Кристальная магия

6.

Причина, по которой нас всех собрали в актовом зале вместо профлекций, оставалась для меня такой же тайной, как и для всех остальных. В настоящем мире ничего такого в институте не происходило, да нас даже перед первым посещением Подземелья собирали только одним курсом. А сейчас – вообще весь институт. Поэтому я с интересом и без малейших дурных предчувствий уставился на ректора, вышедшего на сцену. И я совершенно не ожидал того, что он скажет.

После сдержанного приветствия Артем Николаевич с соответствующей моменту торжественной печалью объявил:

- Вчера четверо наших студентов покончили с собой.

Зал ахнул в ужасе. У меня в груди похолодело при этом известии, а уж когда Варсунов озвучил хорошо знакомые мне имена… Парни, которых Вилли взял с собой, чтобы избить меня. Вова, Серый Лис, Герман, Джин… Я ни на миг не усомнился, что это Кресицкий велел им сделать это. Обозленный за неудачное нападение, за свой проигрыш, он отыгрался на своих подчиненных. Он жаждал убийства, и все-таки добился своего. А ведь хозяева несут ответственность за своих подчиненных, неужели Вилли настолько обезумел?

Ректор сообщил, когда и где состоится прощание с погибшими студентами, отменил оставшиеся на сегодня занятия и покинул сцену. Зал постепенно начал пустеть, а я все никак не мог прийти в себя. Я сидел и думал, мог ли я это предотвратить? Или, может, я ошибаюсь? И это такое странное совпадение?

Я хотел в это верить, и должен был убедиться, что никакого совпадения нет. Потому что оставить все как есть решительно невозможно.

Я подорвался с места и, добравшись в толпе до Жени, схватил его за руку:

- Это Вилли им приказал? – вполголоса потребовал я ответа.

Лицо парня исказилось – то ли страхом, то ли гневом – и я подумал, что он не ответит. Но Женя, помедлив, вдруг заговорил, не поднимая голос с шепота:

- Это он. Он сказал, что то же самое будет со всеми нами, если кто-то посмеет перечить ему. Вилли их убил!

Я кивнул и ничего не ответил. Я получил свое подтверждение и с трудом справлялся с гневом. Теперь я понимал, почему Глафира при одном только взгляде на Кресицкого едва не взрывалась яростью. Попадись он мне сейчас – прибил бы, не раздумывая. Но, на мое счастье, по пути в кабинет Варсунова с этим моральным уродом я не столкнулся.

А вот в кабинет ректора я ворвался безо всякого предупреждения и без малейшего страха.

- Господин Рогозин? – изумленно уставился на меня Артем Николаевич.

Он выглядел уставшим и обеспокоенным, мне даже стало на миг его жаль. Однако отвлекаться я не стал, сразу вывалив на ректора правду:

- Это Кресицкий их убил!

- Что? – конечно же, Варсунов мне не поверил.

Да я на это и не рассчитывал, мое обвинение слишком серьезно, чтобы ограничиться только им безо всяких объяснений. Поэтому я рассказал Варсунову все – как отнял у Кресицкого двух подчиненных, как, обозленный, Вилли организовал нападение на меня, как меня предупредили и я получил гарант своей безопасности. И чем расплатились за неудачу подчиненные Кресицкого, которых он заставил уйти из жизни.

Артем Николаевич выслушал меня, не перебивая, и после какое-то время молчал, разглядывая меня с непроницаемым видом.

- Вы понимаете, Даниил, насколько это серьезное обвинение? – бесстрастно поинтересовался он, наконец.

- Даже более того, - кивнул я. - Я понимаю, что у меня нет никаких доказательств, я просто делаю выводы из случившегося. Но я абсолютно уверен в своих словах. И в своей правоте!

Варсунов подавил тяжкий вздох и велел селектору:

- Пригласите Вильдана Кресицкого в мой кабинет.

Я мимолетно удивился – секретаря в приемной по-прежнему не наблюдалось. А затем поежился, осознав, что мне сейчас предстоит. Повторить то же самое, глядя в глаза обвиняемому. Нет, я не отказывался от своих слов, но мне потребуется немалая выдержка, чтобы не врезать ему хорошенько. Ожидание прошло в тягостном молчании, но не слишком затянулось. В кабинет ректора старались не опаздывать – в этом отношении этот институт ничем не отличался от настоящего.

Вилли зашел уверенной походкой человека, не чувствующего за собой вины. В его взгляде, которым он меня окинул, промелькнула нехорошая усмешка, но на Варсунова он смотрел совершенно невинным, даже недоуменным взором.

- Вы что-то хотели, Артем Николаевич? – сладким голосом осведомился этот двуличный тип.

Я с трудом усидел на месте, чтобы не расквасить его физиономию.

- Господин Рогозин утверждает, что это вы виновны в гибели четырех студентов, господин Кресицкий, - не стал разводить долгие политесы ректор.

Вилли принял вид оскорбленного достоинства:

- Он лжет! Вы же сами сказали – парни покончили с собой, при чем здесь я?

- Даниил утверждает, что они были подчиненными и выполнили ваш приказ, отданный после неудачного нападения на господина Рогозина.

- И вы ему верите? – осведомился Вильдан оскорбленно.

Но в его глазах я с удивлением увидел скрытое торжество. Как будто чего-то подобного он и ждал.