленных доказательствах.