Кровь для драконов

Глава 8. Из огня да в полымя

Обитель Милосердия, вероятно, была сейчас самым безопасным местом в королевстве, не считая столицы. Этот тихий уголок получил лучшую защиту от самой природы. Чтобы добраться до него с севера и запада, врагам нужно пройти через леса и болота – провальный план для большой армии. С юга обитель защищают отроги Драконьих гор, попробуй проберись.
Въезжая сюда, Гэб, Кристоф и Элия наконец-то почувствовали себя спокойнее, ведь на тракте ощущение погони не покидало их. Девушка предвкушала радостную встречу со своими подопечными, но и кислой физиономии настоятельницы тоже было не избежать. Интересно, эта женщина вообще умеет улыбаться? Ни разу не видела ее довольной.
Путь к приюту пролегал через центральную площадь. Сегодня был торговый день, и ее облюбовали многочисленные палатки и ларьки с разнообразными товарами. Кристоф, редко видевший большие обители, с интересом осматривался, пока одна особо бойкая торговка не начала ластиться к нему с предложением купить у нее кожаные сапоги под стать его замечательной куртке. Кристоф не знал, как от нее отделаться, пока дама не выдала весьма недвусмысленное предложение:
- Видишь этот трактир, «Ночная фиалка»? Я на втором этаже поселилась. Можешь навестить меня этой ночью, красавчик.
Торговка нахально ему подмигнула и ушла за свой прилавок. Кристоф сделался пунцовым, исподлобья поглядывая на весело смеющеюся над ним Элию. Гэба эта ситуация тоже позабавила, и он по-дружески хлопнул его по плечу и подмигнул, подражая торговке.
Элия резко оборвала смех и побледнела как полотно. Кристоф это заметил и посмотрел туда же, куда и она. Через дорогу располагалась большая богатая лавка магических товаров. Огромная фиолетовая вывеска призывно мигала огоньками, похожими на звезды. В отличие от всех других торговых точек, у этой была большая стеклянная витрина, на которой лежали артефакты, о предназначении которых ребята даже не догадывались. Мальчишки облепили стекло до такой степени, что видно было только самые верхние полки. Маленький, довольно смешной на вид человек пересек площадь, открыл дверь и исчез в таинственной темноте.
- Не бойся, ты не одна, - сказал Кристоф Элии. - Я не позволил ему тогда добраться до тебя, и сейчас не позволю.
Элия благодарно пожала его протянутую руку. Ничего не понимавшему Гэбу объяснили, кто это и что он недавно пытался сделать.
- Значит, и здесь уже не безопасно, - заключил он. - Мы не можем оставить тебя тут, зная, что вокруг рыскают пособники белых лилий, а может и они сами.
- И что же мне теперь делать? - растерянно спросила девушка.
- Давайте для начала снимем комнаты в трактире, приведем себя в порядок, нормально поедим, а потом уже подумаем над этим вопросом, - предложил Кристоф. - Мы уже столько в пути, что грязь с нас можно соскребать лопатой.
- Уж не в «Ночную фиалку» ли ты, друг мой, собрался? - снова весело подмигнул ему Гэб, и все трое расхохотались.

Трактир они все же выбрали другой, немного подальше от площади. Гэб посчитал, что так будет безопаснее. По пути Элию окликнули две совсем уже взрослые девушки в одинаковых серых платьях. Они удивленно уставились на нее, а увидев, что она здорова, кинулись с расспросами. Элия рассказала, что ее излечили от болезни, и в обители она проездом, скоро ей нужно будет уехать. Попрощавшись, девушки ушли в приют, а друзья поспешили навстречу горячему ужину, долгожданной ванне и чистым постелям.
Не успела Элия помыться и переодеться в новый наряд, о котором заранее позаботился Кристоф, купив на ярмарке, как в ее дверь постучали. Уверенная, что это ребята зашли за ней, чтобы спуститься к ужину, она крикнула: «Минутку», и закончив свой туалет, открыла дверь.
