Кровь Хранителя

Глава 19-4

Князь Эльдир уже столько времени смотрел на странного незнакомца, приводящего в чувство пленных, и гадал, кто он. Князь присутствовал при том, как превратилась птица, и это его, мягко говоря, ошарашило. Но, похоже, Ранель и Эльфея его знали. Может, и остальные (те, кто побывали в Долине Золотого Дракона) знают. Однако, как назло, здесь не было никого из них: все были заняты пробуждёнными пленными в других местах или уже оправились домой. Эстела же, поняв, что в ЕГО присутствии работать не в состоянии, потихоньку сбежала, и удовлетворить любопытство князя было некому. Почему-то смутно вспоминались легенды, слышанные в детстве, но князь их плохо помнил, и никак не мог поверить в реальность происходящего.

И тут, когда у князя уже голова разболелась от сумбурных мыслей, прибежала Анора.

– Привет, пап, – с порога улыбнулась она. – Мама послала меня спросить: ты придёшь на ужин? Или нам тебя не ждать?

– Сейчас приду, – ответил князь, подошёл к дочери и шёпотом спросил:

– Солнышко, ты случайно не знаешь, кто он?

– Кто? – Анора оглядела комнату, увидела «дракона» и беспечно сказала, даже и не думая понижать голос:

– А, это… это Рик.

– Кто-кто?

– Ну, это он разрешил нам так себя называть, а вообще-то он – Золотой Дракон.

– Кто?! – князь не смог скрыть удивления.

– Папа, ты что, не знаешь, что Золотой Дракон может превращаться в кого угодно? – укоризненно сказала Анора.

Князь ничего не ответил, только уставился на Рика.

– Ну, я пойду домой, скажу маме, чтобы накрывала на тебя. А ты не задерживайся тут, – и Анора убежала домой.

***

Эстела стояла в поле за Калирантом и смотрела на звёзды. Было тихо, только ветер посвистывал, да шуршала позёмка. В её душе бушевала буря чувств. Она пришла сюда, чтобы побыть одной и успокоиться, но это не удавалось.

– Привет, – прозвучал рядом до боли знакомый голос.

Эстела резко обернулась. Он стоял рядом, в лёгкой одежде и, похоже, холодно ему не было.

– Тебя огонь греет? – невпопад спросила Эстела, лишь бы что-то сказать. Она не знала, о чём говорить после многолетней разлуки.

– Какой огонь? – удивился Рик.

– Внутренний. Драконы вроде бы огнедышащие существа.

– Не знаю, как другие драконы – может, и огнедышащие. Я их никогда не встречал.

– Но ты же тоже дракон!

– Ну, и что? Они – другие, другая раса. А таких, как я, больше нет. Возможно, им и нужен огонь, а мне огонь зачем, если есть магия? Она и для согрева подходит, и для боя, так что в огне у меня надобности нет…

Эстела молча отвернулась, не зная, зачем затеяла этот нелепый разговор.

– Как твои дела? – спросил он, когда молчание стало затягиваться.

– Плохо, – неожиданно для себя пожаловалась Эстела, – я никому не нужна.

– Сама виновата, – сказал Рик вместо того, чтобы жалеть её. – Человек – сам творец своей судьбы. Если ты сейчас так живёшь, значит, всю жизнь всё делала для того, чтобы к этому прийти.

– Это так, – прошептала она. – Я губила свою жизнь, но не понимала этого.

Эстела отвернулась, и её щёку прочертила одинокая слеза. Рик подошёл к ней, обнял и тихо сказал:

– Не плачь, в твоей жизни не всё превратилось в руины. Кое-что ещё можно исправить.

– Что? – всхлипнула Эстела, едва сдерживаясь, чтобы совсем не разреветься.

– Мы можем развеять одиночество друг друга… Если я тебе нужен. Потому что ты мне по-прежнему нужна, очень нужна.

– Зачем я тебе? Такая старая и некрасивая?

– Не говори глупостей, – улыбнулся Рик. – Ты всегда будешь красивой, и если хочешь, вечно молодой.

– Что ты имеешь в виду?

– Рядом со мной смерти нет. Если ты захочешь, будешь жить столько же, сколько я, и всегда будешь молодой.

– Ты искушаешь меня вечной жизнью?

– Не вечной. Я сам не собираюсь жить вечно, это слишком долго – я столько не выдержу. Но пока я жив, я хочу, чтобы ты была рядом. Я не хочу терять тебя и не хочу всю оставшуюся жизнь прожить в одиночестве. Если хочешь, считай это искушением. Но я не знаю, что ещё предложить, лишь бы ты осталась со мной. Не бросай меня снова, Эстела! Не изгоняй из своей жизни, прошу тебя! Хочешь, я на колени перед тобой встану?

– Не надо! – испугалась Эстела, представив дикость этой картины. – Я не отказываюсь. Просто дай мне время подумать.

– Ладно, думай, – Рик отпустил её и разочарованно отступил назад. – Только до конца этой войны. Потом я вернусь в свою долину и вряд ли снова появлюсь в Эльдананде в ближайшее время. Поэтому решай, пока я здесь.

Снова повисло тягостное молчание. Рик с непонятным выражением смотрел на Эстелу. Она отводила глаза, чувствуя себя неуютно.

Наконец, Эстела, которой не давали покоя слова, сказанные однажды Эльфеей, спросила:

– Скажи, если бы ты учил Мелину, она стала бы таким же сильным магом, как ты?

– Да, скорее всего.

– Почему «скорее всего»? Ты не уверен?

– Потому что раньше у меня никогда не было детей. Откуда мне знать, в какой степени они могут унаследовать мою силу? Но, судя по тому, как огромна сила Эльфеи, Мелина могла быть очень могущественным магом.

– Значит, она смогла бы противостоять Морене тогда, семь лет назад?

– Да.

– И сейчас она была бы жива…

– Не вини себя, Эстела, этим её не вернёшь. Я тоже виноват не меньше. Я знал, что Морена уже здесь, в Эльдананде, и собирается действовать. Но я, наивный дурак, понадеялся, что за короткое время моего отсутствия она не успеет ничего предпринять. Откуда же мне было знать, что она рассчитывала провернуть свой план именно в эти короткие несколько дней. Не нужно мне было уходить – я должен был остаться и не спускать глаз с Морены. Так что мы оба виноваты в смерти нашей дочери. Но что толку теперь терзать себя? Мелины больше нет, и этого не изменишь. Мы должны научиться жить дальше с этой болью в сердце.

Эстела всхлипнула, уткнулась ему в плечо и по-детски разревелась. Осознание того, что она виновата в смерти дочери, жгло ей душу калёным железом. Рик снова обнял её и молча гладил по голове, давая выплакаться.