Кровь и пепел

Глава 3.

Лана смотрела на телефон, лежащий на кровати. Не хватало храбрости прикоснуться к нему. Казалось, он живой, тяжело дышит вместе с ней в темноте. Ее пальцы дрожали. Она не решалась прикоснуться к нему. Лана хотела только одного – ошибиться в своих догадках. Не найдя в себе сил взять телефон в руки, Лана наконец набрала номер Влада. Гудок. Еще один. Еще. «Прошу тебя, ответь», – мысленно молила Лана. Экран телефона загорелся. Мелодия звонка разорвала на сотни мелких осколков удушающую тишину комнаты. Звонок «Малышка Лана». «Влад исчез», – осознание произошедшего больно вонзилось в затылок, разлилось по телу свинцовым грузом. По щеке скатилась слеза. Холод ледяными пальцами прошелся по каждому ее позвонку.

Лана схватила телефон с кровати и собиралась выбежать из комнаты, но внезапно из темноты перед ней возник Дмитрий. Она не слышала, как он вошел. Он стоял так близко к ней, что Лана едва не врезалась в него. Летний воздух вокруг них сделался густым и липким.

– Кажется, Влада похитили, – на одном дыхании выпалила Лана.

– Да. Похоже на то, – спокойно согласился Дмитрий.

Его ровный тон вонзился острием клинка под ребра Лане. Она сделала шаг назад и попыталась обойти Дмитрия, но у молодого оборотня были крайне быстрые рефлексы. Он остановил Лану за запястье и ловким движением руки забрал телефон брата. Молодой оборотень бросил на Лану взгляд, который как будто говорил: «Ничего личного. Всего лишь ловкость рук».

– Верни, – потребовала Лана, но он не ответил.

Дмитрий медленно подошел к двери спальни и закрыл ее. Щелк. Звук, который прозвучал как выстрел. Словно в комнате не было никого другого, он подошел к раскрытому окну и закрыл его. Поправил шторы. Лана чувствовала, как пространство вокруг них сжалось. Ей стало тяжелее дышать. Корсет вонзил ребра в легкие.

Прислонившись к подоконнику, Дмитрий заговорил театральным шепотом:

– Вы легко ведетесь на провокацию, сударыня.

Лане захотелось испилить его, но здравый смысл быстро взял вверх. «Он – брат Влада», – напомнила она себе. Молодой оборотень, видя, как быстро в ее глазах мысли сменяют друг друга, продолжил:

– Влада похитили. Это так. Однако, тот, кто подбросил телефон в твою спальню, рассчитывал, что ты сорвешься: побежишь вниз и расскажешь всем о находке. И завтра все забудут об ужине, только и будут трубить о моем брате.

Дмитрий не спускал глаз с Ланы. Он изучал ее. Ее реакцию. Пытался прочесть ход ее мыслей. Он заметил, как напряженно вздымалась ее грудная клетка, а затем дыхание стало ровным. «Она мне доверилась», – с облегчением заключил он.

– Осмелюсь предположить, что похищение Влада – часть игры. Подкинуть телефон во время званного ужина – отличный способ для наведения суеты и паники.

– Что ты предлагаешь?

Дмитрий положил телефон младшего брата в карман. Сложив руки на груди, он посмотрел на улицу через плечо. В темноте его лицо казалось вырезанным из благородного и холодного мрамора. Что он там надеялся увидеть, Лана не знала.

– Ничего. Сегодня ничего, – ответил он, вглядываясь в летнюю ночь за стеклом.

Лана закатила глаза и повернулась к двери, не желая слушать дальше. Дмитрий настиг Лану всего за два шага. Она обернулась и, не успев отскочить, уткнулась в него.

– Завтра я начну охоту, – прошептал Дмитрий тихо, словно опасался, что стены их подслушивают, – а пока тебе нужно сделать вид, что все в порядке.

Лана отпрянула от него, словно между ними прошел разряд электрического тока.

– Видишь ли, – бескомпромиссно начала Лана, – особняк защищен магией рода. Ведьмы, оборотни или вампиры не могут войти сюда без приглашения. Некоторые комнаты, включая мою спальню, дополнительно запечатаны защитной магией.

– Тот, кто оставил телефон Влада, владеет магией вашего рода? – Мягко, почти нежно, перебил Дмитрий.

Лану пронзили стальные уколы стыда. Ее щеки запылали пламенем. Машинально отвернувшись, Лана увела взгляд на персидский ковер, что лежал под ногами. «Сейчас он скажет это», – решила Лана, готовясь услышать худшее.

– Ты же не думаешь, – медленно, взвешивая каждое слово, спросил Дмитрий, – что я стану обвинять вашу семью в похищении моего брата?

– Все выглядит именно так, – поникла Лана.

– Именно. Все выглядит так, – все так же медленно говорил Дмитрий. Он мягко, почти ласково, коснулся макушки Ланы. – Повторюсь: вы легко ведетесь на провокацию, сударыня. Кто-то хочет, чтобы наши семьи поссорились. И я выясню, кто за этим стоит…и верну Влада домой, – бросил он напоследок и вышел из комнаты, оставив Лану в окружении темноты и тишины.

Придя в себя, Лана последовала за ним, но не успела – его спина скрылась за поворотом коридора. Он шел так спокойно, словно этот особняк – его родовое гнездо, его владения.

– Дмитрий, – обратилась к нему мама, едва завидев – милый, где твой брат? Он не отвечает на звонки. Допустим, материнское сердце готово понять, почему он не ночевал дома, но как он мог пропустить ужин у Ланы?

– Он позвонил с другого телефона. Просил забрать его, – легко солгал Дмитрий. Молодой оборотень обернулся, услышав шаги за спиной. Увидев Лану, он метнул на нее быстрый взгляд, который предупреждал: «Молчи».

– Как? Где он? – Мама вскинула брови, голос ее на короткое мгновение задрожал. Материнское сердце предчувствовало то, что позже безжалостно вонзится острым клинком.

– За городом, – вновь солгал он. Взглянув на отца, Дмитрий придал голосу уверенный тон. – Поезжайте домой. Отдохните. Я заберу Влада. Мы приедем как раз к завтраку, – ни один мускул не дрогнул на лице Дмитрия. Старший сын был настолько убедителен, что отец не стал задавать вопросов.

Лана не сводила с него глаз: ложь разрывала на части ее сердце. Но еще большую боль ей причиняло ее же бездействие. Дмитрию было не легче: тяжелым, почти обжигающим грузом лежал телефон Влада в кармане его брюк.

Ночь незаметно уступила бразды правления новому дню. Лана, лежа в кровати, наблюдала, как зарождается заря. Прошлой ночью она не спала. Снова. «Человек может выдержать три дня без сна. Интересно, сколько дней может выдержать ведьма?», – философски рассуждала Лана.