Кровь и пепел

Глава 5.

Лана поспешила домой. Минуя Большую Бронную, она приближалась к Спиридоновке, когда неожиданно остановилась, будто что-то невидимое коснулось ее плеча. Она вспомнила, что так и не послушала аромат подаренного цветка. Лана посмотрела налево, где неизменно можно было встретить старого знакомого.

– Александр Александрович, – обратилась она к памятнику А. Блока, – вы когда-нибудь видели что-то подобное?

Она поднесла цветок к глазам, чтобы внимательнее рассмотреть его. Тёмно-синие лепестки, похожие на лилию, поблёскивали под фонарём. Серебристые прожилки на них мерцали, пульсируя в такт её сердцу. Чем дольше Лана всматривалась, тем сильнее казалось, что ее мысли растворяются в июльской ночи. Она почувствовала тонкий пленяющий аромат, против которого было сложно устоять. Лана поднесла цветок и сделала глубокий вдох. Аромат, сначала казавшийся нежным и одурманивающим, вдруг сменился запахом забродивших фруктов. Лана отпрянула, уронив цветок на асфальт, но было поздно. Аромат расползся по ее телу, проникнув словно ядовитая змея в самые затаенные уголки. Жар железными тисками схватил ее за горло. Ноги и руки перестали ее слушаться. Казалось, они стали призрачными. «Дмитрий», – промелькнуло в затуманенном разуме Ланы прежде, чем погас свет.

Кромешная тьма. Пустота. Отсутствие звуков и чувств. Что-то первозданное и убаюкивающее было в этой пустоте.

Кап. Кап.

Кап. Звук усилился.

Кап. Лана распахнула глаза. Где-то дрожало темно-синее пламя, отбрасывая танцующие тени на неровные стены из булыжников. Слева, ближе к зарешечённому проёму, с потолка стекала влага. Кап. Кап.

Ровное и ритмично, как сердцебиение. Но не ее – чужое.

– Влад! – Закричала Лана, но голос утонул в кромешной тьме.

Лана резко открыла глаза. Солнечный свет ослепил ее. Грань между прошлым и настоящим, увиденным и реальным стерлась. Она не сразу поняла, где находится: сон и явь боролись меж собой как два хищных зверя. Только, когда старший брат ее обнял, она почувствовала себя в безопасности.

– Ты очнулась, – выдохнул Илларион. – Все в порядке. Ты дома. Я рядом, – пытался успокоить ее старший брат.

– Влад. Влад… – Лана пыталась собрать мысли воедино, но слова играли с ней в прятки. Она не могла их отыскать.

– Тише, сестренка.
Лана выскользнула из объятий брата и бросила взгляд на настенные часы. Пятнадцать минут седьмого. В ушах звенело. В горле пересохло. Лана попыталась встать, но ноги не слушались. Она беспомощно рухнула на край кровати.

– Куда ты собралась? Тебе нужно отдохнуть, – не унимался Илларион.

Лана посмотрела на старшего брата так, как никогда еще прежде. Он увидел в ее зеленых глазах разъяренную силу, которая дремала глубоко внутри. На миг он растерялся.

– Кажется, я знаю, кто похитил Влада. Я могу найти его.

– Ну уж нет! Достаточно того, что Влад пропал, а тебе угрожала опасность. Не будь вчера Дмитрия…

– Что? – Перебила Лана. Имя Дмитрия больно кольнуло ее разум.

– Это он нашел тебя без сознания и принес домой. Лана, – голос Иллариона предательски дрогнул, выдав волнение, – у меня нет магической силы. Я не смогу защитить маму и тебя, если что-то пойдет не так. Когда мама вернется с собрания, мы уедем в Швейцарию.

Казалось, кто-то приложил дефибриллятор к голове Ланы и дал высокий разряд. Ее мысли прояснились. Взяв мобильный телефон, Лана хотела отправить сообщение Дмитрию, но остановилась. Черновик: «Жду тебя напротив моего дома через полчаса». По телу Ланы пробежали мурашки. «Если сообщение не было отправлено, значит, он уже ждал?», – мотнув головой в попытке избавиться от непрошенных рассуждений, она быстро удалила черновик и отправила другое сообщение: «Кажется, я знаю, кто и как похитил Влада. Буду ждать в особняке на Спиридоновке». За окном что-то шевельнулось среди веток деревьев. На короткое мгновение Лане почудилось, что синий цветок пульсирует у неё под кожей.

Особняк на Спиридоновке виделся в глазах молодой ведьмы самым безопасным местом на свете. Родовое гнездо четырех поколений ведьм. Казалось, магия не только защищает особняк, но и живет здесь отдельной жизнью. И хотя иногда двери приходилось открывать для людей по просьбе правительства Москвы, Лана была уверена, что самое ценное надежно укрыто от чужих любопытствующих глаз. Но все ее представления рухнули после званного ужина в воскресенье. Новая реальность, диктуя свои правила, создавала угрозы.

В личной библиотеке семьи творился хаос под именем Лана: один за другим она перебирала книги в поисках ответов. Старые тома в кожаных обложках осуждающе поглядывали на молодую ведьму. Закончив с ними, Лана перешла к стеллажу, где хранились личные дневники ведьм рода. Она тяжело выдохнула и приступила к изучению. Пролистывая один дневник за другим, Лана дошла до записей прабабушки. Они хранились на верхних полках, до которых она не могла дотянуться. Лана огляделась. Все поверхности столиков и кресел были заняты книгами. Прежде, чем Лана придумала, как дотянуться до верхних полок, мелодия звонка вынудила ее прервать мыслительные процессы. На экране загорелась фотография Дмитрия. Лана, забыв ответить на звонок, устремилась навстречу гостю.

Тяжелая входная дверь особняка отворилась. На пороге стоял Дмитрий. Не дав ему возможности поприветствовать хозяйку дома, Лана потянула его внутрь особняка, закрыла за ним дверь и опечатала замок магическим знаком. Дмитрий лишь удивленно повел бровью.

Пока они быстрым шагом поднимались в библиотеку, Лана поведала все, что знала о водителе такси, серой иномарке, цветочнице и о загадочном усыпляющем цветке.

– Повтори-ка еще раз: что было написано на корзинке? – Остановил рассказ Дмитрий.

– Цветы мадам Жу-жу.

– Хм, мадам Жу-жу, – шепотом повторил он скорее самому себе, чем Лане. – Хорошо. Предположим, ты права, – продолжил он тоном главы Тайной Полиции. – Благодарю тебя за все, но дальше я буду действовать один.

– Тебе нужна моя помощь, а мне – твоя, – бескомпромиссно отрезала Лана.