Кромка. Танец с хищником

Глава 20. Условия капитуляции

Часть I. Полуночный променад

​Тяжелая дубовая дверь кабинета Раэла захлопнулась за моей спиной с глухим, зловещим стуком, отрезая меня от обманчивого тепла догорающего камина. Я осталась наедине с леденящими душу словами экс-декана о моем Источнике и планах Совета. Сердце все еще испуганно птицей билось в груди, когда я пошла по длинному, утопающему в глубоких сумерках коридору восточного крыла к своим покоям. Единственным источником света здесь были редкие настенные бра, в которых тускло, истекая воском, горели оплывшие свечи.

​Около полукруглой эркерной ниши, где блеклый лунный свет падал на холодные мраморные плиты, моя торопливая походка резко прервалась. Прямо передо мной, словно соткавшись из полуночных теней, бесшумно выросла высокая фигура леди Виктории Блэквуд. Она совершала свой поздний променад. Ее тяжелое ночное платье из черного шелка не издавало ни единого шороха, а бледные руки со скрещенными пальцами покоились на дорогой бархатной накидке.

​— Миледи, — тихо произнесла я, мгновенно маскируя внутреннюю дрожь и слегка склонив голову в безупречном, но подчеркнуто холодном приветствии.

​— Эвелина, — отозвалась она, медленно поворачиваясь ко мне.

​В ее низком, обычно высокомерном голосе сейчас прозвучала непривычная, едва ли не гипнотическая мягкость, от которой у меня по спине пробежал мороз. Ее стальные глаза в лунном свете казались абсолютно прозрачными, лишенными каких-либо человеческих эмоций.

​— Не найдется ли у вас пары минут для приватного разговора между двумя леди? Время вполне располагает к откровенности.

​— Разумеется, миледи, — ответила я, хотя каждая клеточка моего тела, каждый пробудившийся контур магии отчаянно противились этой внезапной беседе.

​Леди Виктория сделала плавный шаг вперед, сокращая расстояние между нами. Воздух вокруг нее неуловимо пах горькой полынью и дорогими столичными духами.

​— Я хотела бы заблаговременно обсудить с вами некоторые… весьма специфические детали вашей предстоящей свадьбы с моим старшим сыном, — ровно начала она, не сводя с моего лица своего сканирующего взгляда.

​— Я буду искренне рада помочь роду Блэквуд с любыми предсвадебными приготовлениями, которые посчитает нужными ваша светлость, — осторожно заверила я ее, хотя внутри нарастало удушающее предчувствие того, что этот разговор обернется для меня катастрофой.

​— Нет, — безжалостно, одним коротким движением тонкой ладони прервала она мои светские излияния. — Речь сейчас пойдет совершенно о другом, дитя мое.

​— О чем же в таком случае? — спросила я. Мой голос сорвался на грани шепота. Я отчетливо почувствовала, как подступающая тревога ледяной, осязаемой хваткой начинает сжимать мое горло.

​— О будущем моего сына Раэла, — безэмоционально ответила матриарх рода. — И о вашем истинном, строго отведенном месте в этом самом будущем.

​— Боюсь, я не совсем понимаю направленность вашей мысли, миледи, — проговорила я. Пальцы судорожно впились в складки моего платья, хотя страшная, уродливая догадка уже закрадывалась в сознание, отравляя мысли.

​— Видите ли, Эвелина, — леди Виктория позволила себе едва заметную, хищную полуулыбку, обнажившую ровный ряд белых зубов. — Мне до мельчайших подробностей известно о вашем… крайне особом, привилегированном положении в стенах Королевской Академии.

​— Что конкретно вы имеете в виду под «особым положением»? — спросила я, из последних сил стараясь сохранить внешнюю невозмутимость и удерживая ментальные щиты Источника от спонтанного выброса.

​— То, что вы, к великому сожалению Совета, были признаны одной из самых одаренных и опасных учениц за последнее десятилетие, — ровно ответила она, сделав акцент на слове «опасных». — И нам прекрасно известно о ваших… выдающихся, поистине редких способностях к блокировке чужой воли.

​— О каких именно способностях идет речь, леди Виктория? — напрямую уточнила я, хотя леденящий душу ответ был мне заранее известен.

​— О тех самых деструктивных способностях, Эвелина, которые могут в корне помешать вам стать покладистой и хорошей хозяйкой в нашем родовом гнезде, — произнесла она с тяжелым, неопределимым нажимом, делая шаг в мою сторону, отчего ее тень полностью накрыла меня.

​— Я все еще отказываюсь понимать ваши намеки, — упрямо повторила я, лихорадочно пытаясь выиграть хотя бы несколько секунд, чтобы выстроить защиту.

​— Вы слишком умны и сильны для банальной роли жены, — наотмашь отрезала она, разрушая последние иллюзии светского приличия. — Особенно — для роли жены великого Хранителя и будущего верховного декана Коллегии.

​— И что именно в моем уме и магическом даре вы находите плохим или предосудительным? — спросила я, чувствуя, как сквозь ледяной панцирь страха начинает прорываться горячее, яростное раздражение.

​— Всё, — последовал короткий, сокрушительный безапелляционный ответ. — Истинная аристократическая жена обязана безмолвно поддерживать своего супруга и служить его тенью, а не затмевать его своей силой перед королем и Советом.

​— Я никогда и не собиралась затмевать Раэла, — гневно возразила я, делая шаг назад. — Моя магия…

​— Но вы потенциально способны на это, — жестко парировала леди Виктория, и в ее глазах на миг сверкнула истинная сущность старой интриганки. — И именно в этой вашей скрытой способности кроется вся главная проблема для нашей семьи.

​— Почему это должно волновать род Блэквуд?

​— Потому что наш древний род обязан любой ценой держать марку, — ледяным тоном пояснила она, словно отчитывала неразумного ребенка. — Мы — Блэквуды, мы едва вернули себе доброе имя, и обязаны жестко соответствовать определенным, веками выверенным стандартам власти. В этих стандартах нет места строптивым Хранительницам.

​— И что же вы конкретно предлагаете мне сделать? — спросила я, чувствуя, как внутри, в самом средоточии Источника, начинает закипать ядовитый, неуправляемый гнев.

​— Я милостиво предлагаю вам… навсегда умерить свои безрассудные девичьи амбиции, — произнесла она с угрожающим, вкрадчивым нажимом. — И наконец стать той, кем вам изначально предначертано быть самой природой и вашей слабой кровью.