Кромка. Танец с хищником

Глава 8. Эхо некромантии и золотой пепел

Раннее утро встретило меня тяжелым, липким туманом, который просочился сквозь неплотно прикрытые створки высоких дубовых окон отцовского кабинета. В комнате пахло пригоревшим воском, застарелым пергаментом и дорогим крепким табаком, который отец курил только в моменты глубочайшего кризиса.

​Глава рода Авалор сидел за своим массивным столом, подперев голову тяжелой, усыпанной фамильными перстнями ладонью. Его безупречный парадный колет был расстегнут у ворона, а под глазами залегли темные, почти черные тени. Когда я вошла, его плечи едва заметно дрогнули. В суровом, некогда непроницаемом взгляде патриарха на долю секунды промелькнула странная, пугающая тень — не то панической тревоги, не то суеверного страха передо мной. Этот проблеск слабости в человеке, державшем в страхе весь клан, заставил мое сердце пропустить удар.

​— Эвелина, — начал он, тяжело откашлявшись и прочищая осипшее горло. Он упорно избегал моего прямого взгляда, изучая круги от чернильницы на лакированной столешнице. — Ночные события… изменили баланс сил. Совет Первородных временно заморозил все брачные претензии к нашей семье. Я принял трудное, но единственно верное решение. Ты должна немедленно вернуться к занятиям в Академии Зари. На рассветном дилижансе.

​Я невольно прижала ладонь к груди, где сквозь плотную ткань дорожного платья проступал рельеф серебряных рун Суверенитета, выжженных вчера на моих предплечьях.

​— Но как же Веларионы, отец? — мой голос прозвучал тише, чем хотелось бы, но в нем отчетливо вибрировало беспокойство. — Их свадебный поезд все еще в гостевом крыле. Дариан… он не из тех, кто отступает перед решением школьного Совета. Что будет с союзом и нашими долгами перед Министерством?

​Отец резко поднял руку, пресекая мои расспросы, и этот жест показался мне судорожной попыткой вернуть ускользающую власть.

​— Об этом позабочусь я, — отрезал он, и его голос на мгновение дал дать петуха, прежде чем снова налиться свинцовой тяжестью. — Это дела глав великих домов, адептка. Твоя задача отныне — учеба и только учеба. Раз раздался зов Источника, ты должна удержать его силу, иначе нас уничтожат изнутри. Сосредоточься на метафизике. Иди.

​Академия встретила меня звенящей, почти осязаемой тишиной. Студенты, обычно шумно обсуждавшие утренние лекции в центральном атриуме, разбились на обособленные группы, перешептываясь и испуганно оглядываясь на каждого встречного.

​Я практически бежала по переходам, пока не скользнула в узкий лаз за гобеленом Четвертой Эпохи, ведущий в нашу тайную комнату в заброшенном крыле астрономической башни. Там пахло сухой лавандой и старыми картами. Алисия и Марк уже были там. Подруга лихорадочно мерила шагами тесное пространство между книжными полками, заламывая пальцы, а Марк сидел на подоконнике, рассеянно вертя в руках незажженный магический светильник.

​— Ты слышала?! — выпалила Алисия, едва тяжелая портьера захлопнулась за моей спиной. Ее лицо было бледным, как ритуальный саван, а глаза расширились от ужаса. — Наследник Веларионов… Дариан. Он мертв, Эви! Мертв!

​Мир вокруг меня качнулся. Я замерла на пороге, чувствуя, как пальцы мгновенно немеют, выпускают из рук ремешок сумки. Учебники с глухим стуком повалились на пыльный ковер.

​— Что?.. — выдохнула я, отказываясь верить собственному слуху. — Как это возможно? Он ведь только вчера вечером… он стоял в Алтарном зале, угрожал мне и Раэлу. Он ушел на своих ногах!

​— Говорят, это проклятие черной крови, — подал голос Марк. Его всегда спокойный, глубокий баритон заметно дрожал, а пальцы, сжимавшие светильник, побелели от напряжения. — Древнее родовое заклятие Веларионов, которое внезапно активировалось, едва его карета пересекла защитный барьер Академии. Слуги нашли его на шелковых подушках. Его тело превратилось в иссохший уголь за считанные минуты, Эви. Изнутри. Словно его собственная некромантия сожрала сама себя.

​— Это ужасно… — я опустилась на свободный стул, чувствуя, как ледяной пот катится между лопатками.

​Перед глазами встал образ Дариана — его неестественно черные глаза и змеиная улыбка. Каким бы чудовищем он ни был, его внезапная кончина пахла не случайностью, а целенаправленным, хирургически точным убийством. И последствия для моего клана обещали быть катастрофическими.

​— Что теперь будет с союзом кланов? — дрожащим, срывающимся на писк голосом спросила Алисия, присаживаясь рядом со мной и крепко хватая меня за ледяную ладонь. — Веларионы объявят кровную месть. Они обвинят твоего отца!

​— Отец сказал, что возьмет все переговоры на себя, — ответила я, тщетно пытаясь подавить внутреннюю дрожь. Серебряные руны на моих руках противно зазудели, реагируя на общую панику. — Он обещал разобраться с Министерством.

​— И как, во имя всех первородных богов, он собирается это сделать? — Марк резко поднялся с подоконника, в его глазах плескалось неприкрытое, злое беспокойство. — Загладить смерть единственного наследника высшего некромантского дома? Это невозможно без…

​— Он упомянул о поиске нового кандидата, — перебила я его, сжимая кулаки так сильно, что ногти вонзились в кожу. — Нового союзника для клана Авалор.

​— Нового жениха?! — Алисия вскрикнула, окончательно теряя самообладание и закрывая рот ладонью. — После того, как ты едва не сгорела на Источнике, чтобы получить свободу?! Он безумен!

​— Похоже на то, — глухо отозвалась я. — Но пока это лишь слова. Прежде всего, нам нужно разобраться, что на самом деле произошло в той карете. Действительно ли это родовое проклятие или кто-то… помог Дариану отправиться за грань.

​— А кристалл? — Алисия с надеждой посмотрела на мой потайной карман. — Ты ведь теперь Суверен. Связь с Сердцем Академии должна быть идеальной. Может, артефакт зафиксировал всплеск чужой магии в момент его смерти?

​— Я попробую поговорить с ним сегодня ночью, когда щиты Академии перейдут в пассивный режим, — во мне, пробивая толщу липкого страха, наконец-то начала разгораться привычная упрямая решимость. — Но сейчас нам нельзя привлекать внимания. Учеба. Мы обязаны явиться на лекции Моргана, иначе декан лично придет за нами.