На пороге стоял посыльный с конвертом, на котором красовалась серая восковая печать приюта. Удивленная Элия поблагодарила, вскрыла письмо и обнаружила в нем приглашение на ужин от настоятельницы. Почерк был ее, сомнений быть не могло.
Элия спустилась вниз и рассказала об этом Кристофу и Гэбу, ожидавшим ее за столом. Зал был небольшим и очень уютным. В просторной чистой комнате пахло жареным мясом, свежим хлебом и пивом. Расторопные, крепкие девушки в белых передниках разносили еду и напитки, высокий полный трактирщик с благодушным видом наблюдал за залом.
- Одну мы тебя не отпустим, - сразу сказал Кристоф.
- Придётся настоятельнице принять нас всех, - заключил Гэб.
Когда они вышли из трактира, уже стемнело. Кристоф накинул Элии на голову просторный капюшон ее плаща, она возражать не стала. Так действительно было безопаснее – коротышка знал ее в лицо.
Все время оборачиваясь и озираясь по сторонам, они минут за пятнадцать дошли до ворот приюта. Ночью каждая тень казалась притаившейся опасностью. Огромное пятиэтажное здание в темноте выглядело угольно-черным, пугающим и неприветливым.
- М-да, - сказал Кристоф, - и это место, где содержат детей?
Элия не стала отвечать, она и сама думала так же. Ее угнетали и эти серые стены, и сама атмосфера приюта. Девочек одевали в одинаковые чистые серые платья, кормили овощами, супом и кашами, проводили для них занятия, даже учили читать и писать, но тут не было главного, что необходимо всем детям – любви. Начиная с самой настоятельницы и заканчивая служащими, убирающими помещения, все были неприветливыми и угрюмыми. Ни от кого бедные девчушки не слышали даже ласкового слова, а ведь некоторые сюда поступали ещё совсем малышками. Элия, вразрез политике воспитания в строгости и аскетизме, всегда отдавала сироткам все душевное тепло, на которое была способна. И девочки тянулись к ней как к солнышку, согревающему этот мир унылой пустоты.
Вход в приют охраняли сгорбленный старик и две страшные клыкастые каменные горгульи. Никак это не прокомментировав, но многозначительно фыркнув, Кристоф прошел мимо. Элия показала старику приглашение, но того и не требовалось. Старик ее узнал и, любезно улыбнувшись, открыл массивные двери.
Все теми же бесцветными коридорами друзья прошли к покоям настоятельницы. Гэб сказал:
- Если бы я воспитывался тут, сошел бы с ума. Это здание давит и угнетает не хуже могилы.
- Не все так плохо, - сама того не ожидая заступилась Элия за приют, - здесь девочек кормят и одевают, за ними ухаживают, даже дают образование. А что бы их ждало на улице? Голод и холод, а может и что пострашнее. Мир жесток, особенно к женщинам. Некоторые из девочек уже столько повидали, до того, как попали сюда, что сердце кровью обливается.
Элия подавленно замолчала.
- Детям нужны не только еда и образование, - возразил Кристоф. - Забота, поддержка и участие куда важнее.
Девушка не стала спорить. Она легонько постучала в украшенную резьбой дверь. Та неожиданно легко и без скрипа отворилась, пропуская их в просторную, освещенную десятками свечей, комнату.
Это была одновременно приемная, кабинет и столовая. В углу располагался небольшой диванчик, около него огромное бюро, заваленное бумагами и книгами, два больших, неуклюжих деревянных стула, на противоположной стене стеллажи с бесконечными рядами книг. Больше, наверное, было только в библиотеке.
Около окна был накрыт стол на четверых, чему ребята несказанно удивились, все таки Элию приглашали одну. Настоятельница – высокая женщина с суровым лицом и седыми волосами, взбитыми в высокую прическу – встретила их поклоном. На ее лице почти не было морщин, осанка была безупречной, движения легкими. Ей можно было дать как пятьдесят лет, так и семьдесят.
