Кровь для драконов

Глава 10. Драконьи горы

Как только Амалия ушла, Астор Первый развернул письмо, полученное из Крепости на перевале. Торопливым, но твердым почерком было написано:
«Ваши опасения сбылись, лилии напали. Будем держаться, сколько сможем. По полученным данным их больше пятидесяти тысяч. Ждем помощи.
С уважением, Эжен Де Лоне».

Король тяжело вздохнул. Даже отправляя последнее письмо, под шквалом стрел и магии белых лилий маркиз остался верен себе, «с уважением». От горечи и безысходности король сжал зубы и скомкал письмо в руках. Он не успел. Не успел помочь, не успел спасти. Письмо не дошло вовремя. Крепость пала, как и Холодная обитель, а сколько их будет ещё? Сколько будет других уничтоженных крепостей, обителей, деревень? Сколько будет погубленных жизней, чья кровь на его руках? Сколько ещё друзей и близких погибнут, потому что он их не защитил?
Когда уже хотел отшвырнуть письмо, Астор вдруг увидел на другой стороне листа черные буквы, выведенные совсем другим почерком. Он в спешке развернул скомканный лист:
«Крепость на перевале пала. Гарнизон уничтожен. Тело маркиза повесили на крепостной стене, они до сих пор издеваются над ним. Так лилии мстят за то, Крепость держалась так долго. Мэтр Парис погиб.
Увы, против них не устоять, их слишком много. Я насчитала около двадцати лилий, количество солдат пока не известно, они продолжают стекаться, но их уже тысяч семьдесят.
Я цела. Мы с Гэбриелом спаслись через неделю после захвата, теперь направляемся за горы. Де Ре обосновался в Крепости, куда он направится дальше, не известно.
Элия д’Аркур».

Король разве что только что не присвистнул – cемьдесят тысяч вторглись с юга. Он не рассчитывал, что противник располагает таким количеством бойцов. Нужно срочно принимать меры.
Практически все войны велись силами наёмников, они часто решали исход сражений. Более того, не многие королевства могли похвастаться наличием регулярной армии, как Лютеция. В соседских междуусобицах победителями становились те, кто смог купить больше наёмников, иногда значение имели и уровень обученности отряда, их оснащение. Однако, Астор был обескуражен тем, насколько легко самые многочисленные армии примкнули к белым лилиям. Как бы странно это не звучало по отношению к тем, кто продаёт свои мечи и жизни за деньги, он всегда считал, что воинская честь для любого солдата на первом месте. Оказалось, ошибался, некоторым важнее лёгкая нажива. О тех, кто кроме денег жаждет ещё и крови, он старался не думать вовсе.
К тому же, Гэбриел действительно был в Крепости, как и боялась Амалия. Ещё и с Элией. Белые лилии напали именно тогда, когда Амалия обрушила завесу заклятия и открыла правду. Первым его порывом было догнать девушку и рассказать о сестре, но он остановил себя. Нельзя этого делать.
Получив новости об Элии, Амалия может снова сломя голову кинуться выручать ее. Судя по письму, опасность уже позади, и Элию есть кому защищать. Не стоит наваливать на плечи старшей груз дополнительных забот. Ей и так предстоит нелегкое дело. Эту ношу ему тоже придётся взять на себя. Он усмехнулся тому, что даже в такой ситуации рассуждал как король, а не как любящий дядя.
Нельзя было не отметить, что Элия так же умна, как сестра, и мыслит не по годам трезво и расчетливо. Указала только необходимые данные, дала знать, что они целы и куда направляются, даже попыталась выяснить, куда дальше пойдут белые лилии. Молодец, девочка.
Позвав адъютанта, Астор распорядился снарядить и немедленно отправить группу для поиска второй принцессы. Странно говорить так, ведь по сути, Элия – единственная принцесса. Амалия сейчас должна быть королевой, но из-за искажения правды и его коронации, теперь он – законный правитель.
Как же он устал от этого. Ему бы сейчас очень хотелось объявить народу: вот она – ваша истинная королева, но как он может так подло поступить с племянницей? В разгар войны. Нет, ему этого не простят. И он сам себе не простит. Король не имеет права на трусость и слабость, а он – король, не смотря ни на что. Вот ещё один повод поскорее уничтожить врага и закончить эту проклятую войну. На кону его будущая свобода. Амалия справится с ролью монарха, Астор был в ней уверен, а он опять возьмет на себя командование армией – то, что у него всегда получалось лучшего всего. К тому же, потомкам будет о чем писать книги – на троне будет сидеть девушка, разговаривавшая с самим Шэром и давшая душу его потомкам. У крошки есть все шансы стать живой легендой.

- Так ты говоришь, что он в действительности такой же огромный, как его статуя в Драконьих горах? Правда? - шептал Амалии Жан-Пьер, не унимаясь.
Он придвинулся поближе к девушке, чтобы услышать ответ.
- Да, может и больше. Когда ты рядом с ним, не задумываешься о размерах. Его мощь ослепляет, и ты забываешь обо всем на свете, чувствуешь только благоговение, - рассеянно ответила Амалия, жуя травинку.
Она пристально следила за группой наёмников, возвращавшейся в лагерь. Даже воспоминание о самом ярком событии жизни не могло сейчас отвлечь её от этого:
- Проклятье, почему они всё ещё здесь? Будто навечно обосновались. Снова привезли провизии и воды. Не похоже, чтобы они спешили к столице. Растянулись на километры, и нам путь перекрыли. Может, всё же, обойдем их?
Они лежали на опушке березовой рощи и следили за довольно большой группой наёмников: тысяч десять, не меньше. Амалия с друзьями уже второй день не могли двинуться дальше. Иногда здесь появлялись белые лилии.
- Мы же уже обсуждали это, - вздохнул де Труа. - Справа – болото, нам совершенно не знакомое. Пойдем оттуда – сгинем, как пить дать. Слева – голая степь. Ночи короткие и ясные, нас сразу поймают.
- Мы не можем и дальше тут валяться! - вскипела Амалия, и без него прекрасно всё это понимавшая. - До гор ещё неделя пути в лучшем случае.
- Интересно, почему они разделили силы? - повернул разговор в другое русло её друг. - И где остальные? Как-то странно это. Они шли победным маршем, и спокойно могли дойти до самой столицы, мы бы не успели до этого собрать войска для большой битвы, и вдруг остановились и попрятались.
- Пошли спать. Как только стемнеет, выходим, - не терпящим возражений тоном сказала принцесса. - Надеюсь, проскочим. До рассвета пройдем, сколько сможем, может, успеем убраться как можно дальше от белых балахонов. И будем молиться, чтобы по пути нам не встретились новые отряды, пока будем идти по степи.
- Слушаюсь, капитан, - уныло ответил Жан-Пьер. - Пойду «обрадую» ребят.
Мишель и Натан отдыхали под сенью деревьев. До этого в карауле стояли они.
На их счастье, усилившийся к вечеру северный ветер нагнал туч, и после заката начал накрапывать дождь. Сначала он был мелким и незатейливым, но потом перешел в настоящий ливень. Друзьям это было только на руку.
Не любивший сырости, как и все уроженцы юга, Жан-Пьер всё время чихал и недовольно бубнил, но это не могло испортить настроения Амалии, которая была рада наконец продолжить путь.