Кремль 2222 Люберцы

Глава 3

Глава 3
Муравьишки
3.1
Не смотря на то, что Владислас уже дал своё согласие, Иеремия продолжал ещё что-то говорить, так сказать, изливал душеньку, пока ратник жестом не заставил его замолчать.
За ними следили, и уже не одну минуту, а молодой, влюбленный, и безумно несчастный книжник этого абсолютно не замечал.
Владислас относился к этому абсолютно спокойно – он воин, ему подобное поведение было бы совершенно непростительно, а Иеремия – это голова, а это значит чувства. Книжник был совершенно неприспособлен к ратному делу. Впрочем, как и Владислас к науке. Это значит, что каждый из них заслуживает снисхождения, сочувствия и помощи если дело касается той сферы деятельности, которой заведовал его друг.
Поэтому Владислас спокойно, без раздражения объяснил товарищу:
- За нами следят.
- Люди? – искренне удивился книжник. Похоже, что Иеремия все ещё опасался преследования разгневанных друзей бояр.
- Нет. Муты.
Владислас имел ввиду мутантов, просто военный сленг требовал от ратника того, чтобы слова были короткими, рублеными, быстрыми. Отсюда и появлялись все эти сокращения и аббревиатуры. Лишние пару слогов в слове запросто могли вынести говорившему смертный приговор.
- Какие мутанты? – вновь выдал совершенно излишний вопрос Иеремия – если бы он был внимательнее то давно понял, что их преследуют  мураши. Нет, не те муравьи, что когда-то населяли нашу планету. Эти мутировавшие насекомые больше всего напоминали смесь термитов, муравьёв и сколопендр, притом ростом они были с добрую крысособаку (хотя добрая крысособака – это, конечно, нонсенс).
- Мураши.
- И много, - опять задал ещё один ненужный вопрос Иеремия.
- Я насчитал четверых. Самое интересное, что третьего дня наши ратники прочёсывали местность дозором и ничего  здесь не обнаружили. А теперь гляди-ка!
- Наверное, из-за наступления полей смерти муравейник мигрировал в этот район совсем недавно. А может быть это разведчики – исследуют территорию?
- Если это разведчики, то это ещё пол беды. Но если муравейник поселился в этих краях, то нам придётся несладко.
- Знаешь, Владислас, у древних была присказка: - Мурашки побежали по коже.
- Это что ещё за казнь египетская, - произнёс Владислас, хотя он понятия не имел, что означает этот Египет, и где тот находится. Просто в народной памяти остаются некоторые вещи, которые используются в разговоре без детального знания самого предмета беседы, порою полностью искажая смысл сказанного. Ну, а в том, что казнь эта весьма страшная и мучительная ратник не сомневался.
 Владисласа аж передёрнуло, и волоски на коже встали дыбом, едва он представил себе бедолагу по которому пробежал эдакий мураш. Ох, и не повезло же человеку! Мураш, бегущий по голому телу- это верная смерть. Наверняка это насекомое несколько раз успеет впрыснуть своими жвалами сильнейший  яд, ну, а тогда уже пиши пропало.
Тем временем мураши перестали таиться и уже открыто  вышли на тропу. И их было вовсе не четыре, как ранее предположил ратник, а гораздо больше. Даже беглый взгляд на насекомых говорил, что здесь их не меньше десятка.
Владислас и Иеремия продолжали идти вперёд, до тех пор, пока не были вынуждены остановиться – теперь мураши были и спереди, отсекая дорогу с отступлению.
Сомнений больше не оставалось – насекомые будут атаковать.
- Придётся принять бой, - констатировал факт Владислас, не сводя глаз со снующих, но всё ещё не приблизившихся на расстояние броска, насекомых- переростков, извлекая из-за спины бердыш.
Естественно, что название бердыш было взято для этого универсального орудия чисто условно. Поскольку различных опасных и весьма кровожадных тварей в этом пост апокалипсическом мире было хоть пруд пруди, то и орудий, которыми их можно было отогнать, или прихлопнуть, требовалось немало: одну тварь нужно рубить, другую, надёжно защищённую, прикрытую от колющих и режущих орудий крепким панцирем, пробить можно лишь кувалдой, третью ни в коем случае нельзя подпускать к себе ближе двух метров, а значит нужно тычковое оружие, длинное, как алебарда, или копьё, с пикою на конце. Но не будешь же ты таскать с собой по несколько громоздких вещей – вот и появились, благодаря старания мастеров-умельцев, универсальные орудия, ближнего, среднего и дальнего боя.