- Прошу, располагайтесь, - сказала она немного скрипучим, сухим голосом. - Я очень рада, что ты здорова, дочь моя. Я так горевала о тебе и девочках. А где они? Надеюсь, целы?
- Да, матушка, - сказала удивленная такими речами настоятельницы Элия.
Она даже забыла поздороваться, только сделала реверанс. Старуха всегда казалась ей такой же безжизненной и безэмоциональной как эти стены. За все годы в приюте она не почувствовала от нее ни капли тепла. Даже отправляя девочек к верной гибели настоятельница не сказала ни слова в поддержку и утешение, лишь стояла и смотрела, как повозка исчезает за поворотом, а теперь говорит, что горевала о них?
Элия рассказала, что после исцеления девочки отправились на юг с новой семьей. Настоятельница удовлетворенно кивнула. Сели за стол.
Ужин был простым – молоко, сыр, хлеб, овощной суп, но питавшаяся большую часть пути сухим мясом Элия была рада и этому. Что не говори, она скучала по приюту и была рада снова тут оказаться.
- Простите за скромное угощение, но мы едим то же, чем кормим своих подопечных. Никаких излишеств, - обратилась настоятельница к Гэбу и Кристофу, но потом перевела разговор на другое. - Не думала, что доживу до такого. Белые лилии в королевстве – уму не постижимо. Как они вообще посмели? Храни нас всех Создатели.
- Боюсь, забота о сохранности своей жизни сейчас будет задачей каждого, одним Создателям тут не справиться, - сказал Гэбриел, прерывая молчание.
Было видно, что он подбирает слова, стараясь не пугать настоятельницу, но при этом предупредить об опасности:
- К сожалению, лилии ближе, чем кажется. Мы видели одного своими глазами здесь, в обители. Сколько их всего – не знаем. Я думаю, они не собираются обнаруживать себя: либо собирают информацию, либо готовятся к осаде. И если до этого дойдет, лазутчики попытаются открыть ворота изнутри, в этом не приходиться сомневаться. Я передал градоначальнику письмо о том, что большая армия надвигается с севера и есть вероятность вторжения с юга. Надеюсь, он воспримет мои слова всерьез.
Элия, удивленная такой прямолинейностью и открытостью Гэбриела, посмотрела на настоятельницу. Что же она ответит?
- Не волнуйся, сын мой, я позабочусь об этом. Все необходимые меры по обороне обители будут приняты. Вчера сюда прибыли двое магов из Академиии. Думаю, король уже знает об опасности и позаботится о нас, - сказала она без тени страха.
- Неужели Амалия добралась так быстро? - шепнула Элия.
Гэб пожал плечами и продолжил:
- К сожалению, не только мы знаем их в лицо, но и они нас. Это может принести неприятности не только нам, но и всей обители. Я, конечно, надеюсь, что они не ведают о нашем присутствии здесь, но все же боюсь, что, испугавшись разоблачения, могут натворить глупостей, и пострадают невинные люди. Я думаю, нам лучше уйти отсюда как можно скорее. К тому же, мы спешим предупредить южные поселения об опасности. Госпожа, может Вам известно, есть ли способ выбраться из обители незамеченными? Уж кто-кто, а вы должны знать о секретных ходах и выходах. Боюсь, ворота будут под наблюдением.
Настоятельница нахмурилась. Ей явно было не по нраву, что незнакомцы могут привлечь беду в приют. Немного подумав, она ответила:
- Собственно, за этим я вас и пригласила. Нам стало известно, что люди, недавно появившиеся в обители, подстерегают именно Элию, об этом случайно в таверне проболтался один из наёмников. Вам нужно срочно уходить отсюда, в этом вы правы.
