Кристальная магия

14.

Я был довольно наивен, полагая, что ненавижу Марка. Да я представления не имел, что такое настоящая, чистая, неприкрытая ненависть – вплоть до того момента, как он решил взяться за мои тренировки. Его отличала просто запредельная жестокость, а группа, включая нашего тренера, смотрела на эти издевательства с одобрением. Марк меня не щадил, используя, как боксерскую грушу. И злился, стоило ему лишь заподозрить, что я даю слабину. Я выкладывался по полной, пытаясь защититься от его молниеносных атак, получал от него заряд энергии и выкладывался снова. После занятий я чувствовал себя выжатым, как лимон, и без помощи Сени даже не знаю, как бы пережил эту неделю.

Больше всего злило полное равнодушие Марка. Моим успехам он не радовался, при неудачах презрительно морщился, любую попытку заговорить грубо прерывал. Если заговаривал со мной сам – то либо насмешливо подзуживал, либо кратко указывал на мои ошибки. Вне тренировок так вообще делал вид, что меня не существует. Но злость на него меня стимулировала, я действительно старался, и у меня даже начало что-то получаться. И все же рядом с Марком я выглядел неуклюжим увальнем, пока он кружил вокруг меня, безжалостно атакуя. И с каждым занятием наша взаимная неприязнь лишь росла.

Зато Кресицкий не давал о себе знать. Сеня так вообще решил, что то нападение стало последним, и теперь Вилли просто побоится связываться со мной. Пусть я еще не дотягивал до среднего уровня по группе, но все же тренировки сказывались. Я действительно стал физически сильнее, я уже сам чувствовал, по тому, насколько проще мне стали даваться базовые упражнения. Я все еще сильно отставал от группы, но две недели занятий не прошли даром. Сеня так вообще тыкал в мои бицепсы указательным пальцем, восхищаясь их крепостью. Хотя и сам не был хлюпиком, но причины его восхищения вполне понятны – я этого добился в кратчайшие сроки. И все же мне по-прежнему есть к чему стремиться.

Так же, как и в занятиях магией. Я худо-бедно разобрался со щитами, самыми необходимыми в группе, окончательно освоился со всеми видами раавес и выучил одно атакующее заклинание. Не совсем атакующее – «грейд мирату» создавал оружие, которым можно было атаковать. У меня получился укороченный легкий меч с узким обоюдоострым лезвием – таким хорошо как рубить, так и колоть. Одна проблема – пользоваться им я не умел. Вячеслав, узнав об этом, посмеялся, заявив, что в ближайшее время мне это и не понадобится. И что фехтование входит в обязательный курс физподготовки, так что я еще научусь пользоваться своим гладиусом. Он, в отличие от меня, моими успехами оставался доволен, заявляя, что я отлично справляюсь с довольно тяжелой нагрузкой. Основным его требованием являлось доведение заклятий до автоматизма. А я гадал, настанет ли такое время, когда я начну изучать более мирные заклинания.

Впрочем, Сеня объяснил, что на первых двух курсах учат исключительно боевые заклинания, чтобы сделать их использование максимально точным и отработанным. А на более поздних курсах уже расширяют сферу использования магии. Мне же приходится осваивать программу первого курса в кратчайшие сроки, хотя я лично не видел в этом никакой необходимости.

Не хотят ведь меня отправить в Подземелье в первый же год обучения? Это же не по правилам.

В пятницу мне пришлось выдержать мини-экзамен у Вячеслава, по результатам которого он объявил о моей готовности влиться в ряды патруля. А значит, хлопот мне прибавится, но отказываться я и не подумал, обрадовав Арсения, что наконец-то готов. А уж Глаша-то как обрадовалась, сразу развив бурную деятельность. Уточнила у нас, в какие дни нам будет удобно ходить в патрулирование и немедленно умчалась.

- Последние спокойные денечки, - уныло посмотрел я ей вслед.

- Да ладно тебе, все нормально будет, - воодушевление Сени сложно было не заметить.

Оно и понятно. Теперь у парня гарантированные встречи с любимой девушкой по четыре часа дважды в неделю, наверное, мысленно он до потолка прыгает от счастья.

И действительно, фиг с ним, с патрулированием. Было бы из-за чего унывать. А вечерние прогулки полезны для здоровья. Да и дополнительные зефирки лишними не будут. Не говоря уже о личном деле, которое украсит запись о добровольном труде. Глядишь, такими темпами мне и не придется думать о трудоустройстве. И, если можно обеспечить себе будущее, не стоит упускать ни единого шанса. А иначе я бы точно отказался от баскетбола.

С декабря нам обещали открытие спортивного сезона. То есть – участие в соревнованиях. С другими институтами, поэтому проводиться они будут по субботам, никто не собирался заставлять нас жертвовать учебным процессом в угоду спортивным состязаниям. И среди соперников  - команда нашего же института, выходцами из которой являлись почти все наши. Наш капитан Костик считал первую команду чуть ли не главными соперниками. Хотя я подозревал – не столько из-за их силы, сколько из желания доказать, что мы – ничуть не хуже.

Соревнований я не боялся, перспектива проигрышей меня совершенно не пугала, в отличие от остальных. Само собой, я тщательно скрывал подобный настрой, осознавая – меня просто не поймут, но волноваться еще и из-за этого мне просто не хотелось. А может, это из-за отсутствия какого-либо командно-соревновательного опыта, но меня существующее положение вещей устраивало полностью.

Воскресным вечером я внимательно изучал свое расписание на ближайшие – до сессии – недели. Дарья услужливо внесла туда не только учебные занятия, но и тренировки, патрулирование и соревнования. К счастью, последние не занимали много времени, но и без того мои дни оказались просто забиты. А с учетом любовно отведенного Дарьей времени на подготовку к занятиям – свободного его у меня практически не осталось. Разве что ночами не спать, но я как-то отвык от недосыпания. У меня в институте не возникало причин засиживаться допоздна.