Кривое отражение солнца

67

Каждый целитель знает о том, что болезнь не победить, если лечить ее симптомы, а не причину. С самого начала Ши Чэн понимал, что они лишь истощают себя, сражаясь с демонами. Но что ему оставалось? Шэн Ху не могла сделать ничего, кроме как сдерживать тварей повсюду, объединив за собой других заклинателей.

Это был путь в никуда. Рано или поздно заклинатели ослабнут, а демоны - нет. Им нужно устранить главную причину, Инцзы Яна, но как? Темный заклинатель вел себя дерзко, но все равно оставался осторожным и не позволял поймать себя в ловушку.

Шэн Ху не удалось заполучить преимущество – Е Юня - который облегчил бы их положение. Но чем дольше Ши Чэн об этом думал, тем отчетливее понимал - кое-какое преимущество у них все же есть, пусть и не то, на которое он рассчитывал.

- Глава ордена, позвольте мне возглавить отряд для поисков темного заклинателя, - Люй Ань склонился перед ним и посмотрел на Ши Чэна с ожиданием. – Нужно как можно скорее отправляться в путь.

- Поиски бессмысленны, - покачал головой Ши Чэн. - Мы лишь потратим силы и лишимся части адептов. Мы больше не можем себе этого позволить.

Старшие заклинатели смотрели на него, не отводя взглядов.

- Верно, Е Юня у нас нет, - проронил глава ордена. – Но Инцзы Яну об этом неизвестно.

Е Юнь считал, что больше не нужен учителю, однако он ошибался. Почему иначе Инцзы Ян послал за ним своего сильнейшего демона и все время держал ученика при себе? Ши Чэн не знал, насколько может полагаться на домыслы, но чувствовал, что недалек от истины. Е Юнь всегда был привязан к учителю, всегда – это было заметно даже в детстве, когда они впервые встретились.

Невозможно питать такое сильное чувство к тому, кто совсем его не разделял. А значит, они могут это использовать.

***

Никто не рисковал говорить вслух о том, что думал, но Е Юнь видел, как люди смотрят на него. На нем были простые по заклинательским меркам одежды из неокрашенного шелка, но даже и они выделяли его, как журавля среди воробьев.

Это был первый уцелевший город на пути Е Юня. И, судя по количеству раненых и оборванных людей, которые пришли издалека, симпатии к заклинателям они не испытывали. Ответы на его вопросы были недружелюбными и односложными, почти на грани приличия. Прежде ни один человек не посмел бы так обратиться к совершенствующемуся – пусть даже и странствующему - но времена изменились.

Как еще следовало относиться к тем, кто должен был оберегать их и защищать, а вместо этого бросил на произвол судьбы? Заклинатели не понимали людей по-настоящему и не заботились о них лишь из большой любви.

Иначе и быть не могло. Е Юнь понимал это, и не обманывал себя – как бы он ни жалел людей, он ничем не отличался от прочих заклинателей. Будь он лучше их, он отправился бы в Шэн Ху по своей воле. Там его способности могли спасти многие жизни, ведь порталы рождали все новых и новых тварей.

Но Е Юнь не мог этого сделать. Помощь Шэн Ху означала угрозу Шэ Шань и всему, за что они боролись - а темный заклинатель не мог допустить победы Ши Чэна, даже если это и значит, что многим придется умереть.

Но кто на его месте поступил бы иначе? Времена, когда заклинатели заботились обо всех людях без исключения, давно прошли, а потому и Е Юнь должен думать о благе своего ордена. Последние месяцы здорово его ожесточили. А может, он просто смирился – темный заклинатель знал, что не может спасти всех, а потому приходилось выбирать.

Вновь начал накрапывать дождь, и Е Юнь с сомнением глянул на дверь гостиницы. Денег у него не было – уходить пришлось в спешке, и темный заклинатель думать забыл о таких прозаичных вещах. Прежде он путешествовал, полагаясь на статус адепта Шэ Шань, и необходимости носить с собой деньги не возникало вовсе.

Колебался он недолго – мерзкая морось усилилась, и с неба полило по-настоящему. Е Юнь скользнул за дверь.

Длинный зал, низкий и темный, дохнул на него запахами еды, отсыревшей одежды и чадящего огня. На мгновение голова у заклинателя пошла кругом от влажных испарений, наполнявших помещение, но он все равно шагнул внутрь и забился в самый угол.

В обшарпанном зале было не протолкнуться. Не он один укрывался здесь от дождя – несколько путников, забрызганных грязью и усталых, стояли вдоль стен, пережидая непогоду. Прежде Е Юнь никогда не видел, чтобы постоялый двор в таком маленьком городке был забит до отказа.

Многие люди оставили насиженные места, спасаясь от тварей. Не все ордена позволяли своим крестьянам покидать деревни – обычно на такое требовалось разрешение городских чиновников, но теперь это никого не волновало. Неминуемая смерть от когтей и клыков была во много раз страшнее, чем гнев заклинателей, которые были далеко и не могли защитить даже себя.

Кого здесь только не было. Бывшие крестьяне, заросшие и грязные, с топорами или серпами, служившими им единственным оружием. Они держались целыми семьями, и вместе с мужчинами в гостиницу набились малые дети, старики, женщины. Попадались и бывалые путешественники – торговцы, растерявшие весь свой товар, актеры, чьи пьесы стали никому не нужны, странствующие поэты, выглядевшие хуже, чем нищие.

Да Е Юнь и сам мало походил на того, кем казался прежде. Он прошел многие ли за последнее время, и у него не было никакой возможности привести себя в порядок. Да что там – ему и поесть-то было не на что.

Стоя посреди зала, наполненного запахом пряного мясного бульона, темный заклинатель почувствовал, как свело живот. Совершенствование позволяло не есть долгое время, ну или хотя бы притупить неприятные ощущения, но всему был предел. Давно он не испытывал настоящего голода – кажется, с тех самых пор, когда руками ловил карпов в чужом пруду.

Внимание Е Юня привлек шум, доносившийся из-за одного стола – там безмятежно смеялись, не обращая внимания на гнетущую обстановку кругом. Это была компания, сплошь состоящая из молодых людей – и все были одеты достаточно прилично, на порядок лучше окружающих их крестьян. Их можно было бы принять за детей чиновников или зажиточных торговцев, но в таком месте…?