Тайный ход есть, в этом вы тоже не ошиблись. Такие пути всегда предусматриваются строителями. Для разных целей, но почему-то использовать их приходится чаще всего именно для побега. Во дворе приюта есть часовня, Элия знает. Нужно вскрыть пятую слева и вторую от двери плиту на полу, и вы сможете выбраться за пределы обители. Надеюсь, вы успеете уйти раньше, чем вас обнаружат. Я бы не хотела, чтобы лилии были в такой опасной близости от моих подопечных.
Последние слова она произнесла привычно сухим, деловитым тоном. Настоятельница выглядела усталой, ее лицо посерело. Вероятно, она не спала уже не один день, собирая сведения о странных чужаках и делая все возможное для защиты приюта. Элия поняла то, чего не понимала все годы, проведенные здесь: за сдержанным характером и малословностью настоятельницы скрывается забота о благополучии сирот. Да, она такая, как есть, но это не делает ее плохим человеком. И даже их спешное отправление в Холодную обитель было лишь для того, чтобы защитить всех остальных от болезни.
Ужин подошел к концу. На прощание настоятельница сказала:
- Будьте осторожны. Вы заняты благим делом, пусть Великий Шэр освещает ваш путь.
Друзья поблагодарили сторожа и вышли в ночь. Было все так же тепло, стрекотали сверчки и ветер играл в листве деревьев. Сад при приюте был старым и запущенным. Яблони, груши и вишни переплелись узловатыми ветвями и давали густую тень, темнее самой ночи, а вот кроны деревьев купались в серебристом лунном сиянии.
- Часовня вон там, за садом, - показала Элия на невысокое старинное здание.
- В таком случае не будем терять времени. Заберем наши вещи и в путь. Думаю, ночью нам исчезнуть будет проще, - сказал Кристоф.
Он ещё не забыл мордоворотов, отправленных за Элией, поэтому время от времени поглядывал по сторонам.
Вдруг с ближайшего дерева спрыгнула тень, и отрезала Элию от Гэба и Кристофа. Мужчина оказался поистине огромным и очень сильным, а ещё умело воспользовался эффектом неожиданности. Он уложил Кристофа одним ударом, развернулся и встретил меч Гэба ятаганом. Вторая тень, более мелкая и проворная, схватила Элию и потащила под деревья, приговаривая писклявым, мяукающим голоском:
- Я знал, что не ошибся, знал! Вот теперь хозяин меня похвалит, вот теперь он скажет, что Сезар – самый лучший!
Элия сразу поняла, кто это и от испуга застыла. Он был маленьким, но руки у него были очень сильными, и она не могла вывернуться из их цепкой хватки.
Гэб и Кристоф в конце концов уложили противника и кинулись догонять коротышку. Испуганный погоней, тот ускорил шаг, и больно сжал кисти Элии. Она застонала и чуть не упала, зацепившись за ветку.
- Что тут происходит? Ты что творишь, недомерок? Сказано ведь было, сидеть тише воды ниже травы! - услышали Гэб и Кристоф новый глухой голос из темноты, полный ярости и отвращения.
Щелкнуло, коротышка вскрикнул и выпустил Элию из рук. По аллее к ним кто-то приближался. Догадываясь, что голос, от которого по спине пробежали холодные мурашки, принадлежит одному из лилий, ребята затаились. Гэб выглядел так, будто его сейчас стошнит. Они были уже почти у часовни. Кристоф беззвучно объяснил Гэбу, что собирается сделать.
Гэбриел кивнул. Кристоф, огибая троих, ставших центром сцены, освещенной лунным светом, поспешил к своей цели. Он проскользнул в приоткрытую дверь, и, когда глаза привыкли к кромешной темноте, почти наощупь нашел нужную плиту, подковырнул ее ножом и открыл лаз, в который мог протиснуться даже взрослый мужчина. Когда все было готово, он резко и громко свистнул.
