Кровь на лезвии

Глава 9. Разговор в темноте

Ночь окутала дом холодной тишиной. Где-то за окном завывал ветер, редкие шаги раздавались в коридоре, но в остальном всё было спокойно. Слишком спокойно.

Селина лежала в своей комнате, свернувшись калачиком под тонким одеялом. Сон не приходил. Перед глазами снова и снова вставала сцена в подвале: Вольф, держащий кинжал, Лекс, сжавший рукоять, но не решавшийся ударить, взгляд отца, наполненный ожиданием.

А потом Каин.

Каин, который стал между ней и этим миром.

Она не могла оставаться в этой тишине.

Селина осторожно выбралась из-под одеяла, на цыпочках пересекла комнату и тихонько открыла дверь. Коридор был тёмным, но она знала дорогу.

Комната Каина была в конце коридора. Дверь не скрипнула, когда она толкнула её. В слабом свете луны, пробивавшемся через окно, она увидела, что Каин не спит. Он сидел на кровати, прислонившись спиной к стене, скрестив руки на груди.

— Ты тоже не спишь, — прошептала она.

Каин поднял голову. В его ярко-голубых глазах промелькнула тень удивления, но он не прогнал её.

— Я знала, что ты не будешь, — Селина закрыла за собой дверь и подошла ближе.

Каин молчал, наблюдая за ней.

— Селина…

— Что случилось в подвале?

Он нахмурился, но не от неожиданности — он ожидал этого вопроса.

— Ты всё видела.

— Видела, но не всё поняла, — её голос был тихим, но настойчивым. — Лекс… Он не хотел, но всё равно остался. Вольф... он даже не колебался. Почему? Почему они такие?

Каин провёл рукой по волосам, вздохнул. Он мог сказать ей, что всё в порядке, что не стоит забивать голову этими мыслями. Но это была бы ложь.

Он не хотел, чтобы она узнала всю жестокость их мира, но скрывать это тоже нельзя.

— Отец с детства учил нас одному правилу: слабые не выживают, — наконец сказал он. — Вольф усвоил это сразу. Он всегда шёл впереди, всегда был сильным. Он принял эти законы, сделал их частью себя.

— А Лекс?

Каин посмотрел на неё.

— Лекс… не такой, как Вольф. Он сильный, но не жестокий. Вольф убивает, потому что считает это нормальным. Лекс… потому что боится потерять брата.

Селина опустила голову.

— Так значит, если он не сделает, что от него требуют, он станет слабым?

Каин задумался, а затем покачал головой.

— Нет. Настоящая слабость — делать то, чего не хочешь, только потому, что боишься быть отвергнутым.

Селина смотрела на него, обдумывая его слова.

— Тогда... почему ты не такой, как они?

Каин усмехнулся, но в его взгляде было что-то горькое.

— Потому что я уже прошёл через это.

Она поняла: он когда-то стоял на месте Лекса.

Селина сжала кулаки.

— Я не хочу, чтобы Лекс стал таким, как Вольф.

Каин посмотрел на неё и чуть заметно улыбнулся.

— Тогда сделай так, чтобы у него был выбор.

Селина задумалась. Она знала, что не сможет изменить их мир. Но, возможно, сможет изменить Лекса.

Она не позволила бы брату потеряться в этой тьме.