Критическое расстояние. Выбирая антиномию любви

Глава 9

Элис открыла глаза. На полу разрывался мобильный телефон.

Это был мистер Брук. Его бодрый, сухой голос будто окунул её в прорубь с ледяной водой.

Новые эскизы, которые она прислала, оказались отличными, и он ждал продолжения.

— Если ещё что-то есть, срочно пришли остальное. Это будет бомба. Швейный цех займётся пошивом.

Убрав от уха телефон, она приподнялась и села, облокотившись на мягкую спинку дивана.

Образ Джеймса, Логана, Наоми всё ещё яркими вспышками врезались в глаза, но…

Хватит. Работа. Вот, что сейчас нужно.

Почему бы не выпустить собственную коллекцию. У неё была масса идей. Нужно не просто сделать коллекцию, — необходимо попасть на Нью-Йоркскую неделю моды.

Она судорожно начала думать, понимая: для участия в New York Fashion Week уже поздно. Заявку нужно было подать месяца три назад. Но есть и другие, независимые платформы, и сроки там гибче.

Сжимая в пальцах смартфон, она вскочила с дивана и быстро поднялась в комнату, села за стол напротив ноутбука, продолжая думать.

Голова больше не болит. Ясные, чёткие мысли прописались в сознании, точно алгоритмы. Она почувствовала острое, уже не желание — потребность — не просто рисовать. Работать. Не просто лучше всех, а превзойти саму себя. Быть сильнее, выше, талантливее.

Она забыла терзания, забыла о Логане — всё вытеснил азарт.

Нужны ещё портные — самые лучшие. Я хочу собственный магазин.

Она позвонила отцу.

— Мы подадим заявку на участие в февральской Нью-Йоркской неделе моды. А в сентябре выступим на независимой площадке — Art Hearts Fashion ещё принимает участников. И попроси маму присмотреть место под магазин.

— Неделя моды? Магазин? У тебя не хватит на всё денег и времени, — мистер Брук был шокирован и взбешён. Он не привык, чтобы его инвестиционный план переписывали на ходу. — Ты хоть понимаешь масштаб?

О да, она понимала. И уже всё решила.

— Начнём с AHF в сентябре. А к февралю о бренде узнают и на NYFW меня примут всерьёз. Тогда и купим магазин. У меня уже определена концепция коллекции, есть эскизы, я продумала уже десять луков — это минимум. Можно ещё добавить три-четыре. Нужно начинать пошив первых образцов для февральского показа. Я прилечу и буду работать с портными лично.

Мистер Брук не мог вставить и слова.

— На сентябрь мы возьмём из того, что уже есть. Я сейчас вышлю ещё. Сразу отправляй в работу. Используй всё, что есть у меня на счету сейчас, за вычетом зарплаты персоналу. На сентябрьский показ — более, чем достаточно.

— Ход твоих мыслей и идея — прекрасны, но сентябрь — это завтра. Реализация любого проекта требует времени, подготовки, ресурсов. Элис, это неоправданный риск. Рынок не прощает спешки, — сыпал нравоучениями отъявленный финансист.

На другом конце провода, меряя шагами свой кабинет, мистер Брук тяжело дышал.

— Если коллекция не станет продаваться, ты просто сожжёшь все деньги. К сентябрю у тебя должна быть готова коллекция, модели, не говоря уже об организации. А учёба? Калифорнийский не даст ни отсрочек, ни поблажек. Это безумие не принесёт ничего, кроме финансовых потерь! — разрывался он, пытаясь вразумить дочь.

— Меня не заботят ни сокращение прибыли, ни поблажки. — Она сжала край стола так, что пальцы побелели. — Тебе пора это запомнить.

— Ты ничего не успеешь, это невозможно!

— Нет ничего невозможного! — Элис Брук в очередной раз собиралась это доказать.

Но в дверях её комнаты снова возник Джеймс.

Та самая антиномия невозможного — первая погрешность в её теории.

— Ты опять не берёшь трубку.
Его с лёгкой хрипотцой голос будто вырывал её из комфортного кокона забвения, где не осталось ничего, кроме цели.

— Прости, я уезжала. Мне нужно было поговорить с Логаном, — она шагнула к нему, сокращая дистанцию, словно пытаясь остановить его вторжение в её оазис спокойствия. — У меня сейчас нет времени, — проговорила, подходя вплотную, надеясь, что он инстинктивно попятится к двери. Она хотела выпроводить его поскорее, и снова окунуться в работу. Но Джеймс стоял как вкопанный.

Окончательно придя в себя, Элис поняла, насколько ничтожны её попытки против этого мастера контроля личного пространства.

— Я ненадолго, — произнёс он и осторожно взял её за руку, ловко застегнул на запястье браслет-корсаж. Тёплая фактурная кожа обрамила изящную кисть. Элис медленно подняла её, рассматривая браслет – белый цветок орхидеи, словно живой. Изысканная ручная работа. Такая нежная.

— Пойдешь со мной на выпускной? — его голос, обычно ровный и холодный, теперь напоминал шуршание гравия. Он не отводил от неё взгляда.

Элис покачала головой.

— Нет, Джейми, это очень плохая идея, — выдохнула она и отвернулась, уставившись в стену. — Мы с Логаном только что расстались.

Дыхание Джеймса в момент участилось. Чёрные глаза заблестели, и он непроизвольно сжал её ладонь.

Она легонько одёрнула руку, пытаясь высвободиться из этого искусного капкана, и не в силах смотреть на него, тихо продолжила.

— У меня столько дел. Мне нужно лететь в Нью-Йорк.

— Пожалуйста, не отказывайся. Пойдем просто, как друзья, — он не отпускал её пальцы. — Я всё понимаю, тебе нужно пережить разрыв, и я…

Элис его перебила:

— И ты снова улетишь. Зачем всё это, Джеймс?

Она вздохнула, глядя на бархатные лепестки.

— Будет только хуже. Снова будет больно. Я устала. Зачем ты опять к этому возвращаешься?

— Друзья, Элис. Как друзья! Обещаю, — он нежно улыбнулся. Затем развернулся и скрылся за дверью.

Кого ты пытаешься обмануть? — подумала она.

Из комнаты Логана около семи утра вышла и хотела скрыться незаметной, растрёпанная блондинка в коротких шортах и распахнутой блузке, из которой виднелся бюстгальтер. Тихонько спускаясь по лестнице, застегивая пуговицы на лёгкой кофточке таинственная гостья встретилась с Хейли.