Кристалл Судгарамы

4

Время близилось к вечеру, но Даесс еще не вернулся из своего уединения. Эрику пробирали противоречивые чувства в связи с сегодняшними событиями и по большей части они были связаны с Даессом. Сначала его долгожданное прибытие, затем его несдержанная агрессия в сторону Алариха и настаивание о начале войны, далее его бегство в себя или скорей от себя и последний итог больше всех ранивший Эрику, что он не остался, чтобы сказать ей хотя бы пару слов. И она более не хотела сидеть на месте и пытаться догадаться о мыслях, которые сейчас были не в ее голове. Сначала она хотела отправиться к пещере, где они иногда вечерами встречались с Даесом, когда он приезжал в Дларим, но неожиданно ее внутренний компас направил ее в сторону обрыва, где она сама буквально была только вчера. Она уже подходила к лесу, когда Синрик издалека заметил ее удаляющуюся фигуру от поселенья. И его первым порывом было составить ей компанию, но затем здравый рассудок взял верх над чувствами, и он просто до самого конца провожал ее своим взглядом, пока ее силуэт не скрылся за многочисленными стволами деревьев.
Интуиция, направившая Эрику к обрыву, не подвила и еще не выйдя из леса она уже издалека замелила Даесса. Он сидел на краю обрыва и его голова, и плечи были поникшем состоянии.
- Привет! – осторожно произнесла она, приблизившись к нему.
Даесс обернулся и не проронив ни слова, жестом предложил присесть с ним рядом.
- Ты как? – аккуратно поинтересовалась она, чувствуя, как ему сейчас тяжело.
- Меня задели его слова. – произнес Даесс и тут же замолчал, снова устремив взгляд в воды океана.
И Эрика прекрасно понимала, какие слова затронули струны его души. Для него всегда была болезненна тема родителей. В шесть лет Даесс лишился отца и матери и до сих пор не мог смирится с этой утратой. Он был уже достаточно большой, чтобы помнить их и понимать, что происходит. В тот день он с отцом отправился в лес к озеру. Отец учил маленького Даесса ловить рыбу. И никто не ожидал, что в этот день за очередным внеплановым сбором, в их селение нагрянут атрекхары. Они забрали ценности, которые в этот момент им смог предложить глава клана Тхродар, и еще потребовали двух молодых женщин, попавшихся им на глаза, в числе которых была и мать Даесса. И не внимая на отказ главы, атрекхары силой увезли женщин. Вернувшись вечером в селение, отец и сын узнали о случившимся и отца ели остановили, чтобы он не отправился в след за атрекхарами. Ведь эта погоня могла стоить ему жизни. Отец Даесса был одним из небольшого числа эльфов, которые не покинули планету, а изъявили свое желание остаться и помогать жителям.
Однако, пребывание на планете их небольшого количества не устраивало нынешнюю власть, и они специально выслеживали их место нахождение и забирали в плен. Дальнейшая судьба пленников была не известна. Они не были замечены во дворце и не были отправлены на работы в шахты. Их следы терялись и предположения были не утешительными. Скорей всего, атрекхары, их просто уничтожали и отец Даесса не стал исключением. Не смерившийся с потерей супруги, он через несколько дней бросился на ее поиски и видимо тоже попал в их лапы, иначе он обязательно вернулся бы к сыну.
И Эрика прекрасно понимала, что каждый раз, когда Даесс отправлялся в Малум на шахты, он сильно рисковал и мог попасть в плен атрекхаров, заметивших его схожесть с родом эльфов. Поэтому он всегда одевал на себя самую ветхую одежду и прятался за слоем грязи и копоти, которые меняли его до неузнаваемости. И все же он рисковал быть раскрытым не только за отличительные черты внешности, но и за помощь рабочим, за объединение группы протестующих против режима нынешней власти, а также за не заканчивающиеся поиски отца и матери, которых он надеялся найти в Малуме.
- Аларих прав. Боль и ненависть съедают меня, я одержим местью. – упавшим голосом начал Даесс и Эрика была рада, что он решил высказаться и не таить всю боль в себе.
- И временами этот гнев, берет надо мной верх. Вот, как сегодня, когда Тхродар рассказал мне о случившимся. Я чуть не сошел с ума, когда представил, что они заберут, еще и тебя. Жажда мести возросла во мне с новой силой, и в этот момент я думал только о себе, упиваясь своим горем и не оценивая трезво, какие за этим могут последовать последствия. И я понимал и понимаю это сейчас, но не смог удержать свой гнев в руках. Мне надо было пропустить совет, привести свои мысли в порядок, трезво оценив все варианты. – выплеснул он из себя все переживания. - Прости меня. Я не вынесу, если ты окажешься в их власти. – искренно произнес он, сжав ее руку в своей ладони и трепетным взглядом заглянул ей в глаза.
- Мне не за что тебя прощать. Но тебе стоит научиться сдерживать свои эмоции. Ведь в один прекрасный день, они смогут сыграть с тобою злую шутку. И тогда мы можем потерять друг друга навсегда. – ответила Эрика и ее глаза наполнились подлинным участием и сопереживанием, идущими от всего сердца.
Их взгляды, как полюса двух магнитов потянулись к друг друга и губы соприкоснулись в нежном поцелуе, а два сердца соединившись в одно, наполняясь надеждой на лучшее.
- Извини, я испачкал тебя. – уже улыбаясь произнес Даесс, нежно стирая с щеки и носика Эрики сажу.
- Думаю, тебе нужно срочно помыться. На совете не поймут, если ты снова появишься в таком виде. – подметила она и они непринуждённо рассмеялись.
Подкравшийся вечерний закат обрамлял багряными переливами небесный горизонт, пересекая небо своими пурпурными лучами уходящего дня. Эрика и Даесс все так же сидели на краю обрыва, держались за руки и наслаждались последними минутами ускользающего солнечного светилы. Сладкий бриз щекотал нос, наполняя всю картину пространство великой гармонией, в которой они были только одни. И скоро царица ночь должна была открыть свой хрустальный сундук и выпустит на бархатное синие покрывало россыпь бриллиантов и круглолицую красавицу, освещающую своей жемчужной красотой ночное пространство.
- Кажется, нам пора возвращаться. – неохотно произнес Даесс, выходя первым из этих минут воодушевления и созвучия с природой, которые успокоили его бушующий ураган, переведя его состояние полного штиль.
Эрика просто кивнула, не торопясь разрушить эту безмятежную идиллию и они, по-прежнему держась за руки отправились готовиться к новому собранию совета.