Критическое расстояние. Выбирая антиномию любви

Глава 7

Приехав к Элис в середине ночи, Логан понял, что это конец.

Уже не раз он давал себе обещание больше не приближаться к ней, пока она не сделает первый шаг. Но, глядя на неё, такую невозмутимую, холодно и безразлично уставившуюся в глупую книгу, он чувствовал, как невидимая сила тянет его к ней. В очередной раз она игнорировала его, вновь втаптывая в землю остатки его гордости.

Понимая, что окончательно растерял собственное достоинство, он всё же подошёл к ней.

— Не говори, что это интересно, ты за пять минут не перевернула ни одной страницы. Пойдём лучше поплаваем.

Она подняла на него тёмно-карие глаза.

Этот пронзительный взгляд, уничтожающий всякую свободу. Он в который раз убеждался: эта девушка может вырвать его сердце и растоптать прямо сейчас, при всех, — ему наплевать.

— Мне одобрили перевод в Нью-Йорк. Я улечу раньше. Перед началом учёбы нужно закончить дела в мастерской.

Он присел перед ней на корточки и аккуратно взял её за руку. Одно это касание — тепло её кожи, как впрыск адреналина — разливалось по венам, ускоряя его пульс.

— Я переведусь тоже. Шанс был один на сотню, но это сработало. Фордем прислал письмо. Кто-то отказался. Так что полетим вместе. Тебе не избавиться от меня, — произнёс он, легонько сжимая её ладонь.

Сердце Элис застучало так сильно, что она почувствовала вибрацию в теле. Дрожащие пальцы вцепились в обложку книги. Его слова в секунду разрушили всю стратегию и стену, которую она только закончила выстраивать.

— Как ты успел? Когда подавал прошение?

— Я давно хотел рассказать, но нам всё время кто-то мешает, — он бросил быстрый взгляд на проходившего рядом Джеймса. Тот лениво упал на покрывало рядом с Наоми.

Элис повернула голову, проследив за его взглядом.

— А Наоми? — проговорила, едва слышно.

— Наоми не хочет лететь в Чикаго. И замечательно, отсюда до Нью-Йорка немного ближе. Мы будем прилетать к ней в гости, а она к нам. Всё будет хорошо, — заговорил он, слегка улыбаясь, нежно поглаживая пальцем острые косточки на её сжимающемся кулаке. — Вам нужно помириться. Ей тяжело, она осталась одна. Но она так любит тебя. Из-за вашей ссоры она сама не своя, устроила вчера чёрт знает что с Рэмплингом, — продолжал он, глядя на Наоми, сидевшую рядом с британцем. — Джеймс морочит ей голову.

Элис резко почувствовала нестерпимое жжение под кожей, подбирающееся точно к груди. Вот он — рядом с ней, держит за руку и говорит о будущем. Но есть она — влюблённая в него Наоми. Она дорога ему. Логан не откажется от неё. Почему это так невыносимо тяжело? Это жжение — вязкое, зудящее — сводило с ума, расплываясь по всему телу. И это никогда не закончится?!

Уставившись в размытые буквы, она тихо произнесла:

— Я думаю, нам лучше расстаться.

Логан не поверил в то, что слышит. Его пальцы, сжимавшие её ладонь, разжались сами собой.

— Посмотри на меня, — прошептал он, отпуская её руку. — Прошу, Элис, посмотри мне в глаза.

Его голос из спокойного стремительно переходил в резкий.

Она подчинилась, медленно поднимая взгляд.

— Ты что-то чувствуешь к Джеймсу? — он не отводил от неё глаз. — Не делай из меня дурака. Ответь!

В его голосе смешались ярость и отчаяние, а внутри всё превратилось в сплошную ноющую боль. Только что Джеймс сказал ему, что он не заслуживает Элис и что никогда её не получит. И вот сейчас она бросает его.

— Нет! Джеймс... он… — Элис бессильно вздохнула. — Он… Просто друг…

— Какой друг?! — Логан силой сжал губы, чтобы не закричать. Пульс забился лихорадочной дробью. — Мы оба знаем, чего Джеймс хочет!

Он отчаянно всматривался в её чёрные глаза в поисках ответов и не находил.

— Вопрос в том, чего хочешь ты?

Логан хотел лишь одного — схватить Джеймса и бить его до потери сознания. Но замер — просто остановился.

Взглянул на британца, сидевшего с Наоми, как ни в чём не бывало, приобнимавшего её за талию. В этом нет смысла, если Элис любит его. Отношения с Элис рушились, и он знал, из-за кого.

— Когда у тебя будет ответ на мой вопрос — ты знаешь, где меня найти.

Он развернулся и ушёл.

Элис смотрела на Наоми и того, кто много раз задавал ей этот вопрос.

Уставший ветер окончательно затих, сдавшись перед вечерним зноем, а настойчивые волны неслышно смывали иллюзию ясности в возможности всего.

Сев в машину, Логан понял, что больше не хочет на площадку. Он хотел одного — страшно напиться. Он знал такое место.

— Самое крепкое, что у вас есть, — бросил он бармену, тяжело опускаясь на высокий стул.

— Не сегодня, приятель. Шеф на месте, без удостоверения не могу.

Твою мать, это единственный ближайший бар, где могли налить без документов. Парень в отчаянии опустил голову на барную стойку.

— Виски, сто пятьдесят, безо льда, — прозвучал женский голос рядом.

Медленно подняв голову, Логан повернулся и увидел девушку лет двадцати. Тяжёлое дно стакана глухо стукнуло о дерево стойки. Незнакомка толкнула пальцем виски к его руке, и стекло прочертило на полированной поверхности влажный след.

— Плохой день? Угощаю!

Логан, не раздумывая, залпом выпил всё содержимое.

— Ещё сто пятьдесят, — скомандовала она бармену, и через минуту перед парнем стоял второй стакан.

— Сколько я должен? — спросил спасительницу Логан и достал из бумажника пару сотенных купюр.

Протянул их девушке, но она покачала головой. Тогда он сунул деньги бармену — тот быстро схватил их и спрятал под стойкой.

Выпив ещё, Логан почувствовал, как уходит тяжесть в плечах. Приятное расслабление притупляло боль в разорванном на куски сердце и усмиряло пульсирующую в висках кровь.

Он внимательно посмотрел на сидящую рядом девушку.

Она не была красивой в привычном смысле, но казалась интересной. Смуглая кожа, суперкороткая стрижка, хорошая фигура: обтягивающие джинсы и глубокое декольте, где над самым краем топа распускался синий цветок лотоса.