Кровь и заклятие

Глава 20

Я стояла у двери, всё ещё чувствуя его прикосновения на коже, словно отголосок магии. Он чуть наклонился ко мне, его рука скользнула по моему запястью — не спеша, как будто не хотел прощаться.

— Мне нужно идти, — сказал он, тихо. — Совет не станет ждать даже меня.

— А студенты? — с усмешкой уточнила я.

— Уж тем более. Там целый класс, полный гормонов и плохих заклинаний.

Я хмыкнула, чувствуя, как напряжение между нами, сгустившееся в комнате, медленно начинает рассеиваться.

— Мы… поговорим потом? — спросила я, не зная, почему вообще это сказала.

— Я найду тебя, — ответил он просто, и в его голосе было что-то странно тёплое.

Я кивнула. Он открыл дверь, но, прежде чем выйти, задержался, снова повернулся и поцеловал меня в висок — быстро, будто не решался на большее.

— Постарайся не доводить до пожара на занятиях, ладно?

— Это смотря кто будет рядом, — ответила я и увидела, как угол его губ дёрнулся.

— Ты становишься опасной, Берн.

— Я всегда была, просто ты только начал это замечать.

Он усмехнулся, провёл пальцем по моей щеке — так мимолётно, что я почти усомнилась, было ли это на самом деле — и вышел, закрыв за собой дверь.

Через пару минут я тоже вышла из кабинета.
Коридор встретил меня привычной суетой: студенты спешили на лекции, щебетали, кто-то в углу доедал завтрак на ходу. Всё вокруг шевелилось, дышало, звенело — а я шла сквозь этот шум, будто во сне. Воздух ещё хранил его запах. Его голос звучал где-то на краю сознания.

— Пегги!

Я вздрогнула.
Стефан. Он быстро приближался, тревожный взгляд будто прочёрчивал меня насквозь.

— Я ждал, пока ты выйдешь… — проговорил он, чуть запыхавшись. — Всё в порядке? Я… я видел, что случилось на чарологической практике.

Я кивнула, не успев открыть рот, как к нам буквально вбежала Рина.

— Пегги! Слава магии, ты цела! — она тут же заключила меня в объятия, крепкие, как заклинание защиты. — Ты в порядке? Что вообще произошло?

Я выдохнула, стараясь держать лицо спокойным — как мы и договорились.

— Всё хорошо, — сказала я ровно. — Это был выброс магии… Ректор не рассчитал силу, когда показал импульс. Я… не выдержала. Потеряла контроль.
Он уже всё объяснил преподавателям. Он сказал, что это его ошибка.

Стефан нахмурился, но промолчал.
А вот Рина всё ещё смотрела слишком пристально — будто пыталась прочесть что-то между строк.

— Странно… Он же всегда контролирует поток, — пробормотала она, но тут же махнула рукой. — Ну и ладно. Главное — ты в порядке. Пойдём на зельеварение, а то мадам Шол откусит нам головы.

Я почувствовала, как момент для разговора со Стефаном ускользает — тонкий, почти неуловимый.
Он хотел что-то сказать. Я тоже. Но, возможно, сейчас было лучше, что мы промолчали.

Мы пошли по коридору.
Стефан — чуть позади.
Рина болтала о чём-то будничном.
А я… я просто шла.
Держалась за слова, которые мы с Эдваргом придумали заранее — как за щит.
Надеясь, что никто не заметит, как дрожат пальцы.

Впереди был класс зельеварения.
И мадам Шол.
Но всё, о чём я могла думать, — это о том, как тепло его пальцы сжимали мои.
И как легко может рухнуть всё, что мы стараемся скрыть.

Мы вошли в класс зельеварения.
Воздух был тягучий от настоявшихся трав, пара и чего-то кисловато-сладкого, приторного. Несколько студентов уже сидели за партами — кто-то шептался, кто-то откровенно зевал, доедая булочку на коленях.

На кафедре стояла мадам Шол.
Сегодня она была особенно элегантна: волосы убраны в тугой пучок, чёрный строгий плащ сидел безупречно, как заклятие на чёткую форму. Но стоило ей заметить меня, как в её взгляде что-то дрогнуло. Не в её пользу.

— Берн, — произнесла она, чуть прищурившись. — Какое счастье видеть вас на занятии. Мы уж начали думать, что вы забыли, где находится наша лаборатория.

— У меня было разрешение, — спокойно ответила я, садясь на своё место рядом с Риной. Стефан занял стол позади нас.

— Конечно. Уверена, оно пришло с высочайшего уровня, — её губы изогнулись в подобие улыбки. — Но, к несчастью, у нас сегодня тест. Внезапный. Резкий. Я люблю сюрпризы. А вы?

Я сжала губы.
Нет. Не люблю.

— Зелье замедленного воспламенения, — продолжила она, раздавая листки. — Формула, компоненты, точные пропорции. И не забывайте: ошибка в расчётах может привести к весьма… интересным последствиям. Будем надеяться, что никто не взлетит на воздух. Хотя некоторым… немного встряски, пожалуй, пошло бы на пользу.

Она смотрела прямо на меня.
Холодно. Вызывающе.

Рина фыркнула и пробормотала себе под нос:

— Снова началось…

Я взяла перо — не обычное, а маголитовое.
Тёмно-синий кристалл на наконечнике отливал мягким светом, улавливая малейшие колебания моей концентрации.

Маголиты использовались не только в боевых формулах, но и в письменной магии: усиливали поток, фиксировали структуру заклятий, обостряли чувствительность к деталям. А в моменты сильных эмоций начинали вибрировать или даже нагреваться.
Сейчас моё перо дрожало едва заметно.
Оно чувствовало то же, что и я.

Вокруг стояла тишина.
Слышен был только скрип перьев по пергаменту, редкие покашливания, шелест страниц. Но я знала — на меня смотрят.

Пара студентов украдкой поглядывали в мою сторону.
Кто-то шептался. Кто-то усмехался.
Некоторые уже наверняка решили: Берн стала особенной.

Благодаря кому?
Разумеется. Ректору.

Я заставила себя сосредоточиться.
Формула. Последовательность. Пропорции.
Мозг упирался, как будто мысли шли сквозь вязкий сироп. Стоило взгляду скользнуть в сторону мадам Шол — и всё внутри закипало.

— Быстро справились, Берн, — произнесла она холодно, когда я подошла сдать работу. — Интересно, это природная одарённость… или новые связи так вдохновляют?