Кровь Избранного 2, или Две женщины императора

Глава 1. Белая слива

Весна на Западном побережье в тот год выдалась ранняя. Снег сошёл ещё в феврале, и к началу марта сады Муркастеля пробудились ото сна. Чёрные, узловатые ветви слив готовились окутаться белым облаком цветов, источающих аромат мёда.

Лорена выехала в поля перед завтраком. Она предпочитала гулять одна, без служанок. Обычно подобная вольность для девушки из хорошего рода не поощрялась, но Лорена умела настоять на своём. Отец шутливо называл её упрямство «кровью избранных». Мать Лорены была родом с востока, из самого Рангарда, и поговаривали, что в её жилах течёт кровь правящего дома. После того, как связи с Рангардом прервались, это стало неважно, но Лорена любила думать, что в ней есть что-то особенное.

Сливы должны были зацвести со дня на день. Лорена ждала этого с особым нетерпением: прошлой весной она пропустила всё из-за лихорадки. Она проверила сады возле замка, потом пустила лошадь лёгким галопом вдоль полей, что тянулись от Муркастеля к югу. Земли Адэров были хоть и не самыми богатыми, но ухоженными. Лорена знала здесь каждый камень, каждое дерево.

Она поднялась на пологий холм, откуда открывался вид на пастбища, остановила лошадь и прищурилась, вглядываясь в даль.

Пусто.

Ни всадника на дороге, ни флажка над рощей, что служил условным знаком. Только поля, холмы и тёмная полоска леса на горизонте.

Лорена ждала. Солнце поднималось выше, начинало припекать, а восточная дорога оставалась предательски пуста. Девушка раздражённо стиснула поводья.

Реми, её жених, снова не явился на свидание. В третий раз за месяц. В первый раз он задержался. Во второй прислал слугу с письмом, полным извинений. А сегодня о ней, похоже, совсем забыли.

Лорена фыркнула, как рассерженная кошка, и решительно развернула лошадь. Она больше не станет ждать. Не станет торчать у всех на виду, как брошенная дурочка. Если Реми что-то от неё нужно, пусть объясняется с отцом.

Она пустила лошадь галопом. Ветер засвистел в ушах, вырывая из-под шляпы длинные золотистые пряди. У самых ворот Муркастеля Лорена придержала лошадь и перешла на шаг.

Замок её семьи располагался на холме среди полей. Он был знаменит своим высоким донжоном, с площадки которого в ясный солнечный день можно было разглядеть всю долину от Тинтагеля до Берна. Над входными воротами висел штандарт с серебряной рыбой на синем поле, герб рода Адэров.

Лорена въехала во двор, отдала лошадь конюху и, ни с кем не заговаривая, поднялась в свои покои. В комнате сняла шляпу, вместе с перчатками бросила на сундук и подошла к окну. Внизу суетились слуги, из кухни тянуло жареным луком. Лорена смотрела на сады, на чёрные стволы слив, что всё ещё ждали своего часа. Почки набухли, но не раскрывались.

Сливы не цвели.

И Лорена вдруг подумала, что весна в этом году, кажется, пройдёт мимо неё.

***

Лоран заметил сестру ещё издали. По тому, как стремительно она поднялась в свою комнату, он понял, что прогулка не удалась. Светлые волосы девушки были растрёпаны, руки нервно мяли перчатки, губы обиженно сжаты.

— Не приехал? — спросил Лоран.

Лорена даже не замедлила шаг.

— Догадливый какой, — бросила она через плечо и скрылась за дверью.

Лорена была совсем не похожа на смуглых и грудастых девиц Запада. Худощавая, с нежными чертами лица, с фарфоровой кожей, она казалась слишком утончённой для суровой жизни обитательницы замка. Возможно, именно поэтому её и выбрали Первой Красавицей на прошлогоднем балу в Берне.

Лоран помнил, как сестра вернулась тогда с победной улыбкой и возом цветов от поклонников, которым отец вежливо, но твёрдо отказал. У Лорены уже был жених — Реми ван дер Хорст, богатый, знатный, с хорошей репутацией. Отец был доволен выбором дочери.

Лоран — тоже.

Лоран сам был младшим сыном, и его будущее было незавидным. Старшие братья получат земли и титулы, его же ожидала служба у правителя или кого-нибудь из родственников. Замужество сестры могло укрепить связи Адэров с сильными домами и помочь устроить и его судьбу. Поэтому поведение Реми тревожило Лорана больше всех.

— Пойду пройдусь, — бросил он, ни к кому не обращаясь. Взял арбалет, перекинул через плечо сумку с болтами и свистнул собаку. Брут, старый пёс с седой мордой, лениво поднялся, зевнул и потрусил за хозяином.

Лоран вышел через ворота и спустился к полям, мельком глянув на голые деревья, окружающие Муркастель. Весна только начиналась, а ему уже казалось, что всё лето, да и вся его жизнь пройдут впустую.

Погрузившись в невесёлые размышления, он отошёл от замка дальше, чем обычно. Поля сменились пустошами, заросшими осокой и камышами. Здесь земля была сырая, непригодная ни для пашни, ни для выпаса. Только утки гнездились в траве да лисицы рыскали по ночам.

Брут оживился, потянул носом воздух, резко свернув в заросли, зашуршал сухостоем. Юноша зарядил арбалет и приготовился. Из тростников с шумом вылетел крупный селезень. Лоран вскинул арбалет, поймал птицу в прицел, выдохнул и нажал на спуск.

Болт сорвался с глухим стуком тетивы. Селезень дёрнулся в воздухе и камнем рухнул в траву. Брут с радостным лаем кинулся за добычей.

Лоран опустил арбалет и довольно усмехнулся. У него получается всё лучше и лучше. Так на осеннем Празднике Урожая можно будет претендовать на первое место. При мысли об этом настроение тут же улучшилось. Воодушевлённый, юноша принялся заряжать снова. Это действие было для него привычно: ногу упереть в стремя, натянуть тетиву, вложить болт.