Лилия уже дошел до Сезара и Элии. Это был высокий, полный мужчина, одетый в простую одежду, лицо полностью скрывала тень от шляпы. Ничего не знавший о пророчестве, он окинул девушку безразличным взглядом и продолжил наседать на приспешника Робера:
- Ты что, развлечься вздумал? Совсем ум потерял? Это что, одна из приютских сирот? Отвечай, когда спрашивают.
Раздался ещё один щелчок и коротышка снова взвыл от боли:
- Я служу хозяину! Не лезь!
- Да как ты смеешь со мной так разговаривать! - взбеленился маг.
Послышался треск пощечины. В этот самый момент раздался громкий свист из часовни, и с дерева на обернувшегося на резкий звук лилию упал Гэбриел. Он точно прицелился и одним сильным ударом в прыжке отсёк тёмному голову. Кровь фонтаном ударила в небо.
- Хе, смотри-ка, ничего особого, нежный цветочек - сказал он иронично.
Коротышка припустил по дорожке к приюту. Гэб посчитал, что лучше уходить, чем тратить на него время.
- Пойдем, - сказал он, протягивая руку Элии, в ужасе прижавшейся спиной к стене часовни.
Кристоф, убедившись, что помощь не нужна, вернулся в здание. Он уже залез в проход и, когда появились Гэб с девушкой, сказал:
- Не бойтесь, тут достаточно просторно. Спускай Элию.
Девушка свесилась в лаз, держась за Гэбриела, и ее тут же подхватили сильные руки Кристофа. Следом спрыгнул и сам Гэб.
- Как тут темно, - поежилась девушка.
Воздух был затхлым и застоявшимся. После теплой летней ночи дышалось тяжело.
- Сейчас исправим, погоди минутку, - ответил Кристоф.
Он расстегнул куртку и вытащил из-под рубахи светящийся и пульсирующий во тьме драконий опал. Столько читавшему про Создателей Гэбриелу не требовалось объяснять, что это такое.
- О сюрпризах такого рода предупреждайте, пожалуйста, заранее. Мой лимит удивлений на этот месяц уже исчерпан, - проворчал он, и друзья, посмеиваясь, пошли вперед по узкому каменному коридору, который часто петлял и шел то наверх, то вниз.
По пути Кристоф рассказал ему, откуда у него эта реликвия. Опал давал совсем немного света, но и этого хватало, чтобы разглядеть дорогу и не удариться головой о выступающие балки и камни, что было особенно актуально для Гэбриела с его ростом. Он шел первым, за ним Элия, Кристоф замыкал шествие. Гэб несколько раз резко оборачивался, прислушивался, но продолжал путь. В очередной раз Кристоф не удержался и спросил:
- Ты что-то слышишь?
- Скорее чувствую. Чье-то присутствие, - ответил Гэб.
Элия начала заметно нервничать. Снова встречаться с лилиями она явно не хотела. Шли долго, но преследователи так и не объявились. Тоннель был один и ответвлений не имел. Ход выглядел очень древним, но построен был на славу. Балки, поддерживающие свод, и сейчас выглядели очень крепкими. Не обошлось без магии сохранения.
Коридор из грубо обработанного камня резко пошел вниз и сменился горными породами, на стенах и полу появилась влага. Теперь они шли по узкой, но довольно высокой естественной пещере.
- Свежее дуновение, мы приближаемся к выходу, - сказал Кристоф через какое-то время и вскоре тоннель закончился.
Впереди открылась небольшая круглая площадка, и свет скользнул по равномерно раскинувшимся на полу солнечным лучам. До них было идти шагов пятьдесят.
- Портал! - вскрикнул обрадованный донельзя Гэб.
В тот же миг в противоположную стену, чудом никого не задев, ударилось нечто огромное, вылетевшее из пройденного ими коридора. Чары гулко обрушились на стену, и осколки камня различной величины разлетелись по округе, раня всех троих.
Гэбу снова досталось больше всех, нога была перебита и сильно кровоточила, в голосе звучала боль:
- Скорее, к порталу, уходим!