Нехитрые манипуляции - и в руках Владисласа с одно стороны мощная кувалда, с другой полумесяц лезвия секиры, а навершие орудия «украшает» трёхгранный штык.
Поскольку разгуливать в этом опасном мире без оружия считалось полнейшим моветоном, то оно было у всех и у каждого – у женщин, стариков и даже детей, которым оно давалось в руки сразу же, как только ребёнок начинал хоть немного соображать. Естественно, что оружие было и у Иеремии. Конечно, он не носил с собой столь грозного и  тяжёлого (примерно в полтора пуда) оружия, как у его товарища. Его вполне устраивало острое, как бритва, мачете.
В атаку насекомые, как по команде, рванулись все сразу. Возможно, что такая ментальная команда действительно была отдана мурашам кем-то, кто руководил атакой издалека, полностью контролируя весь процесс и каждого своего воина в отдельности. Органами приёма команд, вероятнее всего были усики, венчавшие глазастую голову с мощными челюстями жвалами.
Массовая атака, действительно была весьма эффективной тактикой – это вам не тупое зверьё, которое зачастую действует совершенно не слаженно. Кто-то, как говориться, в лес, а кто-то по дрова. Самые голодные и безумные животные бросались в атаку первыми и, естественно, первыми и погибали. После же, опьянев от запаха свежей крови, на людей бросались остальные члены клана. Если «орешек» был зверью не по зубам, то голодные монстры могли даже отступить с поля боя, для того, чтобы немного погодя схарчить своих же убитых и изрядно покалеченных представителей стаи.
Владислас был уверен, что подобный номер с мурашами не пройдёт – их не удастся повергнуть в бегство, даже истребив львиную долю их, закованных в прочный хитин, воинов. Полученный приказ они будут исполнять до самой своей гибели. Ну, или до получения нового приказа. Например, приказа расступиться и ретироваться. Однако, такого приказа пока не последовало, хоть в глубине души ратник надеялся на то, что тот непременно поступит от муравьиного предводителя, в тот момент, когда до него дойдёт, что ратник и библиотекарь весьма трудная добыча, которая скорее всего, им не по зубам. 
Ну, то есть клешням. Или жвалам.
А пока насекомые, плотным, хитиновым ковром покрывая землю, стремительно надвигались на друзей.
Понимая, что глупо стоять столбом, пока насекомые смертельной волной не захлестнут их с головой, Владислас первым бросился в атаку, тем самым создав небольшое преимущество. Его секира начала описывать вокруг молниеносные круги, образовав вокруг ратника некое подобие поля смерти, попав в действие которого насекомые теряли конечности, жвала, усики- антенны, уродливые головы.
Иеремия, в то же самое время как Владислас начал свой танец смерти, отбежал на несколько шагов в сторону, на обломки не поддающегося идентификации строения, выбрав место, где его спина была бы прикрыта мощной бетонной стеной, а фанатично агрессивные мураши могли бы нападать только по одному. Стоять рядом с ратником сейчас было весьма опасно - случайно пострадать от его секиры можно было гораздо быстрее, чем от укуса ядовитого насекомого.
Взмах отточенного до состояния опасной бритвы мачете отрубил усики-антенны у едва показавшего над плитой мураша, тот закрутился на месте, образуя сутолоку на подступах к убежищу Иеремии. Создавалось впечатление, что насекомое действительно поддерживало связь с координатором посредством  усиков, лишившись которых мураш потерял ориентацию в пространстве.
За несколько коротких секунд Владислас смог разобраться по крайней мере с пятью мурашами: кого-то совсем вывел из игры, некоторые же насекомые, лишившись лап, словно подбитые боевые роботы, потерявшие гусеницы, бестолково крутились на месте. Времени на добивание у ратника уже не оставалось – одного мимолётного взгляда в сторону друга хватило для того чтобы понять – Ерёме грозит смертельная опасность.
Не теряя драгоценных мгновений, Владислас метнулся к товарищу, нанося удары кувалдой, установленной на древке с обратной стороны секиры – удар тяжёлой кувалдой разбивал жёсткий хитин, без опасности того, что орудие застрянет в насекомом, как если бы это делалось секирой.
Ратник подоспел вовремя – Иеремия уже едва сдерживал натиск очередного мураша, тянувшегося к молодому библиотекарю ядовитым жвалами, когда удар кувалды пригвоздил насекомое к бетонному полу.
Ратник, вместо того, чтобы подать руку выбившемуся из сил другу, развернулся и пристально оглядел окрестность с высоты на панораму открывающуюся с этого уступа – друг не на столько пострадал, чтобы быть не в состоянии лично подняться на ноги, а вот оценить то, что сейчас происходило вокруг них требовалось незамедлительно.
