Кришт: Судьба Ищейки

Глава 15

Великан открыл дверь. В таверне, как всегда, пахло смрадом, который возвращал его мыслями на родные северные земли. Пройдя в заднюю комнату, он увидел людей, уже собравшихся там: трое — долговязый, толстый и низкий — сидели за столом и переговаривались, перебирая карту и вещи. Они обсуждали план завтрашней вылазки.

— Мой человек говорит, что они пойдут через Плачущих Дев. Там мы их и возьмем. Вырезать надо всех. Лорд-Распорядитель сказал, что от этой шайки не должно остаться ни одного человека. Заходим и вырезаем, — командовал низкий.

— Сколько их? — шепелявя уточнил толстый.

— Около десяти. Но там полно сброда. Мы устроим засаду. Уверен, они разбегутся в разные стороны. Главное — никого не упустить. Так что в приоритете — те, кто убегает. Никто не должен уйти живым.

— Никто? — уточнил великан. — Может, стоит узнать, куда они идут? Если Распорядители отдали приказ об убийстве всех, — он немного замялся, — мы можем их убить после того, как узнаем, куда они идут.

Долговязый помотал головой:

— Ты уже ответил сам на свой вопрос. Распорядитель хотел только одного — убить всю эту группу.

— Странно. Мне казалось, вы контрабандисты, а не просто наёмные убийцы. И ценности для вас важнее, чем просто кровавая баня.

Толстый рыкнул, словно хотел сплюнуть прямо в великана:

— Да, контрабандисты. И, как видишь, мы ещё живые. И знаешь, почему до сих пор живые? — толстый придвинулся ближе к нему. — Мы делаем всё, что приходит от Распорядителей, в точности, как они хотят.

— Даже если это идёт наперекор другим Распорядителям?

— В особенности когда это идет наперекор другим Распорядителям, Гор, — осек толстый.

*****

Гор сидел за скалой, ожидая прихода экспедиции, которую он подписался вырезать. Да, всё как в старые времена: разбой, буйство, кровь. Не самое его лучшее время и не то, чем он гордился. Но это занимало значительную часть его жизни до шахт. И в то же время — стало причиной, по которой он сюда попал.

Убивать бывших товарищей? Не впервой.

Но раньше он это делал в ответ на предательство.

"Они не признали мое право на жизнь. Я убил их."

Но сейчас. Сейчас было совсем другое. Не становился ли он подобным им? Собираясь убить сейчас человека, который был добр к нему, когда он сюда прибыл. Не самый лучший человек в его жизни. Но и точно не самый худший в этом месте.

"Он тоже предал. И не важно, это было из слабости или из выгоды."

Гор задышал более часто, словно бык, собирающийся насадить на рога своего раздражителя.

"Я убью его. Чтобы спасти более достойного человека. И исправить свою ошибку. Чего бы мне ни стоило."

Кулак великана опустился на холодную землю, словно попытавшись пробить её насквозь.

Голоса. Голоса стали доноситься из прохода перед водопадом.

Идут.

****

Разбили лагерь. Их было около десяти. Камнегрыз. Экипировка. Они явно шли на добычу. Бойцов тут практически не было. Лишь обычные шахтеры, делающие свою работу.

Гор не смог рассмотреть всех со своей позиции, но план уже проработан.

Он зайдет в лагерь, вырежет двух доходяг, жующих свои припасы.

Тощий зайдет с обратной стороны.

Низкий успокоит камнегрыза — с ним они точно не справятся, если он выйдет из-под контроля.

Толстый отрежет путь к отступлению.

Поручение будет выполнено полностью.

Гор двинулся к лагерю.

Кишки скрутило. Как всегда.

Обделаться в такой момент — милое дело. Страх никуда не делся, даже после всех этих лет.

Он полз от скалы к скале, пригибаясь, будто сам становился тенью. Ни звука. Остальные были на позициях. Ждали сигнала.

Пора.

Рывок.

Стилет вошёл в затылок первого.

Тот дернулся — и обмяк.

Второй успел только распахнуть глаза.

Гор ударил его ладонью по лицу — и тем же движением выдернул нож. Лезвие вошло в лоб — легко, как в податливое тесто. Гор придержал падающее тело за голову — как будто укладывал спать. Вытащил клинок.

Крик.

Сбоку летел человек — шрам на глазу, кинжал в руке.

Слабак.

Гор шагнул вбок. Лезвие свистнуло мимо.

И тут же — его собственный нож вошёл под рёбра противника.

Тепло расплескалось по его ладони.

Он поднял взгляд. В скалах — движение. Тень.

Кто-то прячется.

Никто не должен уйти. Никто.

Он ринулся за тенью.

Та неслась прочь, не оглядываясь.

Бежала. Боялась.

Забыла про своих — хотела только выжить.

Такие всегда были. В каждом бою.

Предатели.

Он сжал челюсти.

Сегодня — никто не уйдёт. Даже если он знает, кто это.

Тень мелькнула за выступом. Гор прыгнул, рука сомкнулась на плече беглеца.

Вторая рука поднялась — нож наготове. Он уже видел, как лезвие входит в грудь.

Но земля ушла из-под ног.

Подскользнулся.

Чёртов камень.

Клинок вошёл — не туда. Ниже плеча.

Крик.

Тело рухнуло.

Гор встал над телом, смотря на его лицо.

Жар битвы в груди отступил.

Чёрт.

Ком подступил к горлу.

Кампел.

Предательское ехидное лицо из его памяти стало таким… обычным.

Жалким. Испуганным. Потерянным. Родным.

Пустота. Пустота заполнила его разум.

"Что мне с тобой делать, чертов жалкий пес!”

Гор мощным ударом сапога отправил Кампела спать.

Он стоял, тяжело дыша.

Есть приказ.

Никто не должен уйти живым.

Никто.

Если кто-то сбежит —

Распорядители это узнают.

Слеп умрёт.

Он не может этого допустить.

Слеп — это мальчишка, который смотрит на него как на героя.

Который верит.

Надеется.

И что — он теперь предаст его?

Как предали его самого?

Гор посмотрел вниз. На тело.

Убить?

Сейчас?

Ради Слепа.