Кровь предков

Глава 1

Дождь лил с самого утра. Он был из тех дождей, которые будто не падают с неба, а рождаются прямо в воздухе — холодные, липкие, бесконечные. Элеонор натянула капюшон глубже и прибавила шаг. До дома оставалось минут десять идти. Телефон в кармане завибрировал. Она достала его на ходу. Сообщение: «Ты где?»

Элеонора закатила глаза: “Ну, конечно. Мама...” Если она задерживалась хоть на полчаса, начиналась настоящая операция по поиску пропавшего человека.

Она быстро набрала: «Иду домой. Не переживай». Отправить. Телефон снова завибрировал. Но прочитать ответ она не успела. Свет ударил ей прямо в лицо. Вдруг послышался визг тормозов, а затем крик. Возможно даже ее собственный крик, она так и не поняла ничего. Мир как будто перевернулся, и что-то тяжёлое врезалось в тело Элеонор.

Стало больно. Очень больно. Потом боль исчезла, и наступила глухая тишина. Это все было так странно. Элеонор не понимала, она уже мертва или еще нет. По крайней мере такой исход событий ожидается в тридцати процентах подобных случаев. Или же показывают в фильмах: свет в конце тоннеля, ангелы и все такое. Родственники плакать должны в своей скорби, а она, Элеонор, будет наблюдать за ними с теплой улыбкой со стороны, ведь приятно осознавать, что ты была кому-то дорога.

Но вместо этого вокруг стояла абсолютная темнота.

— Замечательно, — пробормотала Элеонор. — Даже умереть нормально не получилось. Элеонор тут же испугалась. Ее голос прозвучал странно: каким-то чужим, что ли... Слишком мягкий и звонкий голос, который принадлежал другой девушке, а не ей.

Она попыталась пошевелиться. Получилось. Затем открыть глаза. Получилось тоже. И это оказалось первой проблемой. Потому что над головой находился не потолок её квартиры. И не больничная палата. И вообще ничего знакомого. Над ней возвышался резной балдахин. Тяжёлые бордовые шторы. Свечи. Много свечей. Слишком много. Запах воска, трав и сырости.

Элеонор моргнула. Потом ещё раз.

— Что за...

Она резко села. Голова тут же закружилась. Перед глазами поплыли чёрные точки. Комната оказалась огромной. Даже слишком старинной. Как будто Элеонор проснулась в музее вместо собственной квартиры.

Элеонор никогда не видела настолько старинной комнаты, что это выглядело как декорация исторического фильма. Массивная мебель, вызывающая желание провести по ней пальцами, словно по антиквариату. Камин, совершенно настоящий. Картины. Гобелены. И ни одной розетки!

— Очень смешно, — пробормотала она.

Наверняка сон. Кома, галлюцинации, или что там еще можно перечислить. Да что угодно, только бы это не было реальностью или чьей-то глупой шуткой. В этот момент дверь распахнулась. В комнату влетела женщина лет сорока в длинном, пышном платье. Элеонор такие платья видела только в журнале о старинной моде и по телевизору. На всякий случай девушка зажмурила глаза, и снова открыла. Словно после этого видение исчезнет и ей станет легче. Но платье было настоящим, как и сама женщина, и гоблины, и портьеры, и камин с балдахином.

За женщиной в пышном платье следовали две женщины средних лет невзрачной внешности. Судя по их одежде, они явно не были одного статуса с дамой в платье. Скорее всего, это были экономки.

Женщина увидела Элеонор и замерла. Потом побледнела. Потом расплакалась. Казалось, она пропустила через себя весь спектр эмоций.

— Господи... Господи Всемогущий...

И бросилась к кровати.

— Элеонора!

Элеонор непонимающе посмотрела на неё.

— Простите?

Женщина застыла.

— Что?

— Меня зовут не Элеонора.

Молчание. Служанки переглянулись. Одна перекрестилась. Вторая едва не уронила таз с водой.

— Как это не Элеонора? — прошептала женщина.

— Очень просто. Меня зовут Элеонор. Это разные имена, между прочем.

Кажется, после этих слов женщине стало плохо. Она рухнула в кресло.

— Врача! — закричала одна из служанок.

— Немедленно врача!

— И священника! — добавила вторая.

— Нет, сначала врача!

— Нет, священника!

— Врача!

— Священника!

— Господи, заткнитесь обе! — не выдержала Элеонор.

Тишина наступила мгновенно. Все трое уставились на неё так, словно она только что заговорила на языке демонов. Видимо, совершенно не ожидали такой грубости от девушки. И именно тогда Элеонор заметила зеркало. Большое. В серебряной раме. Стоящее у стены.

Она медленно поднялась с кровати. Ноги дрожали. Каждый шаг отдавался странной слабостью. Но она всё равно дошла. Посмотрела. И замерла. Из зеркала на неё смотрела незнакомка. Очень красивая незнакомка.

Тёмные волосы. Светлая кожа. Высокие скулы. Большие серо-зелёные глаза. Ни одной знакомой черты. Ни одной.

Элеонор подняла руку.

Девушка в зеркале повторила движение.

— Нет...

Сердце забилось быстрее.

— Нет-нет - нет...

Она коснулась своего лица. Оно было совершенно чужим. Тонкие пальцы. Другая кожа. Другие губы. Другой нос. Другая жизнь. Паника подступила мгновенно.

— Это невозможно.

Женщина за её спиной всхлипнула.

— Элеонора...

Элеонор резко обернулась.

— Кто такая Элеонора?

Женщина посмотрела на неё с ужасом.

— Это вы.

Спустя час стало только хуже. Потому что выяснилось следующее. Первое. Её действительно зовут Элеонора де Морвейн. По мнению всех присутствующих. Второе. Она находится в поместье Морвейн. Третье. На дворе тысяча шестьсот двадцать шестой год.

После этого Элеонор расхохоталась. Долго. Минуты три. Так сильно, что служанки снова решили позвать священника. Потому что другого объяснения происходящему у неё не было. Либо она сошла с ума. Либо умерла. Либо каким-то невозможным образом оказалась в прошлом. Четыреста лет назад.

И последнее объяснение почему-то казалось самым логичным. Когда смех закончился, наступила тишина. А затем в дверь постучали. Три коротких удара. Комната словно замерла. Женщина побледнела, а служанки опустили глаза.