Лицо Владисласа приобрело озадаченное выражение – то, что они ещё совсем недавно посчитали нападением насекомых, на самом деле не являлось даже разминкой по сравнению с тем, что ожидало их в самое ближайшее время.
3.2
- Да что здесь происходит? – только и смог вымолвить ратник, глядя на целое море, поблескивающее чёрным хитином, неумолимо накатывающее с востока.
- Это похоже на сезонную миграцию, - предположил Иеремия, -Насекомые перемещаются из-за того что так велит им их природа. Но вполне допускаю, что с их муравейником случилась беда и это заставило покинуть их привычные места обитания.
- Если вся эта орда придёт в Люберцы, то пострадает очень много народа, - произнёс ратник.
- Боюсь, что нападение насекомых ставит дальнейшее существование нашего поселения под большое сомнение…
- Этого ни в коем случае нельзя допустить! – Воскликнул Владислас перед мысленным взором, которого тут же встал образ матушки, соседских ребятишек, деда Пантелеймона, и ещё десятки других лиц, которые вряд ли смогли на равных противостоять этой прожорливой орде стремительных убийц.
- Но как это сделать, - пожал узкими плечами книжник. – Мы не в состоянии сдержать напор насекомых! Их чудовищно много!
Несколько секунд Владислас осматривал окрестности, что-то высматривая, а затем произнёс:
- Я попытаюсь заманить их в Торговый центр. Тебя пойти со мной не прошу, так как знаю, что, скорее всего это дорога в один конец.
- Погранец, я не хуже тебя знаю о том, что это смертельно опасно, но вовсе не собираюсь уходить. Так что туда мы отправился вместе!
Иеремия принял для себя решение, и теперь переубедить его было просто невозможно, поэтому ратник подвел промежуточный итог:
- Ну, раз мы уже все для себя решили, то предлагаю боле не терять драгоценного времени и немедля выдвигаться.
3.3
Торговый центр издревле считался местом, пользующимся дурной славой. Уйма народа исчезла в его недрах незаметно, тихо и абсолютно бесследно. Но были и те счастливчики, которые вернулись оттуда целыми и невредимыми. Логика здания была абсолютно непостижима для человеческого разума: никаких очевидных признаков, по которым можно было бы предугадать, кому в недрах торгового центра суждено будет остаться навечно, а кто сумеет оттуда выбраться, не существовало.
Само здание торгового центра, по теперешним меркам, было огромно - около двадцати пяти метров в высоту и в ширину, а длиной, приблизительно, в триста метров. Состояло строение из нескольких геометрических фигур: прямоугольник, цилиндр, который был чуть выше и шире прямоугольника, и вновь прямоугольник, как зеркальная копия повторяющий тот, что располагался с противоположной стороны.
Подозрительно в этом здании было уже хотя бы то, что ни в каком видимом поле смерти оно не находилось, и, тем не менее, пережив ужасную, сокрушительную третью мировую войну, и около двух столетий, поразительно хорошо сохранилось до начала двадцать третьего века.
На стенах торгового центра имелось множество надписей: некоторые были на русском языке, кое-какие на английском, а были и такие, которые не в силах был прочесть и полиглот Иеремия. Такие непереводимые письмена возвышались над цилиндрическим элементом строения и были видны издалека. Их было немного - всего три. У них не было заглавных букв. Каждая буква имело свой цвет. Более всего письмена напоминали лишенные некоторых секторов в различных местах букву "О".
Книжник был уверен в том, что это и не буквы вовсе, а какие-то магические руны, которые играют не последнюю роль в том, что здание проклято.
Ещё одним названием, начертанным буквами всех цветов радуги, звучавшим для Владисласа, как колдовское заклинание было совершенно непонятное - "Светофор".
Если с первой частью слова всё более или менее было понятно, то, что же тогда означало слово "фор" ратник не имел ни малейшего представления.
Скорее всего волшебники далекого прошлого каким-то непостижимым образом с помощью этого заклятья производили магический обряд со светом.
С другой стороны очень сложно было представить себе то, что древние люди предпочтут для натуральной торговли не рыночную площадь, а это жуткое строение, напоминающее какое-то святилище, и ещё неизвестно, чем на самом деле являющееся. Логика здесь была очевидна - никто в здравом уме сюда бы и не сунулся, а это значит, что торговцев и покупателей сюда приманивали с помощью магии.
Именно в такому выводу пришел Владислас подбегая к зданию из стекла, металла и камня.
