Кристальная магия

4.

Под равномерный стук молотка довольно удобно размышлять. Плотницкая работа вообще не требует особой сосредоточенности, поэтому можно уделить время невеселым мыслям, которые преследовали меня уже несколько дней как, без особой на то причины.

Моя жизнь в детском лагере вполне наладилась. Не то, чтобы я стал совершенно своим, но меня перестали воспринимать, как чужака. Даже дети. Непонятные маленькие человеки в конечном счете оказались не такими уж и отличными от обыкновенных людей. Только более искренними и наивными. Каким-то образом среди них расползся слух, что в лагере есть умелец, способный починить любую игрушку. И потянулись ко мне малыши со своими бедами, в результате чего я обнаружил, что неплохо разбираюсь не только в шитье, но даже и в ремонте телефонов. Так что с детьми я, можно сказать, подружился, что добавило мне плюсов и в глазах коллег Риты. И вроде бы все хорошо, не о чем беспокоиться, но мне все равно невесело.

Потому что дети, к которым я успел привыкнуть, уехали, и их место заняла другая смена. Милочка трогательно попрощалась со мной – моя лучшая подружка, расставаться с которой мне было искренне жаль. А после ее отъезда во мне и поселились безрадостные мысли о будущем.

Лагерь будет работать до конца лета, до которого осталось всего полтора месяца. И что мне делать потом – я не знал. Да, я не собирался сейчас тратить свою зарплату, но сколько там ее? Даже с учетом премий, которые не скупился выдавать Борис Васильевич. И куда мне податься на осень и зиму? Едва ли моих скромных накоплений хватит надолго, а найти работу с временным удостоверением в небольшом селе не в сезон представляется мне крайне непростой задачей. И, как бы я не ломал голову, никаких идей у меня не появилось.

И даже монотонная работа по укреплению спасательной вышки на пляже никак не помогала.

Забив последний гвоздь и проверив перила на прочность, я кинул молоток в ящик с инструментами, и собрался уходить, как вдруг краем глаза заметил в воздухе странный блеск. Повернул голову – и время будто замедлилось. Словно я очутился на волейбольной площадке и следил за мячом, вот только в качестве мяча выступала стеклянная бутылка. Я мгновенно выстроил ее траекторию – и рванул вперед. Чтобы выхватить ее прямо из воздуха буквально в паре сантиметров от головы незнакомого мальчишки, на свою беду устремившегося навстречу опасности вслед за большим пляжным мячом.

На миг мне поплохело при мысли, что могло случиться, если бы я опоздал. Мальчик – лет десяти, не больше – удивленно посмотрел на меня, и я улыбнулся беспечно, торопливо пряча бутылку за спину. Даже не подозревая, какой участи избежал, он утратил ко мне всяческий интерес и снова пустился в погоню за своей игрушкой. Но, пожалуй, он единственный на всем пляже не обратил на меня никакого внимания. От всех остальных не укрылся мой рывок – и то, зачем я это сделал.

Над пляжем сгустилась тишина.

На меня устремились десятки взглядов, но я не обратил на это никакого внимания. Я легко определил направление, откуда прилетела злосчастная бутылка, и решительно отправился туда. Потому что меня возмутил этот вопиющий случай, и я хотел посмотреть в глаза тому, кто столь бездумно рискнул чужой жизнью.

Их было пятеро – парнишки лет по пятнадцать, достаточно взрослые, чтобы изображать крутизну, но недостаточно, чтобы осознавать ответственность за свои поступки. Тот самый возраст, когда вчерашние дети изображают независимость и стремятся покрасоваться друг перед другом на этой стезе. Но сейчас они замерли, бледные и испуганные, явно потихоньку осознавая, что едва не натворили.

Я остановился перед ними, внимательно окинув взглядом всю маленькую компанию. И безошибочно определил виновника по потерянному взгляду.

- Ты полагаешь, пара мгновений бессмысленной бравады стоят нескольких разрушенных жизней? – поинтересовался я, глядя ему в глаза.

Я представил, чем могла обернуться эта выходка. Искалеченный, если не погибший ребенок; суд; закрытие лагеря и погубленная репутация его работников. И этот мальчишка – даже если ему удалось бы избежать наказания, сумел бы он простить себя? А если бы сумел – то какой ценой?

Под моим взглядом мальчишка не побледнел – посерел буквально, словно мог увидеть все, что в этот момент представлялось мне.

- Я не хотел, - прошептал он сдавленно

- Тебя кто-то заставил? – полюбопытствовал я.

- Нет, - он втянул голову в плечи, понимая, как противоречиво все это звучит.

- Не хотел, но зачем-то сделал, - хмыкнул я едва слышно и протянул ему бутылку. - Вот что. На случай, если тебе никто этого не объяснил - мусор следует выкидывать в специально предназначенные для этого места способом, не несущим потенциальной опасности для окружающих. Возьми-ка это и на этот раз сделай все правильно.

После долгого колебания дрожащими пальцами мальчишка забрал у меня бутылку и припустил к ближайшей урне, чтобы аккуратно опустить туда пустую тару. Посмотрел на меня – я кивнул одобрительно. У меня возникла стойкая уверенность, что этот мальчик больше никогда не рискнет столь глупо своей и чужой жизнью.

Возможно, я слишком строго с ним говорил, но я не жалел. Имею право, ведь я избавил его от весьма малоприятной судьбы. Окинув внимательным взглядом остальных мальчиков, я развернулся и отправился за своими инструментами. Мне предстояло еще много работы. И я совсем не ожидал, что по дороге попаду прямиком в чьи-то крепкие объятия.