Кровь Хранителя

Глава 16-4

Маги, увлечённые обживанием шатров, не заметили её появления. Только Ранель, прекрасно знавший, что значит для неё разговор с Драконом, ждал в сторонке и увидел её сразу. Эльфея поманила его за собой, и они углубились в рощу, уходя подальше от ручья. Несколько минут шли молча, наконец, Ранель спросил:

– Чем закончился разговор?

– Пока ничем. Мне нужно обдумать то, что он сказал.

– Ты его простишь?

– Придётся, иначе ко мне не вернётся магия. Прощение вернёт память – так сказано в пророчестве.

– Хотеть простить и действительно простить – это разные вещи.

– Я знаю, Рони. Но я хотела поговорить не об этом.

– А о чём?

Эльфея остановилась и посмотрела ему в глаза.

– Я… – начала она, запнулась, тяжело вздохнула и тихо добавила: – Не думала, что это будет так трудно.

– Что? Объясни толком, а то я начинаю беспокоиться.

– Помнишь, ты сказал, что не успокоишься, пока не узнаешь, что со мной? – спросила Эльфея, нервно теребя край рубашки.

– Помню.

– Так вот… я беременна, – выдохнула она, словно в омут бросилась.

– Правда?! – Ранель радостно подхватил её на руки и нежно прижал к себе, словно величайшее сокровище.

– Я так счастлив, – тихо сказал он, целуя её.

– А что скажешь, если детей будет двое?

– Серьёзно? Тогда я счастлив вдвойне. Нет втройне, ведь у меня ещё есть ты.

– Я тоже счастлива, – наконец-то улыбнулась Эльфея. Она только теперь поняла, как ей повезло с любимым.

Они до самого вечера просидели на траве, болтая о пустяках, как поступают только безмерно счастливые люди. Альсеида оберегала их уединение, никого к ним не пуская. Но когда стало темнеть, влюблённые опомнились и пошли к остальным, гонимые скорее голодом, чем потребностью в обществе. Когда они вышли к ручью, к ним подлетела Анора и затараторила:

– Где вы пропадали так долго? Мы вас искали. Эля, послушай, эти деревья-шатры просто прелесть. Они светлые и уютные, и можно есть, не выходя из них. Здорово, правда? Ты обязательно должна попробовать эти плоды. Они такие вкусные!

Анора потащила Эльфею за собой, прямо светясь от радости. Ранель пошёл следом, с недоумением оглядывая берег ручья. Он представлял собой странное зрелище: все спутники Эльфеи беззаботно веселились и купались, устроив что-то вроде летнего пикника. Когда Эльфея попробовала эти плоды, у неё сразу прибавилось сил, и во всем теле появилась лёгкость и бодрость.

– Действительно вкусные, – признала Эльфея, – и хорошо снимают усталость.

– Мы тоже это заметили, – засмеялась Анора. – И так их объелись, что спать совсем не хочется. Может, устроим праздник?

– Какой праздник? – нахмурилась Эльфея. – Война ещё не закончена. Когда победим, тогда и будем праздновать. Так что сегодня можете отдыхать, а с завтрашнего дня начнутся интенсивные тренировки и учёба. И раз эти плоды так хорошо прибавляют сил, то учиться будем с утра до вечера.

– А это обязательно? – тоскливо вздохнула Анора.

– Да. И не вздыхай так, когда-нибудь ты мне спасибо скажешь. А пока можешь отдыхать, если тебе спать не хочется.

Анора снова вздохнула и пошла искать Рина. Беззаботное веселье из неё стало улетучиваться. Эльфея проводила её взглядом и попросила Ранеля:

– Покажи мне свой шатёр, мне нужно подумать в тишине.

– Я буду охранять твой покой, – улыбнулся Ранель.

– Мне не нужны жертвы. Если хочешь, иди, веселись с остальными.

– Это не жертва, мне больше нравится твоё общество, – в глазах Ранеля подрагивали лукавые смешинки.

– Тогда пошли, – Эльфея невольно улыбнулась в ответ.

Они прошли мимо радующихся жизни магов (похоже, плоды не только придавали сил, но и сильно поднимали настроение) и скрылись в одном из шатров…

***

– Рин, – сказала Анора, подходя к нему, – я хочу пойти поискать единорога, но одной жутковато. Здесь всё такое странное, непривычное. Пошли вместе?

– Пошли, – согласился Рин, как и всё, испытывавший беспричинное веселье.

Они направились в ту сторону, где впервые увидели единорога, но его там, конечно же, не оказалось. Тогда влюблённые пошли просто бродить по лесу: вдруг повезёт все же встретить его. Скоро стало совсем темно, но когда взошла луна, лес волшебно преобразился. Вообще, листья ормалов имели удивительные свойства: в искусственном свете они были сверху гладкие голубые, а снизу бархатные на ощупь и серебристые; в солнечном свете они целиком становились словно из серебра, а в лунном – прозрачно-голубыми. И теперь, в лучах луны, сплетение крон над головой превратилось в голубой полупрозрачный полог. Лунный свет, пронизывая его, рассеивался вокруг, окрашивая всё в голубые оттенки. И создавалось странное впечатление, что находишься под водой, где-нибудь на дне моря. Даже листья, шумящие на ветру, казались шепчущими волнами. Аурин и Анора, завороженные дивным зрелищем, восхищенно молчали.