Кровь сидов: волшебство любви

Глава 2. О том, что бывает, когда разум и чувства не в ладах

Эйвери ошалело таращился в темноту осеннего бора. В голове никак не могло уложиться произошедшее буквально несколько минут назад. Его что, действительно ограбили? Его, магистра Третьего Круга, ограбил какой-то малолетка, у которого наверняка еще прыщи с морды не сошли, а Эйвери не смог ничего - ни-че-го! - сделать. Только молча, ну, почти молча, отдать кошелек!

Визит к вдове Виракс был немедленно и прочно забыт. В конце концов, веселая вдовушка еще встретится, и неоднократно, и тогда герцог очень "мило" поинтересуется, не в помощь ли грабителям леди требует такие клятвы? И в следующий раз к дому вдовы непременно переместится порталом, благо, ему все же хватило мозгов уточнить, что магией обязуется не пользоваться только эту ночь. Про все остальные речи не шло.

А с наглым воришкой он разберется прямо сейчас!

И нет, дело было не в деньгах. Пятьдесят фунтов - сумма, конечно, немаленькая, но всяко не та, за которую следовало рисковать головой. Нечего сказать, достойная плата за глупость. Буря в душе магистра была вызвана одновременно оскорбленным самолюбием, злостью на себя и желанием проучить нахального юнца, решившего, что можно разбойничать на большой дороге.

Хотя большой дорогой назвать ту тропку, на которой стоял фаэтон, можно было разве что после длительной попойки, когда в глазах двоится, а то и троится все окружающее.

Герцог развернул экипаж в обратную сторону и, активировав амулет возврата, слез с облучка. Амулет гарантировал, что кони самостоятельно вернутся в конюшню по пройденному пути, и мужчине не было нужды беспокоиться о том, сколько времени будет потрачено на мальчишку, и не случится ли что-либо с фаэтоном в отсутствие хозяина. Позаботившись об экипаже, Эйвери двинулся к тому месту, куда конь ушел с тропы в глубину леса.

Не будь Эйвери магом - он пропустил бы то место, где свернул малолетний бандит. Только обостренное долгими тренировками чутье позволило уловить легкий след среди густого подлеска - создавалось ощущение, что юнец не то взлетел, не то провалился сквозь землю, не то и впрямь растворился в сосновом бору. Кусты и деревья, казалось, сами расступались, давая всаднику дорогу, а после - смыкались за его спиной. Самому магистру приходилось продираться сквозь заросли там, где чувствовался легкий след ауры двоих теплокровных. Между тем ни плащ, ни, тем более, короткий вечерний камзол никак не соответствовали затеянной Далтоном погоне. Миновав первый десяток ярдов, Эйвери вывалился на небольшую прогалину и выругался, оглядев одежду: кружево на рукавах и воротнике было изодрано и свисало неопрятными лохмотьями, в плаще зияла дыра размером с хорошую тарелку, в вышивке камзола запутались обломанные мелкие ветки. Теперь герцог выглядел как человек. которого не просто ограбили, но еще и долго пинали и валяли по земле.

- Вот теперь, - пробурчал магистр, - я верю, что меня действительно ограбили.

Далтон ожесточенно содрал с себя плащ, потерявший всякий вид, швырнул в кусты и направился дальше, выискивая следы юнца. Ярость затмевала все прочие чувства, включая обыкновенно присущую магистру осторожность. Злость на самого себя нашла выход, обратившись на незадачливого грабителя, и теперь Эйвери было уже наплевать, сколько человек могут встретиться на пути. До рассвета герцог подождет... а дальше... Мужчина мрачно, предвкушающе улыбнулся.

Около получаса магистр двигался по темному лесу, только каким-то чудом не теряя след. Эйвери уже не был уверен, что находится на правильном пути, когда след вывел на круглую поляну и... потерялся. Эйвери, не сдерживаясь, громко помянул Темных духов, Спасителя, Светлых серафимов, противоестественные отношения, связывающие весь небесный пантеон с пантеоном Темных и растерянно огляделся.

- Ну не привиделся же он мне в самом деле!

Призраком грабитель быть никак не мог. За время обучения в Чародейной Королевской Академии Эйвери насмотрелся на всяких призраков и не только. И упокоил тех на практикуме тоже достаточно. Ни один из виденных ранее призраков не требовал денег. И уж точно ни один из них не смог бы удержать в руках револьвер, равно как и оставить "теплый" аурный след.

Так что гипотезу о бестелесном пришлось отбросить и получше осмотреться.

Поляна в поперечнике имела никак не менее десяти ярдов, густой подлесок окружал прогалину кольцом со всех сторон, исключая проход, через который проломился герцог. Никаких других признаков того, что здесь кто-либо проезжал или проходил, не было. Трижды обойдя поляну по кругу, Эйвери потер уставшие глаза, практически уверившись в том, что ошибся, и где-то свернул не в ту сторону, и поднял голову, пытаясь по положению звезд и луны определить хотя бы примерно, насколько далеко его занесло, и сколько еще ждать до рассвета. Герцог почти решился прекратить бесполезную погоню, дождаться восхода солнца и порталом вернуться домой, а уж после... Однако, повернувшись к луне лицом, он неожиданно заметил над зарослями несколько сломанных веток... и слабый, уходящий вверх, почти растворившийся среди подлеска аурный след.

Видимо, здесь всадник заставил коня перепрыгнуть через окружавшую поляну стену подлеска и двинулся дальше.

На мгновение Эйвери ощутил что-то вроде восхищения: высотой преграда была около десяти футов. Не всякий конь перепрыгнет, и не всякий всадник решится на прыжок на такую высоту. Да и надо признать: уходил юнец грамотно, не всякий знает, что, чем гуще лес - тем быстрее затирается аурный след. Сосна же впитывает в себя ауру в два раза быстрее. Прыжок между соснами практически гарантировал потерю следа, который и так продержался бы в сосновом бору не больше трех-четырех часов. К рассвету тем более ничего бы не осталось. Ищи ветра в поле, как говорила бабушка магистра, княжна из далекого северного княжества.

Далтон подошел к тому месту, где заметил сломанные ветки, оглядывая место прыжка. Проломиться на другую сторону здесь не выйдет - преграда хоть и неширокая, но толстые ветки переплетены так густо, что ломать кусты как раз до рассвета. Что ж, тогда остается только одно... Магистр досадливо сплюнул и полез на ближайшую сосну.