Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2

Глава 3

Не выдержав, я вскочила и подошла к нему вплотную.

— Давай, насилуй, убей своего ребёнка! Ты же этого хочешь? Что смотришь? Не нравлюсь? Не в твоём вкусе? Да? Каких ты любишь: стройных и доступных? А ты глаза закрой — остальное же у нас одинаковое!

Со злости я замахнулась рукой, но тут же потеряла равновесие, оказавшись у него на руках. Вырваться совершенно не представляло возможности — Ветроградов крепко держал меня. Я вновь запаниковала, когда он склонился надо мной. В глазах читалась ненависть. А потом он впился в меня поцелуем. Таким, каким раздавил меня тогда, в первый раз. Я ёрзала и пыталась вырваться.

— Не смей прикасаться ко мне своим грязным ртом! — плакала я, вытирая с брезгливостью губы, когда он разорвал поцелуй. — Лучше бы я тогда умерла, — зарыдала я, сжимаясь в комок.

— Мне плевать на твои желания. Можешь не выходить за меня, но ребёнка я тебе не отдам! — шипел он.

— Нет! — испуганно вскрикнула я, но в ладонь Ветроградова. — Не смей! Я никогда не отдам тебе моего ребёнка! — мычала я.

— Тогда не смей мне условия ставить! Какая тебе разница: с кем я буду спать, если мне не дашь? Я что тебе: евнух или монах? Я — мужчина со своими естественными потребностями. Секс мне необходим. И мне нравятся сексуальные девушки, а не такое бревно, как ты.

Ах, так!

— Замечательно. Тогда я тоже буду тебе рога наставлять. И начну, пожалуй, с Валентина. С самой первой нашей встречи он ясно дал понять, что хочет меня. Ты же поделишься с другом? А деду Андрею скажем, что у нас свободные отношения!

— Только попробуй! — зашипел он.

— Попробую, и не один раз!

— Ну, давай, покажи, на что ты способна, — с этими словами Ветроградов перенёс меня на кровать и не желая возиться с завязками на ночной сорочке, просто обнажил моё плечо и грудь, сжимая и сминая её.

— Пожалуйста, не надо! — взмолилась я, пытаясь убрать его руку, но он игнорировал моё желание. — Я беременна!

— Об этом раньше нужно было думать, а не провоцировать меня, — Ветроградов не давал мне отползти от него, прижимая к себе и залезая под подол.

— Пожалуйста, Кирилл. Пожалуйста — не нужно! — рыдала я. — Не трогай меня. Я же всё равно тебе не нравлюсь! Я не в твоём вкусе! Зачем ты меня мучаешь?

— А ты?! Ты меня не мучаешь? Если б ты знала, сколько раз я хотел тебя оттрахать! Ты мне всю душу извела своей неприступностью. Мне ещё ни одна баба не отказывала.

Я не знала, что ответить на это. Что только сейчас произошло? Это откровение? Бред! Да в жизни не поверю, что ему понравилась — я же видела всех его вешалок!

Что он за человек? Я не могла его понять. О чём он думает? Это просто очередная его уловка, лишь бы утешить его самолюбие. Но… неужели его действительно задел мой отказ? Тогда, если я соглашусь с ним переспать, то его интерес сразу пропадёт? Да, пожалуй, именно так и будет. Но как же мне мерзки его прикосновения! Нет, не хочу!

— Отпусти меня!

— Поцелуй меня сама, тогда отпущу.

— Что?! С ума сошёл?

— Поцелуй меня.

Нет, он окончательно двинулся. Ветроградов совсем заигрался — уже грани своей жестокости не видит! Да меня это хуже смерти.

— Я жду.

Удивительно, но я только сейчас обратила внимание, что он прекратил свои настойчивые попытки проникнуть под бельё.

— Я не верю тебе.

— Стесняешься? — Ветроградов приподнялся надо мной и вытер мокрое от слёз лицо, а потом быстро вскочил и, выключив свет, вернулся обратно. — Какой же ты ещё ребёнок, — говорил он, поглаживая мои волосы и пропуская их сквозь пальцы. — Ты привыкнешь ко мне. У тебя выхода другого нет.

Вот это уж точно правда. Этим словам я верю — у меня не было выбора, как только подчиниться ему. Тусклый лунный свет едва делал различимым его лицо, что казалось просто более светлым пятном на остальном тёмном фоне комнаты. Всё ещё всхлипывая, я нерешительно приблизилась к нему с вытянутыми губами.

— Мимо. Это нос, — усмехнулся он.

Весело ему! А мне вот совсем — нет!

Лёгкое прикосновение к губам его не устроило, и Ветроградов заставил меня отвечать на его поцелуй. Я точно сошла с ума.

— Вот это другое дело, — сказал он, поднимаясь с постели и направляясь к двери.

Признаться, не думала, что Ветроградов уйдёт. Но как же я была благодарна именно за это.

***

Утром я встретила Ветроградова впервые в хорошем расположении духа. Разговаривать с ним у меня никакого желания не было, как и смотреть на него, но я чувствовала его победоносную улыбку. Он продолжал свою игру, сообщив, что свадьба состоится в следующие выходные, поэтому я должна на этой неделе купить себе платье.

Какая ирония — выходить замуж беременной! В белом!

Мне было так стыдно выбирать платье с большим животом. Вот Милана была так прекрасна в своём: с корсетом и широкой юбкой. И пусть выбор фасонов свадебных платьев великое множество, я себе хотела тоже такое. Для меня оно было идеалом. У Нади, нашей с Олегом и Тимуром подруги, платье тоже было красивым, но она выбрала более свободный покрой. И всё равно была стройной красавицей!