Кровь Дракона

Глава 2 Мокрое знакомство и новые воспоминания

С телом много вопросов. Теперь посмотрим на окружающий мир. К примеру, на расположенное на берегу реки поселение. Река небольшая, но полноводная, с заметным течением, огибающим торчащие камни. Чуть ниже по течению над водой клубится туман. Речка холодная, похоже, берет свое начало где-то выше в горах. Оба берега довольно крутые. Со стороны поселения к воде по склону протоптана дорожка, вдоль которой на самом крутом участке установили столбики с перилами. Наверное, иначе в дождь по такой тропинке ходить было бы невозможно.

Сделаны деревянные перила по-крестьянски: просто и грубо, но надежно. Стоило мне задержать на них взгляд, как рядом с ними появились люди. Они не возникли из ниоткуда. Они просто быстро и решительно спустились по той самой дорожке. Несколько крестьян под крики еще нескольких отставших односельчан подвели к перилам взлохмаченного паренька, который эмоционально вскрикивал, пытаясь что-то доказать.

Но слушать парня, похоже, никто не собирался. Два крепких мужика подхватили его и перекинули через перила прямо в реку. Следом за ним полетел холщовый мешок с вещами.

Дальше я поступил импульсивно. Видел, что парнишку тащит течением по каменистому руслу.

Почти бегом я спустился с холма к берегу. Подходил к поселению против течения реки, потому брыкающегося и кричащего в пене и брызгах парня несло прямо ко мне.

Плавать я почти что не умею. И это была та самая ситуация, когда перед медработником стоит выбор: неоказание помощи или оказание неквалифицированной помощи. Однако я везучий, потому лежащее поперек реки где-то до её половины бревно стало опорой для моих действий. Хорошо, что я заранее разобрался в конструкции доспеха. Это позволило скинуть большую его часть до захода в воду.

Двадцать минут трепыханий, паники, холода и отборного русского мата могут завести даже дизельный двигатель в мороз. Что уж говорить о парнишке вдвое меня легче, которого я ухитрился схватить за пояс.

Когда я вытащил его на берег, стало ясно, почему он не мог выплыть. Руки и ноги его были связаны, а от него самого разило перегаром, хотя был он на вид моложе меня того, каким я был в своей памяти.

— Рю... Кафка... — откашлявшись, тот представился. — Не знаю, кто вы, господин... но я... в долгу перед... вами. — он тяжело дышал, сидя на глинистом берегу речки. — Позвольте узнать имя спасителя...

Я попытался было представиться в ответ, но тело никак не хотело вспоминать привычного мне имени. Лишь через полминуты я выдал:

— Дайнслейф. Просто Дайнс. — Мозг всячески отрицал возможность существования у меня старого имени или хотя бы фамилии. Первые слова, пришедшие в голову, были из фэнтези, которое я читал накануне. Меч дракона... да уж. Раз выдал, теперь придется носить это имя. — Я невольно вздохнул. — Кем будешь, Кафка Рю, верно?

— Да. И я алхимик-изобретатель! Сейчас покажу! Где моя сумка? Где? Не-е-ет! — тот глянул в реку и осознал, что догнать, вероятно, весь его скарб у него уже не выйдет.

На лице у паренька отразилось настоящее отчаяние, и было видно, что он почти готов прыгнуть обратно в реку за своей сумкой, несмотря на связанные конечности. Но на поверхности воды уже ничего не было видно.

— Любые вещи можно заменить, — попытался я утешить спасенного алхимика, разрезая его путы мечом.

Тот на мои слова только глубоко вздохнул, глядя на бегущую воду и растирая освобожденные руки. Потом наконец повернулся ко мне:

— В общем... я работал на местного феодала, занимался удобрениями, потом начал пробовать делать снадобья... И у меня получалось! — он ударил кулаком в грудь, подтверждая значимость своих достижений. — А эти неблагодарные после пары стаканов в долг у трактирщика... ух! Узнают ещё мое имя! Кафка Рю вам покажет ещё!

— Слишком молод ты для алхимика... — я начал поднимать данные по сомнительному чтиву прошлых лет и осознал, что даже для простого освоения химии времени его жизни будет мало.

— Я избрал путь самостоятельного постижения тайн алхимии!

— Значит, самоучка... — Я положил руку на лицо. — А хоть что-то о местной территории и обычаях рассказать можешь? Просто я издалека, меня ограбили и оставили без лошади... Хотел бы узнать немного, чтобы не выглядеть постоянно как турист, не знающий ничего дальше своего носа.

— Турист? Ик. А что такое турист? И-и-ик! — выразил непонимание темы юный алхимик. Сколько же он выпил, если купание в реке его не протрезвило. Стоило немного отдышаться, и его опять разморило.

Может, и к лучшему, а то на трезвую голову он после рожденной мною истории задал бы куда больше вопросов. Сморозил я, конечно, про туриста, да и про ограбление можно было промолчать. Если он действительно на службе у местного феодала, то может настоять на расследовании преступления. Если здесь, конечно, принято разыскивать и карать грабителей на подведомственной территории.

Но раз сказал, то буду придерживаться этой версии. Я издалека, меня схватили, ограбили и бросили в незнакомой местности.

Турист — это путешественник, который отправляется в странствие для развлечения, заплатив проводникам, которые будут заботиться о его комфорте и рассказывать интересное о землях, по которым они едут. На моей родине такой отдых популярен среди обеспеченных людей.

Говоря это, я поднял и повел Кафку от реки на более сухое место. Мы обошли несколько кустов и вышли на сравнительно большую поляну. Солнце поднялось уже высоко.

— Так, уважаемый алхимик! Нужно снять и развесить мокрую одежду. На нас она будет долго сохнуть.

Вскоре мы разоблачились. В процессе я узнал, что в этом мире принято носить нижнее белье. На мне оказался вариант кальсон длиной до колена. Привычную с детства резинку заменял обычный шнурок.

На Кафке оказалось похожее белье, но покороче.

Одежду и доспехи я развесил на ветках. Потом обломал пару сучьев и надел на них свои цурумаки. Хорошо, что не потерял их, пока вылавливал из воды местного алхимика.

Несмотря на солнце, стоять в мокром белье было прохладно, и мой новый знакомый начал понемногу трезветь.