Кровавое лето

Глава 19

— Ты будешь нормально драться? — кислая мина Лекса-Дзена у меня уже в печенках сидит.

— Как учил, так и бьюсь! — зло отвечаю я, уворачиваясь от очередного выпада.

— Тогда прекрати скакать, как горная овца!

— Баран! — то ли оскорбляю, то ли поправляю его я.

Ох, как ты меня бесишь! Криво улыбаюсь, вспоминая все наши бои в Оплоте. Пока у него были синие волосы, он также меня раздражал. Но сегодня...

Я делаю шаг назад, замираю, смотря Лексу прямо в глаза. Едва сдерживаемая ментальная сила кружит вокруг меня вихрем, ласково нашептывая: “Давай! Покажи ему!” Быстро оглядываюсь. В зале, кроме нас, почти никого нет. Глубоко вздыхаю и встаю в атакующую позицию. Мой противник одобрительно кивает и делает тоже самое.

Мы начинаем кружить по рингу, обмениваясь пробными ударами. А потом я отпускаю свои способности. Настроение Лекса разом меняется — он чувствует исходящую от меня опасность и резко меняет тактику. В одно мгновение мы сплетаемся в странном танце. В воздухе только слышен свист рассекаемого оружием воздуха и глухие удары.

Вся моя мощь обрушивается на клочок пространства, и я мысленно касаюсь его сознания, круша стену вязкого киселя в его памяти. Лекс на мгновение тормозит. И этого хватает, чтобы сделать ему подсечку. Он падает на спину прижатый к полу деревянным краем меча и не сводит с меня ошарашенного взгляда.

— Я все объясню, но потом, — тихо говорю я, помогая ему подняться.

Позади раздаются одинокие хлопки. Резко обернувшись, я встречаюсь взглядом ни с кем иным, как с самим Акимовым. Как не вовремя!

Что он успел увидеть? Беззвучно ругаю себя всеми известными словами и на автомате окружаю себя и Дзена защитным блоком. Вслух же говорю:

— Доброго дня, — почтительно склоняю голову.

— И вам не хворать. Слышал здесь есть хорошие мастера, но такого я не ожидал. Занятно.

Он окидывает нас взглядом — меня заинтересованным, Дзена — сочувствующим.

Акимов не один. Два телохранителя, как и тогда на встрече в гостинице, стоят за его спиной высокой стеной. Сам Николай практически не изменился — такой же тощий, невысокий и с безумными глазами. Разве что объемный плащ сменил на хорошо сшитый костюм.

Липкие касания к моему сознанию вызывают тошноту. Как неаккуратно-то! Совсем разучился манерам? Делаю вид, что не замечаю его прощупываний, и начинаю нагонять вокруг себя ауру страха перед главой Алого рассвета.

— Здесь лучшие мастера боя, стараюсь перенять у них лучшее, — скромно отвечаю.

Как бы теперь выкрутиться и не спугнуть Акимова?

— Вижу, вижу, — он обходит ринг по кругу, рассматривая нас с Дзеном. — Мне вдруг захотелось пообщаться с тобой лично. Как, говоришь, тебя зовут?

— Мышь.

— А мое имя ты знаешь, — хохотнул он.

— Я с удовольствием встречусь с вами, только мне нужно привести себя в порядок, если позволите.

Он кивает, роняет на прощание, что будет ждать у своего кабинета и, наконец, уходит из спортзала.

Долго смотрю ему вслед, анализируя окружающее пространство. С Акимовым нельзя ни на минуту расслабиться — подцепит на крючок исподтишка и все, пропала.

Дзен, все еще надсадно дыша, опускается на пол.

— Что это было? — тихо спрашивает он.

— Солнышко, давай мы с тобой сделаем вид, что ты жутко мной недоволен, но добровольно идешь со мной, держать за ребра.

Он возвращает на лицо кислую мину и, гордо подняв голову, встает на ноги.

— Я должен объяснить тебе твои ошибки, — громко говорит он немногочисленным зрителям. — В мой кабинет, живо!

Склоняю голову и вяло плетусь за ним. Он ведет меня по коридору в самую крайнюю комнату на этаже. Внутри я вижу простой стол и два стула. Но Дзен проходит дальше и буквально за шкафом скрывается еще одна дверь. А вот там уже полноценная студия — кухня, спальня, гостиная — все в одном месте. Довольно уютно, даже с учетом минимального количества мебели.

С тяжелым вздохом вампир опускается в кресло и вытягивает ноги.

— Аня, какого хрена?

Его лицо искажается — он будто забыл, как улыбаться и сейчас учиться делать это заново.

— Дзен, ну прости. Я не хотела так резко, но мне так надоела твоя хмурая рожа, ты бы знал!

Он долго молчит, смотря в одну точку. Я хожу из угла в угол, давая ему время на размышления. Застываю возле картины с вазой и синими цветами. Похожая видела у Яра в кабинете.

Дзен бесшумно встает и мягко обнимает меня сзади за плечи.

— Спасибо.

Коротко киваю.

— Что ты последнее помнишь?

— После обстрела? Меня достали транквилизатором, пока я дрался с одним из них. Пришел в себя в крохотной камере. Потом явился Акимов и какая-то блондинка, — это он про Олесю, — они меня так лихо обработали на пару, что я учился заново говорить. Раза три или четыре приходили. Мечтал сдохнуть. А ты как? И почему у тебя нет искр.

— Я так и не поняла, что произошло и почему они пропали. В Оплоте после взрыва меня зажало под машиной, потом я провалилась в смотровую яму под ней. А потом, не поверишь, кто меня спас! Гвоздь с Седьмым! Пришлось, правда, научить зомби разговаривать.

Начинаю нервно хихикать и оборачиваюсь к Дзену. Он крепко сжимает меня в объятиях и гладит по коротким волосам.

— А дальше-то что? — тихо спрашивает он.

— Все просто. Убьем всех, станем править миром. Как всегда.

— Не уверен на счет мира, да и убивать всех я не горю желанием. Разве что...

Мы киваем друг другу и прижимаемся лбами.

— Дело за малым. Придумать, как все это сделать, — шепчет Дзен.

— Он уже здесь. Нужно действовать быстро.

— Ты не можешь просто взять и...

— Не могу. Но думаю, я знаю, что нужно сделать. Ты, главное, продолжай играть свою роль кисломордого хама.

Теперь очередь Дзена хихикать.

— Это будет очень сложно.

— Ты справишься. А мне пора на встречу с ним.