Кристальная магия

2.

Следующий день я потратил на то, чтобы ознакомиться с больницей и ее окрестностями. Ночной отдых вернул мне силы, синяки и ссадины полностью исчезли с моей кожи, не оставив следов, что вызвало еще один приступ недовольства Семена Никитича. Но я знал причины этого недовольства и не обратил на это внимания. Гораздо больше меня вдохновила возможность покинуть наконец постель и палату, не опасаясь головокружений и слабости. Тамаре больше не пришлось таскать для меня еду, хотя она ничем не выдала своего недовольства накануне, возможно, в связи с отсутствием такового. Но мне все равно приятно освободить ее от подобной обязанности.

Больница оказалась небольшой, окружал ее довольно маленький парк, ограниченный железными прутьями забора. Ворота, впрочем, никто не запирал, и я даже постоял около них, разглядывая улицу за пределами больничной территории. Но выйти наружу желания у меня не возникло, и я вернулся к осмотру парка.

Облазив всю территорию вдоль и поперек, я счел, что больница снаружи – довольно приятное местечко, а вот внутри нуждается в ремонте и обновлении. Как, должно быть, любая сельская больница. Помимо меня, здесь оказалось еще несколько стационарных больных, с которыми я не стал знакомиться, опасаясь лишних расспросов. Моими собеседниками оставались Тамара и Семен Никитич. И, если последний относился ко мне настороженно из-за моего невероятно быстрого исцеления, то расположение Тамары не вызывало никакого сомнения. Она оказалась настолько щедра, что даже снабдила меня необходимыми умывальными принадлежностями, включая зубную щетку и бритву, в которой я, впрочем, не особо нуждался.

Прогулка по больнице продемонстрировала, что мне действительно не стоит задерживаться здесь. Заняться здесь нечем, устроиться младшим техперсоналом едва ли получится. Но отправиться на поиски работы за пределы больницы я пока не решился.

Впрочем, это и не понадобилось. Незадолго до ужина мне вновь нанесла визит вчерашняя гостья. И, признаюсь, я оказался немало изумлен, потому что не надеялся увидеть ее так скоро.

Ее появление предварил короткий стук, на который я без малейшего трепета ответил приглашением войти.

- Привет, - она появилась на пороге моей палаты, словно солнышко, осветившее мою жизнь.

- Привет, - откликнулся я на автомате, глазам своим не веря.

Рита, здесь? В такое время? Уж не галлюцинации ли у меня?

- Как самочувствие? – осведомилась девушка.

- Кажется, за исключением амнезии, я совершенно здоров.

- Это замечательные новости! – как будто обрадовалась она, затем как-то смущенно отвела взгляд и неуверенно продолжила: - Я… у меня… вчера, когда ты заговорил про работу, у меня появилась одна идея… Я подумала… у нас в лагере есть одно вакантное место, помощника завхоза, и я поговорила… в общем, наш начальник согласен взять на это место тебя, если ты не против, - на одном дыхании выпалила она.

Сказать, что меня потрясло ее предложение – не сказать ничего. Я молча смотрел на прекраснейшую девушку в мире и поверить не мог, что она действительно сделала это для меня. Избавила от долгих поисков работы, озаботилась переговорить с начальством и уговорила его на подобный риск. Обо мне ничего неизвестно, я могу оказаться кем угодно – например, мошенником, или маньяком – и подпускать меня к детям довольно безответственно. Любой взрослый разумный человек это понимает, я не мог даже рассчитывать на такое место, да еще безо всяких усилий с моей стороны.

- А твой начальник знает о моем заболевании? – осторожно осведомился я, немного придя в себя.

- Я все рассказала. И в каком ты отчаянном положении, и как пытаешься справиться с ситуацией. Борис Васильевич – мировой мужик, и он согласился дать тебе шанс. Пока помощником, деньги там небольшие, зато полный пансион. А если зарекомендуешь себя, то и повысить могут. Не беспокойся, с детьми тебе работать не придется, - она неуверенно улыбнулась.

- Кто бы мне это позволил, - я хмыкнул, пряча растерянность, не мог ведь я сказать ей, как много значит для меня ее предложение. - Спасибо, Рита. Я и не подумаю отказаться. Ты просто мое спасение.

Она широко и радостно улыбнулась:

- Извини, я думала, ты не захочешь принять помощь.

- Почему? – я изумился.

- Ты так не хотел жить в больнице, - пожала она плечами.

- Жить на иждивении и принимать помощь – не совсем одно и то же, - я вздохнул.

Девушка неожиданно кивнула, словно и впрямь понимала меня.

Я отнюдь не желал доказать всему миру свою самостоятельность и независимость. Я прекрасно понимаю, что в одиночку в моем положении я ничего толком не могу. Но и махнуть на себя рукой, позволив себе плыть по течению и ничего не делать, определенно – не мой выбор.

- Когда ты выписываешься? – сменила тему Рита.

- Как только мне будет, куда идти, - я постарался придать беззаботность улыбке.

Она моргнула и несмело улыбнулась в ответ:

- Тогда, может, мы завтра заедем за тобой? После обеда. Поедешь с нами в лагерь, оформишься…

Рита говорила так, словно опасалась, что я откажусь. И меня вдруг охватило невозможное счастье – она хочет, чтобы я находился рядом! Она хлопотала за меня, она приняла удивительное участие в моей судьбе, и желает продолжить наше знакомство! Это ли не намек на возможное наше будущее?