Кристальное сердце. Вода.

Глава 4.1

После получения контракта настала долгая подготовка. Слух о готовящемся балу во всю гулял по городу. Многие мастерские и поставщики продуктов охотно нанимали временных рабочих. Тем не менее, Люсьена интересовал только дворец. Из-за большого объёма работ там тоже устроили внеочередной набор слуг, проводя при этом жесточайший отбор, ведь желающих-то было много.

Если вы думаете, что слуга - это человек, который сделает всё что прикажут и над которым можно измываться как угодно, то вы очень сильно ошибаетесь. Слуга должен быть верен своему господину, исполнителен, вежлив, обязательно грамотен, а особо выделяется знание этикета. Более того, слуга своим видом не имеет права опорочить господина, а потому одет он должен быть чисто, аккуратно, и лицо должно быть без изъянов. Люсьен, в силу особенности своей профессии обладал этими качествами,но безродного бродягу в замок не возьмут никогда. Любой, даже самый мелкий дворцовый слуга имеет достаточно обеспеченную родню или хотя бы какие-то заслуги. В этом вопросе помогла Доротея. Она принесла нужные бумаги, которые позволили попасть на отбор. Теперь Люсьену пришлось принять личину Генри Нильсона, сына аптекаря, что владеет в Асхарне несколькими лавками. Сам Генри, судя по качеству тех бумаг, уже упокоен в надёжном месте.

Эту часть работы Люсьен любил. Имея на руках портрет нужного человека, он мог искусно загримировать себя так, чтобы стать максимально похожим на него. Его всегда забавляло общаться с людьми, которые и не догадывались, что перед ними убийца. В конце концов от работы, даже от такой, нужно было получать удовольствие, а то недолго и крышей поехать, бывали прецеденты.

Грим лёг хорошо, кое с чем помогла Доротея. В две пары рук удалось справиться достаточно быстро. Теперь никто бы не узнал в зеркале Люсьена. Теперь перед ним сидел молодой парень двадцати четырёх лет от роду, лицо чистое, правильное, а что на правой руке имеется уродливый шрам от старого ожога, так это не беда, под одеждой не видно. После пришлось выпить зелье, которое предотвращает потливость, чтобы грим держался лучше. Конечно, организм возьмёт свою плату, но это будет потом, а пока придётся принимать эту светло-зелёную жидкость с неприятным запахом и солоноватым вкусом каждый день.

Убеждать руководителей замковой прислуги пришлось долго. Из отпущенного месяца, три недели Люсьен под видом Генри брался за любую работу и исполнял её идеально, даже если уходить на отдых приходилось позже. Чего-то сложного не поручали: уборка, переноска тяжестей, принеси-подай. Вглубь замка не пускали, разрешая работать лишь во вспомогательных помещениях. Работа грязная и тяжёлая, неудивительно, что многие пытались облегчить её как могли, прикрывая провинности друг друга. А убийце это только на пользу, было легче выделиться. И это более чем получилось.

Сперва коллеги по работе разок избили, решив проучить выскочку. Несмотря на то, что навыки рукопашного боя позволяли прикончить всех, одного за другим, настоящий Генри боевыми искусствами не владел, так что пришлось лишь прикрывать лицо, чтобы на утро синяков не было. Зато потом появилась резонная причина отыграться. Парочка пущенных слухов на кухне, один донос, и небольшая подтасовка улик и доказательств. Зная обо всех огрехах в работе претендентов, не составило большого труда донести их начальству в немного преувеличенном виде. Люсьен получил моральное удовлетворение, видя, как нерадивых слуг буквально вышвыривают за ворота, в назидание остальным. Тем не менее, месть вторична. Число кандидатов сокращалось, и именно Генри должны были взять в обслугу бала, желательно в зал. Но убийца понимал, что это вряд ли произойдёт само по себе. Нужно было придумать способ.

Последнюю неделю Люсьена, как человека исполнительного и обязательного, допустили в замок. Теперь необходимо было выполнять подготовительные работы к балу. Его поставили в пару к молодой девушке в очках. От неё Люсьен получал чёткие понятные приказы и учился ориентироваться в хитросплетениях служебных ходов. Для слуг существовали специальные переходы между крыльями и отдельными галереями, чтобы они, выполняя свою работу, поменьше попадались на глаза аристократам. Также, выполняя разнообразные поручения, получилось получше разобраться в устройстве магической защиты. В этом помог один браслетик, что был закреплён на левой руке под одеждой. Простенький металлический обруч с небольшой гравировкой. Ничего примечательного. Но стоило лишь слегка сдавить обруч пальцами, как зрение расплывалось, и перед взглядом проявлялись печати и каналы передачи энергии, невидимые простым взглядом. За последнюю сотню лет в артефакторике произошла настоящая революция, и теперь замок был усеян защитными артефактами. Сигнальные чары были на каждом окне и на всех дверях ведущих к комнатам аристократов. Чем больше Люсьен узнавал о замке, тем яснее понимал, что после убийства выбираться придётся не просто быстро, а едва ли не моментально.

Для этого за три ночи Люсьен сделал небольшой схрон на заднем дворе, под деревом. Там лежала запасная одежда, чистая тряпочка, фляга со спиртом и парик. Сменить облик нужно будет быстро. Убийца терпеть не мог использовать свою настоящую внешность, но деваться некуда, это был тот случай, когда свою собственную личину можно накинуть быстрее, чем любую другую.

Оставалось получить работу в зале. Случай подвернулся лишь за день до начала бала. Из новеньких слуг и служанок образовался свой круг общения, и перед работой они завели традицию собираться в небольшой комнатке, чтобы проснуться, немного посплетничать и только после этого расходились. Люсьен с удовольствием принимал участие в перемывании косточек. Так он и узнал, что один из тех, кто будет работать, большой любитель выпивки. Этот мужчина всегда разделял работу и отдых, непременно соблюдая обет трезвости в рабочее время, зато как следует расслаблялся в выходные. Самоконтроль - это хорошо, но любители алкоголя частенько срываются после особенно тяжёлых дней.

Время поджимало, искать более удобную цель слишком долго, а потому в ночь перед балом пришлось ловить жертву после работы. В будние дни мужчина не пил никогда, даже шага в сторону таверны не делал. Сам по себе хилым не выглядел, да и знакомы они с Люсьеном не были.