Кровь и железо: Вятский Чужак

Глава 1. Лавандовый посланец.

Глава 1.

Лавандовый посланец.

Витёк и Вадик курили у подъезда, когда со стороны школьного стадиона показался Виталий. Шёл вразвалочку, с тяжёлой сумкой через плечо, потный и явно уставший — но Витёк его узнал сразу, ещё издали.

— Виталёк! — заорал он, и лицо его расплылось в широкой ухмылке. — Здорово, братан! Ты где вообще пропал, полгода не видно было!

Виталий поднял голову, прищурился против солнца и тоже улыбнулся — чуть устало, но искренне. Они пожали руки, потом обнялись коротко, по-мужски, хлопнув друг друга по плечам.

— Здорово, Витёк. Здорово, Вадик. Да никуда не пропадал — вон, с тренировки иду. Просто режим у меня теперь жёсткий, не до посиделок особо. Как сами?

— Да как всегда, братан, — Витёк затянулся сигаретой и выдохнул дым в сторону. — Живём потихоньку. Слушай, мы сегодня к Собаке идём — там полрайона соберётся, девки будут, всё дела. Давай с нами, а?

Вадик молча кивнул в знак подтверждения.

— Собака? — Виталий нахмурился. — Это кто такой?

— А, ну да, ты ж не в курсе. — Витёк оживился, явно обрадовавшись поводу рассказать. — Помнишь на Первомай, когда мы в парке с пацанами из Заречного сцепились? Ну вот, потом они нам стрелу забили. Мы своих подтянули, вышли, поговорили по-нормальному — оказалось, ребята адекватные. Теперь иногда тусуемся вместе. Ванька Шпица знаешь?

— Ну, видел пару раз.

— Это он и есть. Собака — погоняло его.

— Понятно, — усмехнулся Виталий. — Нет, пацаны, я пас. У меня через две недели областные, тренер сейчас вообще не даёт продыху. Два раза в день гоняет, режим и всё такое.

— Слышал, ты на боевое самбо подсел конкретно, — вставил Вадик, крутанув сигарету между пальцами. — Жёсткий вид, уважаю.

— Да, втянулся. — В голосе Виталия проскользнуло что-то живое, настоящее. — Сначала просто так пошёл, а потом попёрло. Прогресс есть, соображение появляется — кайфую, короче.

— Красава, — серьёзно сказал Вадик, и в этот раз без подколок. — Я бы тоже занялся чем-нибудь таким — самбо или джиу-джитсу. Да времени в обрез.

— Время всегда находится, если хочешь, — ответил Виталий без нравоучения, просто как факт. — У меня вот работа ещё, и учёба. Так что вертеться приходится.

— О, ты где сейчас работаешь? — Витёк выбросил окурок щелчком.

— На складе сторожем. — Виталий чуть улыбнулся. — Вискарь охраняю. Ночью в основном. Платят нормально, и времени свободного — завались.

Витёк некоторое время смотрел на него, потом заржал в голос.

— Погоди. Ты. Охраняешь. Склад с бухлом. — Он выдержал паузу для эффекта. — Брат, ты сидишь на золоте и не знаешь об этом! Я бы всю хату затарил, пока не спалили!

— А чё, реально можно что-нибудь срубить? — Вадик прищурился с наигранно-деловым видом.

— Не, вы что. — Виталий махнул рукой. — Там камеры на каждом углу, уволят и вычтут из зарплаты в момент. Не моё это. Обхожу территорию, кино смотрю — нормально.

Витёк покачал головой, будто Виталий только что отказался от выигрышного лотерейного билета.

— Ладно, чемпион, давай тогда. Если надумаешь — звони, подтягивайся. Там правда баб сегодня будет — завались.

Они снова хлопнули друг друга по рукам, и Виталий пошёл дальше — размеренной походкой человека, которому есть куда идти.

Витёк проводил его взглядом до угла дома.

— Чё-то он другой стал, — буркнул Вадик, когда Виталий скрылся за поворотом. — Раньше нормальный пацан был, а сейчас весь из себя — работа, учёба, спорт. Понтуется.

— Скажи ему сам, раз смелый, — хмыкнул Витёк без злости.

— Да он нормальный, — отступил Вадик почти сразу. — Просто гонит сейчас. Но если надо — выйду с ним раз на раз, без проблем.

— Ага, конечно. — Витёк поднял воротник. — Он на самбо давно ходит. Удачи тебе.

Вадик не ответил.

— Да у него просто дела реально, — продолжил Витёк, закуривая новую сигарету. — И после Машки он вообще закрылся.

— Машки? — Вадик удивлённо обернулся. — Семчихиной что ли?

— Ну да. Они встречались после школы — он прям влюблённый ходил, счастливый. А она через пару месяцев ему выдала, что он, мол, никакой в постели и размер не тот. И ещё растрепала всем бабам на районе.

— Да ладно. — Вадик помолчал. — Я его в сауне видел — нормальный у него.

— Да она шалава, еще и тупая, просто хотела пацану побольнее сделать. А ты только на члены и пялишься, петух, — беззлобно бросил Витёк, засмеялся, ударил хуком Вадика в плечо и дёрнул со двора. Вадик погнался за ним, матерясь и тоже смеясь.

Виталий вошёл в квартиру и прислонился к закрытой двери, не снимая обуви ещё несколько секунд. Просто стоял. За окном догорал закат — жёлто-оранжевый, почти тревожный, — и его свет падал на пол длинными косыми полосами.

Хорошая была тренировка. Злая. Тренер сегодня не давал отдышаться: броски, партер, снова броски, снова партер — до того момента, когда перестаёшь думать и начинаешь просто двигаться. Виталий любил эту точку. Когда всё лишнее уходит и остаётся только тело, усталость и ощущение, что ты что-то сделал.

Он наконец разулся, бросил сумку у вешалки и поплёлся на кухню. Включил чайник, достал пачку зелёного чая — не из каких-то убеждений, просто привык после тренировок, от кофе сердце колотилось лишнее. Пока закипало, стоял у окна и смотрел, как во дворе бабка с собакой нарезает круги — маленький пёс тащил её в одну сторону, она тянула в другую. Ничья.

Чай заварился, Виталий взял кружку двумя руками, прошёл в комнату и плюхнулся на диван. Пульт нашёлся за подушкой. Он долго листал — привычка, ставшая ритуалом: нужен был не конкретный фильм, а что-то такое, за чем можно было отпустить мысли. Фантастика, фэнтези — что-то с другими мирами, другими правилами. Он всегда любил это ощущение: что где-то там, за экраном, существует место, где всё работает иначе.