- Помоги ему! Я их задержу, иначе вы не успеете! - крикнул Кристоф Элии и бросился обратно в тоннель.
- Нет, они тебя убьют, вернись! - в отчаянии протянула к нему руки Элия.
- Так они убьют нас всех! Ты же видишь, ему не дойти до портала, пожалуйста, уходите! Я обещал тебя сберечь и сдержу своё слово, но только он сможет провести тебя по порталу, я не умею этого делать! - эхом прилетел издалека конец фразы.
Через секунду балка, держащая свод, с грохотом вывалилась в зал, где остались Элия с Гэбом, а вход в коридор завалило. Камни ударялись о камни, вылетали и откатывались. Звук отражался от стен, создавая оглушающую канонаду. Потом наступила звенящая тишина.
Обливаясь слезами, Элия пошла поднимать Гэба. С ее помощью парень встал на ноги и, с отчаянием смотря на завал, простонал:
- Мы должны попытаться ему помочь…
- Ты скоро совсем обессилишь от потери крови, мы должны уходить и идти на юг, иначе его жертва будет напрасной, - ответила Элия, проявив небывалую решимость. - Мы должны оповестить всех о приближающейся опасности.
Все так же плача, она дотащила Гэбриела до портала. Он четко представил себе Крепость на перевале, и они исчезли из этого мрачного и рокового места.

- Сколько же ещё порталов уцелело? Почему ими никто не пользовался уже столько веков? - спросила Элия, как только они телепортировались.
- Потому-что все забыли, что они вообще существуют и как они выглядят, - ответил Гэб. - Я и сам поверить не могу, что мы это сделали.
Девушка была бледна, ее губы дрожали, выдавая подступающие слезы:
- Где мы?
- В Крепости на перевале, - ответил Гэбриел, и добавил, подбадривая то ли её, то ли самого себя. - Он сильный, он выберется.
Даже новость о том, что они преодолели колоссальное расстояние и оказались на самом юге королевства, не произвело на Элию никакого впечатления. Её мысли были далеко отсюда. Девушка кивнула.
Они оказались в каком-то полуподвальном помещении. Лучи погасли, и их поглотил мрак. Ребята выбрались во внутренний двор крепости. Гэб сильно хромал и оставлял за собой кровавую полосу.
- А как мы объясним, как здесь очутились? - спросила Элия. - Ночь, ворота заперты, все спят.
- Пожалуй, только волшебством, - ответил Гэб.
Идти ему было все тяжелее. Он сказал с горькой иронией:
- Сначала меня таскала Амалия, теперь ее младшая сестренка. Чувствую себя прямо таки сказочным рыцарем.
- Стоять! - услышали они сердитый оклик.
Бряцая железом, к ним подбежал караульный.
- Как вы сюда попали? Ворота заперты! - повторил он в точности слова Элии, приставив при этом к груди Гэба острие своего меча.
- Пожалуйста, помогите нам! - взмолилась девушка. - Мой друг сильно ранен!
Солдат не знал, как реагировать в данной ситуации. Он хотел всех поднять из-за появления чужаков или запереть их до выяснения обстоятельств, но понимал, что так парень до утра не дотянет. Да и девушка не казалась опасной. Но все же, эти двое в крепости при нависшей угрозе войны, могут обернуться большими неприятностями.
Тут к нему на выручку пришел второй караульный:
- Что происходит? Как вы тут оказались?
- Я уже спрашивал, - ответил первый, закатывая глаза. - Ты мне лучше скажи, что с ними делать? Этот ранен. Выглядит паршиво.
- Постой-ка, я же его видел раньше! Он с капитаном д’Аркур был здесь совсем недавно. Они обедали с маркизом, он ему Вороного подарил! - ответил вновь подошедший.
Первый облегченно вздохнул:
- Значит, свои. Чего стоишь, беги за лекарем. И стоит, наверное, позвать маркиза. Вдруг, все же, что-то не так.
