Кровь горька

Глава первая. И в город пришло пламя

Ведьму сожгли ранним утром. Привязали к столбу, залили своим благочестивым варевом закручивавшийся вокруг спиральный желоб. Она кричала дольше, чем предыдущая жертва, и  Тиана понимала, что голос её, распахнутые ужасом и ненавистью глаза теперь не оставят её сны до конца. Но она заставила себя смотреть. Потому что если это – свет, то она лучше шагнёт в объятия Трёхликой. К Реймару ди Вьеноцци и ржавым китам с того края мира.

Рыжий Инквизитор не терял времени даром.

Он подсидел Верховного так ловко, что ни у одного огнепоклонника не возникло и мысли о том, что их святейшие лидеры просто делят власть. Все их деяния были объявлены Дорогой Света, угодной Повелителю.

Пришлые чужаки были некогда предсказаны адептами именно этого Ордена, посему отныне они полагали себя единственными знающими истину, а все прочие религии – заблуждениями. Сначала пала Тахкара, потом Змееокая, теперь сол Рэскэ взялся за Звёздного Бога, но тот пока держался на своём пьедестале крепко.

Как и обожание всенародного любимца, так похожего на сошедшее с небес божество – Астара Фъямэ сол Ньэрэ.

Тиана видела Красного герцога несколько раз с тех пор, как они с Кару стали первыми свидетелями пришествия флота Ас-ширрат. Вражеского флота, как уверял Карвэ и его приятели из подводного корабля. Тиана им верила. Фъямэ сол Ньэрэ – нет. Он, так уверенно нашедший общий язык с Эвером та Кеоми, теперь пытался сделать то же самое с заявившейся по их души стервой на алом драконе. Он появлялся везде в обществе Ас-ширрат – так, будто они были союзниками, а не она явилась с того света предъявлять неведомые права на его владения. Тиана силилась объяснить это, если не злому как тысяча демонов Карвэ, то хотя бы себе самой. Не получалось.

Но теперь, когда на площади где прежде весело плясали, теперь корчилась в огне немолодая женщина, виновная лишь в том, что поклонялась не тем богам. Или тем, но не так. Теперь – когда столбы и костры на улицах стали чем-то столь же обыденным, как вывески лавок и мастерских. Теперь…

Теперь Тиана всерьёз думала о том, что, возможно, чужаки – меньшее зло, чем эти, объявившие себя защитниками рода человеческого от пришедших из-за моря демонов.

И Красный герцог вполне мог считать так же.

К тому же, Тиана действительно видела их. Обоих. Вдвоём.

Его, такого близкого, такого далёкого, блистательного в простых одеждах и в ореоле всё ещё немеркнущей славы. Её – красивую настолько, что яд зависти скулы сводил. Ас-ширрат была идеальна. Она смотрелась рядом с сол Ньэрэ гармонично, естественно, как будто была предназначена ему изначально. Дикая, хищная красота её подчёркнуто женственного тела, почти не скрытого чужеземным нарядом, дополнялась неожиданно тонкими, одухотворёнными чертами лица. Нира сол Гразза казалась феей, небожительницей, Ас-ширрат – богиней первобытной и необузданной, исполненной земной чувственности и мистической ярости одновременно.

Она была его достойна. Глупо было бы думать, что Астар сам этого не видел. И не понимал, что их союз может стать лучшим решением для всех.

***

[прода от 14.08]

Они с Кару поселились в мастерской Тьеверры, прямо над каналом. Это было хорошее решение. Здесь не жаловали избыточного любопытства, и удовольствовались нахальным заявлением Карвэ, который представился любимым учителем Фалько и настоящим хозяином квартиры. И соседей, и немолодую вдовушку, присматривавшую за домом в отсутствие жильцов, это полностью устраивало. Впрочем, Карвэ всегда мог заговорить кого угодно, уж этим талантом он был наделен чрезмерно.

Он не потерял этой способности.

В это неспокойное время они с Тианой невредимыми и даже без особых приключений добрались до столицы. Их не остановили военные патрули, пропустили фанатично настроенные мирные сограждане, не придрались дорвавшиеся до полного беззакония огневики, а единственной польстившейся на парочку путников разбойничьей шайке Карвэ без затей предложил выпить и они неожиданно согласились. Потом ещё до утра песни у костра горланили на нетрезвый, а оттого совершенно неузнаваемый мотив.

Всё это была какая-то полузабытая, но такая своя жизнь, что Тиане делалось страшнее, чем в тот миг, когда она увидела надвигавшуюся на их берег чужую армаду. Все эти корабли и драконы, странные существа и жерла пушек… Враги могли только убить или покалечить. Вставшее во весь рост приливной волной прошлое могло воскресить ту часть души, что столько прекрасных лет давала о себе знать разве что тупой привычной болью под левым ребром.

В пыльной мастерской Тьеверры Карвэ первым делом сорвал защитную ткань с последней работы Фалько. Последней из столичных, разумеется.

Косой свет упал сквозь старые ставни на полуобнажённую женщину, с тела которой сползала чешуя, похожая на змеиную, но полыхавшая самым настоящим пожаром. Женщина смотрела чуть исподлобья, и во всей её позе была некоторая настороженность, словно мир никогда не казался ей безопасным местом. Облетевшая с высокой груди и чуть ссутуленных плеч чешуя рассыпалась за спиной пламенем и осенней листвой, извивалась смерчем, отчего казалось, что незнакомка танцует, хоть её поза была совсем статичной.

Кару не мог не обратить на это внимания.

Всего миг – и гитара уже была в его руках, а он сам небрежно расположился на скамье.

- Давай, - длинные пальцы тронули струны.

Юная огнеглазая Тьянка заметалась в душе. Ох, она бы сейчас сплясала перед этим насмешником! Они бы до утра после этого заснуть не смогли, несмотря на усталость после дороги.

Тиана посмотрела в мрачные глаза своего двойника, так точно изображённого Тьеверрой. Он опять не ошибся, всё разглядел за ту короткую ночь. Всё успел схватить и перенести на холст.

И так это было близко и важно именно сейчас.

И пусть куртка не медно-пламенная чешуя и даже не роскошное платье, в которое в прошлый раз Тиану обрядила Нира сол Гразза, но она бесконечно медленно сползала с плеч, а за ней тянулась ткань рубахи, путалась на вовремя выставленных локтях, повисала на них подобием крыльев.