Кровь от крови

:: пролог

Говорят, что в Валахии живёт чудовище.

Вы ведь слышали все эти сказки, верно?

Страшный дракон с красной пастью, что пожирает сердца своих врагов. Влад III Цепеш, куда более известный под именем Дракула. Колосажатель. Кто-то даже искренне верил в то, что он сын самого Дьявола, который пришёл на эту землю проливать кровь. Его имя стало проклятьем, которым матери пугают детей, а воины бояться даже и говорить о нём. В поеденных временем летописях он остался исчадием ада, клыкастым монстром, пьющего кровь невинных дев. Вам уже страшно?

Не бойтесь. Ведь всё это ложь.

Страх способен породить множество легенд, но его глаза бывают близоруки. Люди всегда боятся того, кто стоит в самом центре света, смотрят на яркое пламя, что окружает фигуру, но никогда не видят тени за его спиной. Они никогда не задаются вопросом: кто разжигает этот огонь? Почему он всё ещё горит? Неужели демон настолько силен? Чей шёпот во тьме опочивальни превращает просто жестокого князя в легенду?

Самое страшное чудовище Валахии — это не Влад.

Это я.

Увы, но моё имя, даже если я его назову, ничего вам не скажет. Всего лишь призрак… Меня вычеркнули из хроник, моё лицо стёрли с фресок, а мою память закопали куда глубже, чем тела наших врагов. Но я здесь. Я жива. И я помню всё.

Помню, как любила его.

Любила с той яростной, голодной и звериной силой, с какой волчица любит луну не надеясь и дотянуться до неё, но воя до хрипоты от одной только красоты этого недостижимого света. Я любила не просто какого-то там князя, не проклятого всеми Дракулу. Я любила человека, которого увидела в тот первый день, когда он переступил порог нашего дома, а в воздухе пахло сиренью. Я помню война, который сражался подобно демону и страстно шептал молитвы во славу имени, которое теперь лишь обжигает губы. Я видела его усталость, его шрамы, его тяжёлый взгляд и чувствовала его дыхание на своей коже. И нам не нужны были слова для того, чтобы понимать друг друга, потому что сама была такой же. Мы дышали в едином ритме уже знакомого нам танца. Мы говорили на одном языке. И мы вместе сражались за нашу свободу.

А он выбрал её.

Дракон выбрал мою сестру, пускай и тела у нас с рождения были одинаковыми до последней родинки. Мой князь выбрал кроткую Марию с глазами лани и смехом напоминавшим журчание весеннего ручья. Он выбрал тишину в тот самый момент, когда вся его жизнь была наполнена грохотом войны. Он выбрал покой и сладость ирисов, когда плащ его порвала буря, а руки пахли кровью. Я стояла в тени той маленькой деревенской церквушки и смотрела не на то, как он надевает кольцо на её бледный и тонкий палец, а на кресты за церковным садом. В тот день я впервые усомнилась в существовании Бога. Всего лишь на миг… Но этого было достаточно.

Трус.

Великий князь испугался силы моего чувства и отступил.

О, ты хочешь знать, как девушка из приличной и богатой семьи стала тем, чем стала я? Как любовь переплавилась в ненависть, а ненависть застыла во льду вечности и холодном безразличии? Это долгая история, мой сердечный друг. В ней будут похороны и обман, колы с насаженными на них головами турков и холодный замок, в котором можно было согреться лишь в объятиях друг друга, а ещё кровь — много крови — и проклятья, от которых содрогнутся небеса. Будет война, которую выиграла именно я, а не какой-то там Бог. И будет мужчина, который слишком поздно поймёт, кого же именно он потерял.

А ещё…

Будет ярость и всепоглощающая тоска. И одна тихая и невинная смерть маленькой голубки, которой я свернула шею, и с которой всё началось.

Но я забегаю вперёд. Позволь мне начать с начала.

С того самого дня, когда в наш дом, стоящий на краю леса у великой реки Дунай, въехал всадник на вороном коне. Позволь мне начать с того самого дня, когда я ещё наивно верила в то, что Бог и правда слышит наши молитвы, а любовь всегда побеждает.

Это был день, когда я впервые увидела его лицо.

И день, когда я в последний раз видела себя прежнюю.