- Ерема, а что же такое "Светофор"? - Чуть сбив дыхание, поинтересовался он у отставшего на десяток метров Иеремии. – Ну, свет то – это само собой понятно. А вот что такое «фор»?
В то же самое мгновение стеклянная стена за его спиной, до этого казавшаяся не зыблемой, разошлась в стороны.
- Как минимум, это волшебное слово, которое заставило распахнуться двери, - запыхаясь заключил книжник, - Владислас, пусть сейчас нам и помогло это заклинание, но впредь постирайся не употреблять ни его, ни каких-либо других подозрительных слов, которыми наверняка изобилует данное здание - вполне возможно, что это может стоить нам жизни.
Ратник в задумчивости попытался поскрести пятерней голову, при этом наткнувшись на преграду - металл шлема. Затем махнул рукой, словно разгоняя сомнения и нерешительность, и вошёл под сень древнего здания, пропитанного древним волшебством.
Мгновение спустя к нему присоединился, нагнавший его книжник.
А позади них на парковку перед зданием, усеянную древними самоходными машинами, превратившимися в груды ржавого металлолома, уже начинали прибывать первые из бессчётного полчища насекомых.
3.4
Едва оказавшись в здании, Владислас, не долго думая, тут же заблокировал прозрачные двери первым, что попалось ему под руку. По его мнению, мураши были не столь сообразительны, чтобы вслух назвать заветное слово открывающее двери, а заменить насекомых вовнутрь было просто необходимо. 
Предметом, которым он подпер стеклянные двери, оказалось странное сооружение, стоящее вдоль одной из стен.
- Что бы это могло быть? – Поинтересовался ратник у своего напарника, указав на обитую мягкой тканью конструкцию.
- Скорее всего - это диван. Их использовали для того чтобы сидеть.
- До чего же неудобная, должно-быть, была вещица! – заключил Владислас. – Слишком мягкая для того чтобы сидеть на ней нормально. То ли дело деревянная лавка! Верно, Ерёма?
Друг согласно кивнул.
По его мнению, древние действительно создали очень много бесполезных вещей.
И все же, стоило признать, что вещи эти были весьма занятны и даже по-своему красивы. Недаром оба приятеля, на время забыв о смертельной опасности идущей вслед на ними на тонких, но прочных хитиновых ногах, сбросив скорость, во все глаза глядели по сторонам.
А поглазеть на что здесь было с лихвой.
3.5
Стены коридора, по которому они сейчас шли, представляли из себя стройные ряды разномастных павильонов, заставленных всевозможными стендами, заваленными разнообразными коробками, коробочками, тюбиками, склянками. По сторонам прохода возвышались странные фигуры из пластика, имитирующие худосочных людей не особо высокого роста, на которых была наброшена одежда - не практичная, убогая. Временами на глаза попадались платья (скорее всего женские), больше похожие на паутину сплетенную ядовитым пауком – невесомые, не способные согреть в морозный день, ничего не закрывающие.
Для чего же тогда, - размышлял Владислас, - древние вывешивали эти нелепые одежды на всеобщее обозрение, если ни один человек в здравом уме не позарился на подобное тряпье, даже если бы ему самому при этом будут платить?
Странно…
Да и вообще назначение большей части охотных рядов, было совершенно непонятно.
Вот, торговая лавка под странным, похожем на бред больного, названием «Иль де ботэ». Чем могли торговать там?
А в «Кофейной Кантате»? «Соки»?
Ни того ни другого в Люберцах не было уже два века, так откуда простому ратнику знать о таких вещах, элементарных для абсолютного большинства жителей XXI.
Неужели «СпортМастер» торговал мастерами спорта?
А «Снежна Королёва» продавала снег? Или холодных, как лёд, королев?
Универсам «Остров» приторговывал островами?
«Белый ветер Цифровой»?
Ну, с отделом «Золото Адамас» было, как минимум пара вариантов: либо продаваемое здесь золото было не обычное, как то, что имело место быть в Люберцах у горожан (преимущественно в виде украшений у женщин, и местной франтоватой знати), а некой особенной марки; либо золото здесь было вполне обыкновенным, но продавалось исключительно Адамасам  Адамасами же.
Догадаться о том, чем в своё время занимался «Сбербанк» для Владислас тоже не составило никакого труда – судя по названию, там просто собирали банки. А вот полные или пустые, и у кого, уже было загадкой.
Но что  делали в совсем уж непонятных «Эльдорадо», «Макдональдс» и «УльтраФитнес» было совершенно непонятно.
Некоторые названия были начертаны на языке агрессора-завоевателя. Например «Palermo», «JazzCafe», «Colin's», «Аngela».