- Тут лекарь-то особо не поможет, - с сомнением покачал головой второй, критично осматривая рану Гэба. - Может разбудить волшебника?
- Самого мага? Да ты сдурел, что ль?! Он же нас в тыквы превратит, если мы к нему среди ночи заявимся с такими пустяками.
- Делать мне больше нечего, как вас, олухов, в овощи обращать, - проворчал старик, появляясь из тени арки. - Чего разорались? Спать не даете! Только сон идти начал, так нет, надо устроить сыр-бор! Чего не поделили?
При этом стоило отметить, что маг шел с противоположной от своих покоев стороны. С появления незнакомцев прошло не более пяти минут, поэтому, учитывая его дряхлость, встать с теплой постели и дойти до сюда за это время он бы точно не успел. Да и выглядел он так, будто эта ситуация его скорее забавляет, чем злит.
Взгляд мага упал на Гэба и Элию.
- Да, мальчик, выглядишь ты неважно. Иди-ка сюда, - поманил маг.
Гэб отпустил плечо Элии и шагнул к старику, мужественно превозмогая боль. Тот удовлетворенно хмыкнул и шагнул ему на встречу. Маг ткнул посохом, на который опирался, в воздух и сотворил грубую деревянную табуретку и посадил на нее Гэба. Ещё взмах – и у него в руках оказалась плошка с дымящимся отваром, который старик резко вылил на рану. Гэб взвыл, испугав завороженно наблюдавшую Элию. Она ещё не видела подобного волшебства, разве что в детстве, но плохо это помнила. Ещё взмах – и нога туго обмотана чистой белой тряпкой, а Гэб уже не выглядит так, будто вот-вот потеряет сознание. Его дыхание выровнялось, взгляд прояснился.
Старик сказал:
- Ну вот, до свадьбы заживет. Хотя твоей даме все же придётся пару дней за тобой поухаживать, отвары я сделаю. Будешь как новенький.
Элия от слов «твоей даме» покраснела до самых корней волос. Гэбриел искренно поблагодарил колдуна, но тот лишь помахал руками:
- Какие глупости, тут делов-то, - но потом серьезно добавил. - Теперь рассказывайте, откуда вы свалились на мою больную голову? От вас пахнет магией.
Маг был очень пожилым. К тому же сухим и худым, невысоким, морщинистым. Белые как вата волосы он спрятал под тонкую шапочку, борода тоже была белоснежной, округлой и будто светилась в ночи. Одетый в бордовый махровый халат и тряпичные ночные тапочки, старик походил на игрушечного гнома.
Не видя ничего плохого в том, чтобы рассказать правду магу из Академии, Гэб ответил:
- Из портала.
Караульные рассмеялись, посчитав, что он пошутил. Маг же сузил глаза и сказал:
- Так-так, очень интересно. И где же вы нашли портал, и кто вас научил ими пользоваться?
- Кажется, плюма, - отозвался, немного подумав, Гэб, не совсем помнящий, как все было на самом деле, когда они с Амалией впервые воспользовались порталом.
Караульные расхохотались пуще прежнего, теперь, видимо, думая, что у парня поехала крыша.
- Точно, плюма, вот чье волшебство я чувствую. Порталы не оставляют магического следа, - удовлетворенно кивнул старик.
Он выглядел донельзя довольным своим открытием:
- Ещё один вопрос, где вы нашли плюму?
- На Ветреном континенте. Вернее, не совсем так. Это они меня там нашли, вылечили и по порталу помогли вернуться в королевство. Долгая история, если честно.
На Гэба уже восторженно смотрели во все глаза. Маг глубоко вдохнул, принюхиваясь, и сказал:
- Хорошо, расскажешь мне об этом завтра, когда поговоришь с комендантом. Думаю, при обороне Крепости ты пригодишься. Ты же знаешь, кто ты?
Гэб кивнул.