Кровь Хранителя

Глава 18-3

Пока уставшие всадники отдыхали, отогревались и обедали, Анора взахлёб рассказывала родителям о путешествии. Новость о возвращении быстро разнеслась по посёлку, и в гостиную набился народ, который тоже не прочь был послушать рассказ Аноры.

Эстела тихо стояла в тени лестницы и смотрела на Эльфею, сейчас больше, чем когда-либо, похожую на Золотого Дракона.

Эарнит, пришедший в середине рассказа, стоял на пороге (потому что в гостиной места не осталось) и не сводил глаз с Ваны.

Аратан, недолго думая, усадил Эльду рядом с собой, не позволив ей прислуживать. Нэйтан последовал его примеру, усадив рядом Нару.

Маур не знал, куда приткнуться в такой большой толпе, но лучезарная улыбка Эсфиль в его адрес сама собой разрешила этот вопрос.

Мать Ариэль, прислуживающая вместо Эльды, с радостью и облегчением посматривала на дочь: та не выпускала руки Арни и выглядела смущённой, но счастливой. И на лицах обоих читалось желание сбежать отсюда.

Няня Нинэль с тревогой смотрела на своё непутёвое дитятко, проявившее своеволие. Но Нинэль этого не замечала – она упивалась своим новым положением, впервые чувствуя себя равной в таком обществе, а не, как обычно, несмышлёным ребёнком, которого гонят из общества умных взрослых. Теперь она имеет право присутствовать на всех советах, несмотря на свой возраст, и никто больше не скажет ей: это не твоё дело, мала ещё, пойди поиграй в куклы.

Индис то и дело тревожно поглядывала на учителя Шона, что не укрылось от внимательных глаз Эльфеи. Шон же задумчиво трогал золотой браслет на своём запястье, прислушиваясь к своим ощущениям и почти не слушая рассказ Аноры.

Когда рассказ закончился, магов забросали вопросами, и разговоры длились до вечера. Но когда совсем стемнело, люди начали расходиться. Влюбленные парочки сбежали сразу же, как только появилась возможность. Эсфиль незаметно и ненавязчиво увязалась за Мауром. Нинэль и Алдарон шли домой под бдительным присмотром няни, весело болтая, как все дети, пережившие интересное и не опасное приключение. Эарнит поплёлся за Ваной, не решаясь приблизиться и заговорить первым. А Индис с Шоном вышли подышать свежим воздухом перед сном, чтобы спокойно поговорить.

В гостиной остались князь с княгиней, их дети, Рин, Эльфея и Эстела, всё ещё стоящая в тени лестницы, не привлекая к себе внимания, словно её тут и нет.

– Папа, мама, мы ещё кое-что должны сказать, – начала Анора, взяв Рина за руку.

– Что ещё может быть? – спросил князь устало.

– Мы с Рином поженились в Долине.

– Как это поженились?

– Нас Дракон поженил. И не только нас. В общем… мы там отпраздновали три свадьбы.

«Как будто мы за этим туда ездили», – с иронией подумала Эльфея.

– И кто ещё женился? – спросил князь, ещё не до конца осознав новость.

– Мы с Эльфеей, – ответил Ранель. – А также Ариэль и Арни.

– О, Дракон! – всплеснула руками княгиня. – Мой сын женился, моя дочь вышла замуж, а я даже на свадьбе собственных детей не была!

– Не расстраивайся, мамочка, – слегка виновато сказала Анора. – Сейчас война, любого из нас могут убить, и мы решили вырвать у судьбы мгновения счастья, пока есть такая возможность. Скажи, разве мы не правы?

– Возможно, правы, но… всё равно грустно сознавать, что дети выросли и зажили своей жизнью. Впрочем, когда-нибудь это бы всё равно случилось. Но ведь я сына только-только обрела, даже ещё узнать не успела, а теперь потерять обоих детей сразу… – княгиня огорчённо вздохнула.

– Но ты совсем нас не потеряла, мамочка! – Анора от щемящего чувства вины уже готова была расплакаться. – Мы же здесь с тобой! И будем с тобой.

– Ладно, не плачь, солнышко. Я рада за тебя и желаю тебе счастья. Просто этот удар был слишком неожиданным. Нужно время, чтобы привыкнуть.

Анора обняла маму, не выдержала и всё-таки расплакалась. Князь тяжело вздохнул, глядя на них, потом подошёл к Ранелю и сказал:

– Будь счастлив, сын.

– Спасибо… папа, – ответил Ранель, обнимая отца.

Некоторое время в доме царило тихое семейное счастье с примесью грусти…

***

В этот вечер окрестности посёлка представляли странное зрелище: по снежной равнине, залитой лунным светом, и перелескам вокруг, неспешно прогуливались парочки, так как в домах, битком набитых повстанцами и пленными, уединиться было совершенно невозможно.

…Аратан с Эльдой стояли, обнявшись, на берегу реки и смотрели на водопад, призрачно мерцающий в лунном свете.

– Я так боялась, что ты не вернёшься, – прошептала Эльда.

– Я ещё больше боялся, вернувшись, узнать, что тебя убили. Моё сердце всё время рвалось сюда, к тебе.

– Скажи, почему ты уехал, не попрощавшись? Когда я нашла письмо, мне казалось, что ты навсегда исчезаешь из моей жизни, несмотря на объяснения в нём. Они казались мне холодными.

– Извини, я не умею писать любовные письма. Было слишком мало опыта. А не попрощался я с тобой потому, что Эльфея запретила. С ней не очень-то поспоришь.

– Значит, это ей я обязана месяцем постоянных тревог и бессонных ночей?