Крон. Опасное влечение

Глава 1

Камила

— Камила! — окрикивает меня Алёна.

Оборачиваюсь. Подруга идёт за мной с чёрной подарочной коробкой, перевязанной бордовой лентой.

— Это тебе, — вручает мне коробку, довольно улыбаясь.

— Ого, а по какому поводу? — распахиваю глаза от любопытства, рассматривая подарок.

— Не знаю, это не от меня, — Алёнка садится на лавочку в сквере нашего универа и тянет меня за собой, дёргая за рюкзак.

— А от кого? — оглядываюсь, словно даритель где-то рядом.

— Какой-то парень просил передать тебе. Сказал: «Ты сама всё поймёшь». Сознавайся, с кем замутила?

Алёнка вынимает электронную сигарету и, оглядываясь, быстро затягивается сладким ягодным дымом. На территории нашего универа курить запрещено. Но Алёна против правил.

— Эм… Может, от Романа. Но он бы вручил сам. Что за парень?

Ничего не понимаю, поглаживаю мрачную коробку, боясь узнать, что внутри.

— Да обычный пацан, лет шестнадцать, невзрачный. Тормознул меня, попросил передать и также быстро смылся. Может, курьер? — отмахивается Аленка.

— Серьёзно?

— Ага. Да что гадать, открывай, — стучит маникюром по моей коробке. — Интересно. Умеет же кто-то вручать подарки. Не то что некоторые, — стреляет глазами в сторону наших сокурсников, которые собрались на парковке и ржут, как кони.

— Ладно, — дёргаю атласную ленту, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Не нравится мне этот подарок. Нарастает какое-то нехорошее предчувствие. Такое ощущение, что там бомба.

Открываю коробку. Мы с Алёнкой одновременно заглядываем внутрь.

— Эм… — недоумевает Алёнка.

А я роняю коробку на пол и зажмуриваюсь. Хочется отшвырнуть её ногой подальше, но я боюсь даже пошевелиться.

— Что это вообще такое?

Алёнка хватает коробку и вынимает оттуда тряпичную куклу в виде зайчихи в розовом платье. Только это не простая милая игрушка, она вся грязная и наполовину обгоревшая.

— Дай сюда, — нервно выхватываю у неё куклу, переворачиваю и задираю платье зайчихи.

И снова кидаю игрушку в коробку, чувствуя, как перехватывает дыхание. Страшно, не оттого что игрушка грязная и обгоревшая. А оттого что это моя кукла. Когда мне было восемь лет, моя настоящая мама подарила нам с младшей сестрёнкой двух одинаковых зайчих. И чтобы не перепутать, мы с сестрой на спинах игрушек под платьем нарисовали маркером первые буквы своих имён. На этой игрушке буква «К».

Паническая атака нарастает, сжимая горло всё сильнее и сильнее. Руки дрожат, в груди разливается неприятная волна жара. Потому что, когда мне было тринадцать лет, вся моя семья погибла в пожаре. Мне повезло… В ту ночь меня не было дома, я осталась ночевать у подружки на соседней улице. Сгорело всё дотла. А может, и не сгорело… Я никогда не была на том пепелище. Меня сразу же забрали: сначала в больницу, где со мной работали психологи, а потом – в интернат. Страшно было возвращаться в место, где сгорели все мои близкие. Даже сейчас, спустя шесть лет, всё ещё страшно ходить по нашей улице. Сгоревшего дома уже давно нет, земля продана, и на этом месте построен новый дом, где живут совершенно чужие люди.

— Слушай, тут ещё открытка, — приводит меня в себя Алёнка. — Читать?

Подруга вынимает открытку, закрывает коробку вместе с обгоревшей игрушкой и отодвигает её ногой поближе к урне.

Не понимаю, зачем мне это прислали, какой цели добиваются и что вообще происходит. Но я знаю, кто это… Точнее, не знаю. Я никогда не видела этого человека в лицо. До этого дня я вообще не воспринимала его всерьёз. Но это не первое послание.

— Окей, это какая-то тупая шутка каких-то дебилов. Давай просто выкинем все и не будем ничего читать, — Аленка мнёт маленькую открытку в руке, намереваясь отправить её в урну.

— Нет, — вырываю у неё открытку.

Расправляю её и всё-таки читаю. Потому что сойду с ума, если не пойму, что от меня хотят и зачем это делают.

«Надеюсь, тебе понравился мой подарок? Ты любила эту куклу, я возвращаю её тебе. Напиши мне спасибо. И я верну тебе другие вещи, о которых ты забыла. 130716»

Читаю эти строки, написанные красивым, почти каллиграфическим почерком, и не могу понять их смысла. В голове туман, в груди паника. То чувство, когда очень страшно, но непонятно, чего или кого боишься, и от этого становится ещё страшнее.

Сначала тоже хочу всё это выкинуть в урну, но потом беру себя в руки, поднимаю дрожащими пальцами коробку и прячу смятую открытку в карман. Оглядываюсь, выискивая глазами психа, который меня достаёт. Но никого не вижу. В сквере много студентов и преподавателей, но все ведут себя обычно, никак не привлекая внимания.

— Это от того психа, который слал тебе сообщения? — бежит за мной Аленка, когда я решительно иду на парковку к машине, где меня ждёт водитель.

— Не знаю. Наверное…

Это не первое странное послание за последние две недели. Но до сегодняшнего дня на мой номер в мессенджерах приходили почти безобидные сообщения от незнакомого абонента без ника и фотографии. Точнее, ник состоял из цифр «130716», а вместо фото – картинка: огонь или взрыв. Я не придавала значения, поэтому сильно не вникала. Мне казалось, это какой-нибудь идиот из нашего универа. Все мои сверстники, несмотря на то что здоровые амбалы, которым по девятнадцать-двадцать лет, по факту – тупые дети. И подкаты у них такие же. Да мне и раньше много кто писал, пытаясь «оригинально» подкатить. Поэтому особо страшно не было. Нас с Алёной больше забавляли все эти сообщения. А теперь совсем не смешно.

— Ты куда? В полицию? — спрашивает запыхавшаяся Алёна, потому что я почти бегу, ничего не видя на своём пути.