Кривое зеркало

Глава 17 Одно целое

Максим рассказал подробности плана Умбре. Тот внимательно выслушал, высказался, что это безумие, но согласился. Аньюс и все, кто ещё мог двигаться должны были распространить весть всем остальным детям. Вскоре все камеры были проинформированы. Самым старшим и крепким было поручено нести тех, сам не может двигаться самостоятельно. Действовать надо будет оперативно, иначе не все смогут сбежать.

Умбра, создаст проход между камерами. Они все должны будут соединяться друг с другом, а затем из одной все выберутся наружу, прямо к Веруму. Но для стольких проходов требовалось время.

Максим должен будет отвлекать Новиса и узнать какой именно проводник не позволяет сюда попасть Раттусу. И это был самый опасный момент в их плане. Он помнил, как тот мужчина сначала мило ему улыбался, а потом приказал пытать его. Но больше никто из детей не мог выяснить то, что им нужно. Только с Максом Новис захочет поговорить. Именно поэтому Умбра считал, что этот план безумен.

Они не могли терять ни секунды. Максим итак находился тут дольше планируемого, и Глория скорее всего сейчас рвётся убить всех. Поэтому, мальчик незамедлительно передал стражникам, которые стояли у его дверей своё пожелание о разговоре с Новисом. За считанные минуты ему связали руки и доставили в ту самую комнату, где они впервые встретились.

Мужчина ждал его со своей незаменимой улыбочкой. Каламус так же была верна себе и стояла позади Новиса, упорно что-то записывая. Максиму предложили помощь сесть и немного еды, но он презрительно фыркнул и, стараясь не показывать то, как ему больно, с трудом сел, оттолкнув миску с вкусно пахнущим супом. Его злило, что они тут спокойно обедают, когда дети от голода, изнеможения и боли умирают там внизу.  

 — Итак, Максим. Как ты себя чувствуешь? Надеюсь тебе не слишком больно? Я немного увлёкся. Хотел только попугать тебя, но ты так хорошо держался, что я позволил себе немного лишнего, — Новис в своей манере сложил руки в замок, положил подбородок и с улыбкой смотрел на своего гостя.

— Я предлагаю сделку.

— Сделку? Как интересно. Я тебя внимательно слушаю.

— Отпустите всех детей, и тогда я буду с вами сотрудничать.

Новис на заявление Макса рассмеялся, вытирая слёзы, выступившие из глаз. Каламус продолжала писать, никак не реагируя на предложение мальчика. Отсмеявшись, мужчина отклонился назад, опираясь руками о пол и, наклонив голову, ответил:

— Ты действительно очень забавный мальчик. И мне действительно хочется с тобой подружиться, но, увы, ты требуешь невозможное. Если бы эти дети были моими, то я с радостью выполнил твоё желание. Они принадлежат ОКУ.

— Значит, вы не хотите, чтобы я позвал своего проводника?

— Очень хочу. Мне не терпится изучить его. Ведь весь их род считался вымершим много лет назад. Ты, возможно, нашёл последнего, и конечно я хочу лично лицезреть его и поэкспериментировать. Но я уверен, что мы с тобой ещё сможем найти общий язык. Многие говорят, что я настолько мил, что мне невозможно отказать.

— Вам лгут.

В ответ снова приступ смеха.

— Ты мне действительно нравишься. И мне действительно хочется с тобой ещё поболтать и дать тебе шанс потянуть время, пока твой проводник не приведёт подкрепление к штабу, но, боюсь, игру пора прекращать.

— Как вы…?

Максим не успел задать вопрос. Новис неожиданно встал, обошёл стол, присел на корточки перед Максом и, положив руку на его голову, спокойно и дружелюбно проговорил:

— Это была действительно хорошая идея. И мне жаль тебя огорчать, ведь я всем сердцем не хочу этого делать. Но закон есть закон. Как только твои друзья приблизятся к этому месту, то их убьют. Либо стража, которая уже поджидает всех, либо само здание. Без моего разрешения никто не может войти или выйти отсюда. Любой, кто попытается, сгорит изнутри. Поэтому зря ты решил поиграть в героя. Скоро тебе некого будет спасать.

После последовал приказ увезти Максима обратно в камеру. Затем тут вбежал один из стражи и сообщил, что к штабу приближается небольшая группа людей, возглавляемая сбежавшим Верумом.

У Максима в голове был настоящий хаос, весь их план был раскрыт ещё до того, как всё началось. Дети не смогут выбраться, а все взрослые, которые пришли к ним на выручку, будут либо убиты стражей, либо, как и сказал Новис, сожжены. Надо было срочно что-то придумать и предупредить всех.

Но как? Из здания им не выйти и не оповестить всех. Если бы он только мог отправить им какой-нибудь сигнал. И тут ему в голову пришла одна мысль. Он вспомнил, что Глория всегда знала о том, что Максим думал и чувствовал. Она говорила, что они одно целое. Но раз Верум с остальными всё же идут сюда, значит Глория не в курсе происходящего. Надо как-то связаться с ней.

Как только Максим хотел позвать проводника, тот тут же одёрнул себя, вспомнив, что не должен этого делать, пока сам не выберется отсюда. Иначе она может пострадать.

«Должен быть другой способ»

Но он не мог придумать что-то ещё. А время шло на минуты. Стража знает об их приближении, а они – нет. Он стал вспоминать всё, что Глория когда-либо говорила об их связи. Она постоянно твердила. Что они одно целое: что знает один, знает и другой. Но знала всегда только она одна.