Кровь Хранителя

Глава 19-3

Ранель нёс Эльфею на руках по улицам Калиранта. Редкие прохожие оглядывались на них.

– Рони, спусти меня на землю, я сама пойду. Ведь неудобно, люди же смотрят.

Ранель только выразительно посмотрел на неё (в глазах мелькали едва сдерживаемые отблески гневных молний), и она не стала больше спорить, положив голову ему на плечо. Было так приятно чувствовать себя в его нежных объятиях. Ну и пусть все смотрят! И завидуют!

Дома Ранель отнёс Эльфею в их комнату и положил на кровать.

– Лежи здесь и не вздумай опять куда-нибудь исчезнуть. Я скоро вернусь.

Он вышел, а Эльфея подложила под спину вторую подушку и села полулёжа. Потом развернула свёрток, всё ещё прижимаемый к груди, и достала из плотной ткани книгу. Хотя, если точнее, небольшую книжицу в простой тёмной обложке без всяких надписей, довольно потрёпанную, но целую. Никакого титульного листа и названия не было, текст начинался с первой страницы и был написан обычным почерком, а не каллиграфическим, как обычно. Причём, похоже, пишущий даже не старался писать красиво и ровно, а тем более выделять заголовки и абзацы. И естественно, книга была на древнем языке. К счастью, с этим у Эльфеи проблем не было.

Содержание книги тоже оказалось странным: какие-то несвязные отрывки без единого сюжета и смысла, описания разных мест и людей, впечатления, рассуждения и отдельные сюжетные эпизоды. Прочитав с десяток листов, Эльфея поняла, что это – что-то вроде дневника, но дневника странного: ни точных дат, ни точных названий. Только вот, чей это дневник? Пока было неясно.

Эльфея стала читать дальше. Где-то на сорок пятой странице (а страницы вообще не были пронумерованы) попался абзац, резко отличающийся от всего остального текста. Почерк корявый, строчки – неровные, словно его писали в страшном волнении, и речь шла от первого лица: «Я только теперь начал осознавать, на какую страшную участь я себя обрёк. На века одиночества! Уже сейчас я бегу из своей долины к людям, а что будет через сто лет? Двести? Триста?..»

– Да ведь это же Рик писал! – воскликнула Эльфея, резко выпрямившись. – Дневник Золотого Дракона?! Ничего себе!

Она снова откинулась на подушки и продолжила читать дальше, теперь уже с неподдельным интересом: «Я ведь даже семью иметь не могу, а мне так хотелось бы, чтобы кто-нибудь был рядом, чтобы было с кем разделить мою ношу! Или чтобы ребёнок хоть был, но я и этого себе позволить не могу. Нельзя – нельзя! – принимать в молодости решений, всех последствий которых ещё не можешь себе представить. Но я понял это слишком поздно, уже ничего нельзя изменить. Такая нестерпимая тоска временами накатывает, что выть хочется… Будет ли у меня ещё хоть когда-нибудь семья? Дети? Не знаю… Наверное, я теперь обречён на одиночество до конца моей жизни. И как представлю, сколько мне ещё придётся провести одному – века, тысячелетия! – так всё внутри холодеет. Я один, как перст, во всем мире! И винить в этом, кроме себя, некого. Сам, дурак, выбрал такую судьбу, и пути назад уже нет…»

На этом текст обрывался и начинался снова уже со следующего листа в прежнем стиле, как будто и не было этого пронизанного болью абзаца, похожего на крик души.

Тут вошёл Ранель с подносом, уставленным едой, и опустил его на столик рядом с кроватью. Эльфея окинула взглядом изобилие съестного: тушёное мясо с овощами, свежие яблоки и три куска пирога с ягодами, а также кувшин с горячим травяным чаем, две тарелки и две чашки.

Эльфея повела носом:

– Пахнет просто упоительно! И даже на вид вкусно. Но, Рони, дорогой, ты принёс столько, что на четверых бы хватило. Куда столько?

– А нас здесь как раз четверо, – хитро улыбнулся Ранель. – Вот мы всё и съедим.

– Где четверо? Ах, да… – Эльфея посмотрела на свой живот и тоже улыбнулась. Потом снова посмотрела на поднос и с сомнением спросила:

– Ты хочешь сказать, что я должна съесть три четверти всего этого? Я же лопну!

– Не лопнешь, – успокоил Ранель. – Аппетит приходит во время еды. Давай, садись есть.

Эльфея повернулась к столу и спустила ноги с кровати, отложив раскрытую книгу в сторону. Ранель пододвинул к столу стул и, сев напротив Эльфеи, стал накладывать тушёное мясо с овощами в тарелки.

– Надо же, мы ещё никогда не ужинали вдвоём вот так, сидя за столом, – с улыбкой сказала Эльфея. – Почти как свидание.

– Почему почти? – Ранель поставил полную тарелку перед Эльфеей и спросил:

– Интересная книжка? Стоило за ней ходить с такими приключениями?

– Стоило. Теперь я понимаю, почему Гиланор так её берёг. Ты не поверишь, но это дневник моего деда. Точных дат там нет, но, похоже, писал он его давно, много веков назад.

– С чего бы ему дневник писать?

– Не знаю. Выдастся удобный случай, спрошу его. М-м-м… Как вкусно! Неужели сам готовил?

– А ты как думаешь? Мы ведь с учителем Ноленом жили одни, хозяйки не было. Мы бы с голоду умерли, если б не умели готовить, пришлось научиться. Точнее научился он, и потом научил меня. Только вот муки у нас не было, поэтому пироги я печь не умею, это мама испекла. Она там с Анорой на кухне ужин на всех готовит. Эльды нет, приходится им самим справляться. Я попросил маму помочь мне с пирогом, остальное сам делал.

– А где Эльда?