Конечно же, можно было спросить обо всем этом у головастого Иеремии, который если и не знал этого точно, то очень правдоподобно изобрёл своё собственное весьма красочное объяснение по каждому из перечисленных пунктов. Вот только времени на это, увы, просто не было.
Справедливости ради нужно сказать, что многих торговых лавок, как таковых, ещё не было – лишь на стенах или потолках висели указатели, рядом с которыми были стрелки, преимущественно белые, указывающие вверх, либо вправо и влево.
Кое-где рядом с названиями было написано второй или третий этаж.
Невооруженным взглядом полей смерти не наблюдалось, но сохранность здания при этом была просто поразительной. Однако, это не могло обмануть Владислас – он был уверен, что смерть притаилась где-то совсем рядом, поэтому ратник держал ухо в остро, твёрдо решив ни к нему из всего этого диковинного изобилия не прикасаться.
И, тем не менее, он все же едва не проглядел беду.
3.6
Опасность подкралась настолько бесшумно и незаметно, что Владислас поначалу даже не понял того, что происходит.
Лишь благодаря своему острому чутью он в какой-то момент почувствовал, что Иеремия больше за ним не следует.
Развернувшись, он торопливо осмотрел коридор, но книжника нигде не увидел.
Не теряя драгоценного времени, ратник бросился назад, вдоль витрин полок и стеллажей.
Бежать пришлось недолго, Иеремия свернул в ближайший павильон.
Владислас резко остановился, однако, погасить уже прилично набранную скорость могучему ратнику было не так-то просто – остроносые сапоги, окованные железом заскользили по мраморному полу. 
Владислас уже кричал своему другу, - Остановись! - а сила инерции протащила его по полированной поверхности ещё несколько метров.
Меж тем, Иеремия, будто находящийся под воздействием гипноза, ничего не слыша и не замечая ничего вокруг себя, зачарованно бред к своей заветной цели.
Ещё бы! Из всех истинных богатств, которые сохранились на этой истерзанной чудовищными войнами земле, молодой библиотекарь признавал лишь одно -знания.
А здесь этих знаний, были, без какого-либо преувеличения, тонны. Десятки тонн!
Как же Владислас мог забыть о том, что его друг просто не в состоянии пройти мимо книги. Тут же их было ни одна, ни сотня, и даже ни тысяча. Здесь был целый Клондайк книг, призывно манящих Иеремию своими яркими обложками. Так что вовсе не стоит удивляться тому, что он, забыв обо всем на свете, в том числе и об опасности грозящей им лично и всему люберецкому поселению, тянул разом взмокнувшую ладонь с дрожащими пальцами к корешку книги.
3.7
Иеремия почти коснулся книги, когда его руку тисками сдавила длань люберецкого ратника.
- Не стоит этого делать, Ерёма, - спокойно, без каких-либо ноток страха или паники в голосе, произнёс Владислас. Но, не смотря на все видимое спокойствие, было очевидно то, что в эту секунду он, не раздумывая, применит силу против своего друга, если тот вздумает сопротивляться.
Ещё несколько секунд Иеремия стоял, воззрившись на ратника пустыми глазами, а затем в них появилось узнавание, смешанное с изрядной долей удивления. Наваждение начало понемногу его отпускать.
- Постарался ничего здесь не трогать, - ещё раз, с нажимом, попросил книжника Владислас.
Иеремия рассеянно кивнул и медленно побрел к выходу, время от времени бросая за спину переполненные болью невосполнимой утраты взгляды.
Ратник прекрасно понимал, что значит для Иеремии уйти отсюда так и не взяв в руки ни единой книги. Именно поэтому он шёл сзади с самым твердым намерением в зародыше пресечь любое поползновение книжника направленное в сторону древних книг.
Так не торопясь они и покинули отдел, именуемый –«Книжный лабиринт».
3.8
В дальнем конце коридора уже показались мураши, вынуждая друзей прибавить ходу.
Происшествие в «Книжном лабиринте» на пару минут задержало их продвижение – сейчас непременно нужно было ускориться.
Через десяток метров они оказались в просторном помещении, где стены и потолок разошлись в стороны, дав место лестничным маршам, ведущим на второй и третий этажи.
- Куда же теперь? – вслух задумался Владислас.
Однако Иеремия расценил это высказывание как вопрос:
- Давай на эскалатор!
- А это еще что? – не понял ратник.
- Лестницы, - махнув рукой, бросил книжник.
Объяснять другу, что такое эскалатор, было не самое подходящее время. Так что гораздо проще было упростить этот термин до элементарного, и понятного даже жителям далёкого каменного века.