Кровь Хранителя

Глава 24-2

Пока Эльфея отсыпалась почти двое суток, остальные очень много успели сделать. Бывшие повстанцы и люди в столице, не поддавшиеся чёрным чарам, взялись наводить порядок. Распоряжения отдавали князь Эльдир и Ранель и, в общем-то, неплохо справлялись. Но одурманенные люди, после исчезновения чар всё ещё не приходили в себя – они были как оглушённые: ничего не соображали и не могли действовать самостоятельно, о них приходилось заботиться.

Вернувшийся через сутки Рик посмотрел на то огромное количество людей, которых надо приводить в чувство и понял – это займёт месяцы. Значит, надо придумать другой способ. И он придумал: использовал сеть Великих мечей, чтобы воздействовать на всех людей сразу.

Господин Харат, глядя, как бесчувственные люди приходят в себя, начинают узнавать родных и плакать от облегчения, начал с благоговением смотреть на Дракона. Раньше он считал его идолом, но теперь готов был принять за бога.

К концу второго дня все люди в столице пришли в норму и начали наводить порядок в своих домах и в своей жизни. Только один человек в городе оставался безучастным – Амариль, бывший гвардеец, – даже магия Дракона ему помочь не могла. Но Амарин не оставлял его. Он переселился с братом в один из заброшенных домов, остававшихся пустыми годы после убийства хозяев, и пошёл работать в кузницу подмастерьем. На предложение Гонда присоединиться к стражникам отказался, сказав что военная стезя не привела ни к чему хорошему ни его, ни брата.

Зато пошёл в стражники Амбарион: кроме метания кинжалов он ничего не умел. Гонд принял его с радостью. Городская стража снова перешла ему в подчинение, но среди очнувшихся стражников не оказалось ни одного мастера метательного оружия, все погибли за семь лет. Поэтому Амбариона с радостью взяли инструктором. А что он с другим оружием не умеет толком обращаться – не беда! – со временем научится.

Хант со своими разведчиками на время тоже присоединились к стражникам, помогая наводить в городе порядок.

Каленор вернулся к родителям и был счастлив от того, что они стали живыми и жизнерадостными. Он их такими не помнил – ему был всего один годик, когда начали действовать чёрные чары. Валиа, теперь вернувшая себе прежнее имя Ита, помирилась с приёмными родителями и вернулась домой.

Аннатар снова стал играть на улице на своей флейте, теперь не только на Террасах, но и в других районах города, и толпы людей собирались его послушать. Им казалось, что эта светлая музыка смывает с их душ всё чёрное, что там накопилось, – они уходили обновлёнными, и кошмары последних лет стали отступать, давая дорогу лучшему будущему.

Жизнь начала потихоньку налаживаться.

Княгиня Эльвена, Анора и Эстела взялись наводить порядок во дворце, но в кабинет они боялись заходить. Рик взялся его очистить. Он заперся там на несколько часов и, когда вышел, был очень бледен, и его слегка пошатывало. Увидев это, Эстела впервые осмелилась проявить о нём заботу. Она подошла и провела ладонью по его щеке, с тревогой заглядывая в глаза. Задержав её руку в своей, Рик тепло улыбнулся, впервые чувствуя себя счастливым. А Эстела ощущала, что день ото дня у неё всё больше теплеет на сердце, и она начинает сдаваться этому странному мягкому человеку-дракону, который временами становится упрямей её. Но она уже почти готова смириться, что им суждено быть вместе.

Когда потом заглянули в кабинет, обнаружили, что он опустел – остались только голые стены и больше ничего. Все следы пребывания Морены оказались уничтожены. Но не все следы можно было уничтожить в душах людей. И некоторые прежними не стали: они не умели радоваться жизни как раньше.

Однако все без исключения испытали новый всплеск чувств. После освобождения от чёрных чар, их подавляющих, у людей заново всколыхнулись чувства и эмоции: как положительные, так и отрицательные – с новой силой. Но положительных всё-таки было больше. Весь город с радостью погрузился в обновлённые переживания. И повстанцев это тоже не миновало: то ли под действием всеобщей атмосферы, то ли от радости победы. Все влюблённые – и молодожёны, и неженатые, и женатые давно – старались не расставаться ни днём, ни ночью.

Поэтому, когда к вечеру второго дня Эльфея проснулась, она не узнала ни дворец, ни город вокруг. Но всё-таки первым, кого она увидела, оказался Ранель. Он сидел на краю кровати и с улыбкой смотрел на жену.

– Привет, – сонно улыбнулась она, потянувшись. – Уже утро?

– Уже вечер! – засмеялся он.

– Сколько же я спала?

– Два дня.

– Вот это я разоспалась!

– Ничего страшного, тебе полезно. Как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно. Только есть зверски хочется.

– Тогда ты вовремя проснулась. Там все собираются садиться ужинать. Так сказать, маленький банкет в честь победы.

– И кто будет?

– Все наши, конечно (я имею в виду, кто ездил в Долину). Ещё Рик, твоя бабушка, мои родители, Маур, Шон, Эарнит, Эльда, Нара и посол с помощником.

– А остальные?

– Мы приглашали, но они отказались. Сказали, что неуютно будут чувствовать себя во дворце, потому что люди простые и манерам не обучены. А тебе просили передать, что если ты захочешь их увидеть, всегда можешь прийти к ним в гости – они будут рады.

– Ну вот, – вздохнула Эльфея, – стоило закончиться войне, как все друзья разбежались.

– Не все, – улыбнулся Ранель. – И не суди их строго, здесь не та обстановка, к которой они привыкли. И одно дело – общаться по-свойски с лидером сопротивления, и совсем другое – с королевой Эльдананда.

– Коронации ещё не было.

– Не важно, суть от этого не меняется.

– А мне так хотелось отпраздновать победу вместе со всеми друзьями, – снова вздохнула Эльфея.

– Кто тебе мешает? Отпразднуй сначала с нами, а потом… Я думаю, твои простые друзья не будут возражать, если ты нагрянешь к ним в гости инкогнито, чтобы попраздновать вместе немного.

– А ты меня отпустишь?

– Я? Да разве я смогу тебя удержать? Всё равно ведь сбежишь.