Кромка. Танец с хищником

Глава 24. Вспышка в сумерках

​Густые, багрово-пепельные сумерки уже плотно окутали старый сад, когда внезапный, звонкий и пугающе близкий голос Амелии буквально разрезал звенящую тишину:

​— Раэл! Эвелина! Вы здесь? Где вас демоны носят?

​Мы отпрянули друг от друга с такой лихорадочной поспешностью, словно были пойманными на месте преступления нерадивыми адептами Академии, а не взрослыми магами. Магическая искра, еще секунду назад связывавшая наши Источники в единый пульсирующий узел, с сухим щелчком оборвалась. Раэл, мгновенно вернув лицу маску ледяного, высокомерного спокойствия, торопливо одернул полы своего жесткого суконного камзола и поправил безупречные накрахмаленные манжеты. Я же, судорожно вздохнув, попыталась дрожащими пальцами пригладить растрепавшиеся, пахнущие грозой волосы и расправить смятый шелк на талии.

​— Мы здесь, Амелия, — отозвался Раэл. Его низкий баритон прозвучал на удивление ровно, хотя я отчетливо слышала, какого колоссального ментального напряжения ему стоило придать голосу эту дежурную непринужденность.

​Из-за раскидистых, покрытых тяжелыми бутонами кустов сирени стремительно вышла Амелия. Ее лицо поначалу сияло от искренней, почти детской радости, а в руках она сжимала плетеную корзинку с остатками праздничных сладостей. Девушка явно не заметила того густого, осязаемого напряжения, что тяжелым облаком повисло в сыром воздухе между мной и ее братом.

​— Отлично! Наконец-то я вас нашла! — воскликнула она, делая шаг по гравию. — Я как раз хотела спросить у Томаса насчет вечернего экипажа, и вдруг…

​Она резко осеклась на полуслове. Ее цепкий, проницательный взгляд скользнул по нашим неестественно замершим фигурам, задерживаясь на моих раскрасневшихся щеках, искусанных губах и сбившемся, прерывистом дыхании Раэла. В глазах Амелии промелькнуло мгновенное узнавание.

​— Что… во имя всех лордов Кромки, здесь только что происходило? — спросила она, оглядывая нас с нарастающим, колючим подозрением. На ее лбу прорезалась глубокая складка.

​— Абсолютно ничего из того, что могло бы тебя заинтересовать, — чересчур холодным, монотонным тоном ответил Раэл, закладывая руки за背ну.

​— Да, именно так, — поспешно подхватила я, отчаянно пытаясь вернуть лицу невозмутимый, светский вид, хотя сердце в груди все еще колотилось как безумное. — Мы просто… просто разговаривали на свежем воздухе.

​— Разговаривали? В такой темноте и на заброшенной дорожке? — недоверчиво переспросила Амелия, скрещивая руки на груди и переводя взгляд с одного на другого.

​— Именно, — процедил Раэл, на долю секунды мазнув по мне своим потемневшим, предупреждающим взглядом. — Мы детально обсуждали дальнейшие… дела. Насущные вопросы управления Академией.

​— Дела? Академические вопросы? — повторила Амелия, и в ее голосе послышался едкий сарказм. Она явно не верила ни единому нашему слову.

​— Да, очень важные, не терпящие отлагательств юридические аспекты, — пробормотала я, сознательно избегая смотреть в глаза кому бы то ни было и усердно изучая носки своих туфель.

​— Ну, хорошо… допустим, — протянула Амелия, хотя в ее прищуренных глазах все еще читалось глубокое сомнение. — В таком случае я, пожалуй, не буду мешать вашей деловой дискуссии.

​Она сделала демонстративный шаг назад, собираясь уйти за кусты, но тут же резко замерла на месте, словно приняв какое-то внезапное, твердое решение.

​— Знаете что? Пожалуй, я всё-таки останусь здесь.

​— Амелия, твое присутствие тут излишне… — с нажимом начал Раэл, но сестра грубо перебила его резким, властным взмахом руки.

​— Нет, дорогой братик, нет, — отрезала она, решительно тряхнув головой, отчего ее золотистые локоны взметнулись по плечам. — После всего того, что случилось сегодня в поместье, я не оставлю вас двоих наедине ни на одну единственную минуту. Хватит с меня тайн.

​— И что же такого экстраординарного, по-твоему, случилось сегодня, чего я не знаю? — спросил Раэл, и в его голосе впервые явственно проскользнуло глухое, опасное раздражение.

​— О, прошу тебя, только не притворяйся святошей! — горько усмехнулась Амелия, делая шаг вперед. — Я прекрасно знаю, Раэл, что именно ты от начала и до конца срежиссировал всю эту отвратительную проверку в саду со слугами.

​— Какую… какую еще проверку? — спросила я, переводя растерянный, непонимающий взгляд с напряженной фигуры Раэла на пылающее от гнева лицо Амелии. Воздух вокруг нас снова начал насыщаться искрами чужой магии.

​— Да ладно вам обоим! — воскликнула Амелия, всплеснув руками, отчего корзинка едва не полетела на землю. — Неужели вы двое искренне думаете, что я круглая дура и не вижу ваш дешевый, отрепетированный маленький спектакль?

​— О чем конкретно, Амелия, ты, по твоему собственному мнению, знаешь? — спросил Раэл. В его упавшем голосе теперь звучала смертельная, вековая усталость человека, чья сложная многоходовая комбинация начала трещать по швам.

​— О том, что ты цинично решил устроить Эвелине экзамен на прочность и покладистость! — в упор ответила Амелия, бросив на брата полный глубокого осуждения взгляд. — О том, что ты, как и наша многоуважаемая матушка, снова попытался манипулировать всеми нами ради своих великих министерских целей!

​— Я никогда не манипулировал ни тобой, ни Эвелиной в личных целях, — глухо возразил Раэл, и в его обычно бесстрастном голосе на секунду послышалась глубокая, почти детская обида.

​— Конечно же, нет, как я могла подумать! — картинно закатила глаза Амелия. — Ты просто в очередной раз решил поиграть в непогрешимого великого стратега за счет чужих жизней.

​— Амелия, — попыталась я мягко вмешаться, чувствуя, как обстановка между родственниками накаляется до предела, — может быть, мы все сейчас просто выдохнем и…

​— Нет, Эвелина, замолчи! — жестко прервала меня Амелия, и в ее голосе прозвучала несвойственная ей гранитная твердость. — На этот раз я не позволю этому каменному идолу просто так развернуться и уйти от прямого ответа.