Кристальная клетка

Глава 9

Менялись уроки, кабинеты, и время медленно двигалось к вечеру. Больше я не отделялась от одногруппниц и весь день ходила следом за Эмеральд. От учёбы я ожидала большего – думала, что хоть где-то мы будем практиковаться, поэтому решила поговорить об этом с Эмеральд. Она охотно поддержала, вроде не заметив моего замешательства и любопытства. Ей самой хотелось колдовать, а не сидеть за книжками, но таков был план учёбы на первом курсе. Практика стояла лишь у одного предмета и то раз в неделю.

Лиама я не искала. Сперва я предприняла несколько попыток отделиться от группы, но Эмеральд появлялась передо мной словно из-под земли. Она таращилась на меня, ожидая пояснений, куда я собралась, и мне не оставалось ничего, как вздохнуть и покачать головой.

Да и за столько часов мистер Оффре наверняка успел поговорить с Лиамом. Поначалу я переживала, что за мной явятся, раскусив вранье, и отведут к директору. Когда открывалась дверь, ладони тут же потели, дыханье замирало. Но снова и снова приходили не ко мне. Так продолжалось недолго: заволновалась я еще на этикете, затем продолжала нервничать на точных науках, но на теории магии, от беспрерывного переживания, я утомилась, и к основам алхимии мне стало откровенно не до этого. Предмет меня увлек, и я более-менее разобралась, как работает кристалл. Оказалось, что его частицы окружают нас, что почти всё так или иначе состоит из него, а следовательно, благодаря этому, можно проводить разные манипуляции.

Сейчас же, стоя возле вывешенной на стене карты мира в кабинете географии, я почти не вспоминала о Лиаме. Я понадеялась, что моя находчивость и удача мне помогут. Ну либо же Поганка.

Я сложила руки на груди и ещё раз пробежалась по территории Иолии – моей страны, где преобладал народ людей, в очередной раз зацепившись взглядом за крошечную точку, расположенную на северном полуострове. «Стальная вершина» – гласила подпись. Место, откуда я родом. Интересно, там красиво? Я плохо помнила, как выглядит северная природа. Вроде, там было много гор, шел снег и приходилось надевать теплое пальто, пошитое из шерсти топтунов.

— Жаль этих бедолаг, конечно, — безэмоционально сказала Поганка. Голос звучал сонно, кажется, учёба усыпила ее, чему я не могла не радоваться. — Ну хоть не истребили ещё всех. Всё же обмен шерсти на жизнь целого вида – вполне неплохая сделка.

Я промолчала. Их шерсть ценилась, и для нашего севера была ещё одним неплохим способом поднимать экономику. Странно, что это отложилось в памяти.

Я посмотрела на нагорье Найсий, испещрённое пунктирными линиями. Шесть государств делили там территорию, и границы их сходились в самом центре – на вершине горы Утробы. Была ещё одна, седьмая страна, которая не имела границ с нагорьем. Как я выяснила за сегодня, пробежав бегло по справочнику, там жили некие человекоподобные рыбы, которые вместо кристаллов использовали посуду с водой.

— То есть, все кристаллы добываются с этого нагорья, так? — уточнила я у Поганки, которая почти весь урок географии уверяла, что никто мне не расскажет того, что знает она. — Вроде это и не скрывается. Я же в истории «Фермы» это прочла. А рыбам что, по рекам получается кристаллы стекают? — все продолжала я рассуждать про себя.

— Как бы эти реки не должны очищать, чтобы они дотекали до них, но… — Поганка ненадолго замолчала. — …можно неплохо подзаработать на этом дельце. Сама понимаешь, — уж больно печальным голосом закончила она.

— А зачем их очищать?

Я пригляделась к рекам Иолии. Клочок земли, прилегающий к нагорью с нашей стороны, был совсем небольшой, и в этих горах зарождалась всего одна крупная река, разветвляющаяся на четыре более мелких. Поганка ответила:

— А то, что употреблять подобную воду, скажем так, не рекомендуется. Не просто так тебе на алхимии сказали, что кристалл везде, — я уже хотела задать очередной вопрос, так как не увидела связи, но не успела: — Глянь-ка на карте, есть ли поселение – «Лунная впадина». Оно должно юго-восточней «Фермы» располагаться.

Точка с таким названием действительно была. Поганка тотчас продолжила:

— Оно на озере? На реке?

— Нет, — я нахмурилась, но, приблизившись почти вплотную к карте, так и не увидела ни того, ни другого.

— А оно на озере, в которое впадает река с горы. И ее специально не очищают. Я по твоим воспоминаниям сужу.

Ну не очищают и не очищают. Я помотала головой. Какое мне было до этого дело? Я осмотрела западный полуостров, на котором находилась главная столица, остров на юге, военные укрепления, расставленные по границам и у подножия нагорья. На остальные страны я почти не смотрела: там жили другие виды, которые и изучены были хуже – например, про рыболюдей в справочнике упоминалось всего несколько раз.

Пока я разглядывала карту, кто-то взглядом прожигал во мне дыру и делал это с упорством, достойным похвалы. Я чувствовала это пристальное внимание по меньшей мере несколько минут, но специально не поворачивалась. Теперь же, услышав стук каблуков позади, я осторожно посмотрела через плечо – ко мне шла одна из соседок по парте из класса по этикету. На всех остальных уроках я сидела только с Эмеральд. Девушка эта не давала мне покоя весь день. Весь проклятый день она пялилась на меня отовсюду, пучила глаза и много моргала, словно привлекая внимание. Я же её не менее усердно избегала, решив, что пусть подходит первой, если ей это так нужно. Но, видимо, присутствие неподалеку Эмеральд ее останавливало. А сейчас, когда та ушла к себе в комнату забрать некоторые учебники, и я осталась одна, девушка решилась на разговор.

Её имя я выяснила у Поганки. Звали ту Ренатой, и родом она была со столичного полуострова. Как заявила Поганка, родня ее – ещё те червивые яблочки, чтобы это ни значило. Я же эту девушку почти не помнила.

Когда она приблизилась, я обернулась и, округлив брови, сцепила на животе руки в замок, растопырила пошире локти и стала ждать. Такое поведение считалось некультурным, но и Рената успела шибко надоесть за сегодня. Она робко повертела головой, давая понять, что опасается разговора, схватилась пальцами за рукав жакета и начала теребить его. Мне стало неловко от ее нервных подергиваний, и я отвела взгляд к окнам – хоть здесь они не шли от пола до потолка. Да и весь этот корпус был как будто старее остальных, фасад его порос какими-то милыми цветочками, и внутри находилось меньше драгоценных украшений, картин, ваз, а главное, гипсовых младенчиков.