Кровь ведьмы

Ковен

Чуть не споткнувшись о корягу, Игнат чертыхнулся: «Дааа, староват я стал по лесу ходить. Глаза уже не те, ноги не те. Так и кости переломать недолго» - подумал он, стряхивая с колен прилипшие сосновые иглы.

Но хворост сам себя не соберёт. Подобрав палку потолще, он двинулся дальше, опираясь на неё, словно на клюку. По пути часто останавливался, вслушивался. Лес был полон звуков: раскачивались и скрипели длинные стволы сосен, шелестели листьями дубы. Высоко над головой перекрикивались разными голосами птицы. Где-то вдалеке начала считать года кукушка. Игнат не стал спрашивать ее, сколько ему осталось. Боялся того, что может услышать в ответ. С каждый годом здоровье подводило его все сильнее.

Солнце уже клонилось к закату. Нужно было спешить: без ориентира в лесу потеряться было легче простого.

Игнат шёл, сверяясь с солнцем: если оно справа, значит - деревня слева. Изредка останавливался, тяжело нагибался, подбирал сухие ветки и прятал их за спину. Вязка за плечами оттягивала худую спину, поясница ныла всё сильнее. Очередной раз нагнувшись, старик уловил краем глаза багровый отсвет между деревьями. Огонь что ли там горит?

Прищурил подслеповатые глаза - и точно, костёр полыхал и щепел посреди леса.

- Ну бездельники… я вам покажу, как костры в лесу жечь, - пробурчал старик, ускоряя шаг. Злость придавала ему сил.

Однако достаточно близко старый Игнат подойти не успел. Когда он уже почти мог разглядеть темные фигуры у костра, расслышать высокие голоса, бормотавшие то ли молитвы, то ли проклятия на непонятном ему языке, затылок вдруг пронзило острой болью. Мир дрогнул, глаза застлал туман. Прежде чем потерять сознание, Игнат успел подумать о своей козе, которую не успел подоить с вечера. Потом его глаза закатились, старик осел в траву и больше уже ничего не чувствовал.

***

Радомир отбросил тяжёлую палку в заросли папоротника. Щелкнул пальцами, и корни ближайших сосен сплелись вокруг лежащего без движения старика, скрывая его от глаз.

Ведьмак отряхнул руки от пыли, прежде чем выйти на ярко освещенную поляну. По её центру горел костёр. Его свет был ярко-оранжевым с багровыми отблесками. Вокруг на бревенчатых скамьях сидели пятеро женщин и молодой худощавый мужчина с бледным испуганным лицом. Ведьмы поприветствовали Радомира лёгким кивком, бледнолицый колдун только лишь сглотнул и ещё сильнее сьёжился.

Скривив губы, Радомир подошёл к огню и бросил в него пучок сухих трав. Пламя взвилось синим, лес вздрогнул. Вокруг круга появился магический барьер. Старшая из женщин, единственная восседавшая на деревянном стуле, а не скамье, неодобрительно посмотрела на ведьмака.

- Никогда нельзя забывать о предосторожности, - ответил на её взгляд Радомир. Голос его был звучным, в нем чувствовалась сила. - Особенно теперь, когда среди нас предатель.

Пробежал шепоток.

- Ты не можешь быть в этом уверен, Радомир, - громко сказала старая ведьма. Очевидно, она была старшей из всех присутствующих.

- Были знаки, Ядвига, тебе ли не знать об этом, - отозвался чародей. - Следы на земле, выжженные деревья, мёртвые человеческие дети.

На этих словах две молодые ведьмы, сидящие подле друг друга, испуганно переглянулись.

- Как ты мог заметить все это, сидя в своей башне за тридевять земель отсюда? - с усмешкой спросила старуха. - Или вороны на хвосте принесли?

Она бросила взгляд на бледнолицего ведьмака, все ещё дрожащего в углу. Радомир вскинул руку, призывая мальца к ответу.

- Давай же…как бишь тебя зовут…Нелад, расскажи им то, что рассказал мне, - он строго посмотрел на юношу, отчего тот ещё сильнее вжал шею в плечи.

- Давай же, не заставляй нас ждать, - нетерпеливо повторил ведьмак.

Нелад робко встал, подошёл в центр круга, остановился рядом с костром.

- Я видел его… - начал было он.

- Говори громче, ни слова не разобрать, - прикрикнул на него Радомир.

Молодой чародей бросил взгляд на старшую ведьму. Та ободряюще кивнула.

- Я видел его… в лесу. Тень.. Чёрная, она пронеслась прямо надо мной…

- Когда это было? - спросил Радомир. Он занял свободное месте на бревне, широко расставил ноги, оперся локнем на одно колено. Весь его вид говорил о том, что он чувствовал себя тут главным.

- На пятый день от сегодня… А потом в деревне начали умирать люди. Сначала мальчик портнихи. Его душу словно бы высосали. Осталась одна лишь оболочка. Потом старуха, мать охотника. Она ушла в лес и, должно быть, увидела там что-то такое, о чего ее сердце остановилось. Мы нашли ее мертвой в нескольких метрах от дома. В ее глазах застыл такой ужас, что у меня волосы на голове встали дыбом, - на последних словах голос юноши сорвался.

- Все ясно как белый день, - сурово произнёс Радомир, наблюдая за тем, как трясущегося Нелада усаживают обратно на бревно. - Душами детей питается только лишь одно существо. Мстительный дух, призванный наказывать за неповиновение. Навляк.

Он выдержал драматическую паузу прежде чем продолжить.

- И мы знаем, что заставило чудовище явиться сюда. Что могло вызвать его, заставить снова выйти на охоту…

Молодые ведьмы внимательно слушали, склонившись ближе к огню. Нелад негромко всхлипывал в сторонке. Ядвига, казалось, не проявляла интереса к словам ведьмака. Тишина сгущалась, как дым.

- Кто-то из вас нарушил Клятву, - сказал ведьмак негромко, откинув взглядом круг. - Кто-то спутался с вампиром.

Тишина упала тяжёлым покрывалом. Даже треск костра, казалось, стал тише.

- Ты слишком легко бросаешь в нашу строну очень тяжелые обвинения, Радомир, - медленно проговорила Ядвига, восседая на своём деревянном троне, словно лесная царица. - Без доказательств. Без расследования.

- Я говорю только то, что подсказывает мне инстинкт, Ядвига - уклончиво зявил ведьмак, - А своему чутью я привык доверять.

Его голос не был резким, но в нём звучала уверенность, властная и холодная.

- У всех у нас есть интуиция, - спокойно продолжила Ядвига. - Не думай, что твоя чем-то уступает моей. А мои инстинкты молчат.