Кровавые Боги: До создание старого Мира

Наше время 2005 год

На скалистом берегу величественного озера Байкал в тишине сидел Верховный Бог Славянского Пантеона. Перун, грозный и всевластный Бог-громовержец, задумчиво всматривался в спокойную гладь озера, его молчаливый взор блуждал по волнам. Часы пролетали незаметно, как внезапно что-то нарушило умиротворённую картину. Воды перед ним затрепетали, словно захваченные невидимой силой, и мгновение спустя начали бурлить, как кипели в зловещем котле. Озеро, некогда холодное и чистое, вдруг стало превращаться в ревущую лаву, алую и раскалённую, заливая всё вокруг жаром.

— Мира, верни всё на место, — холодно произнёс Перун, не отрывая взгляда от бурлящей лавы. В его голосе не было ни угрозы, ни гнева — лишь усталое спокойствие— Люди начнут паниковать. — Он медленно повернулся к своей внучке и, усмехнувшись, добавил с колючей насмешкой: — Не дай Бог, ты не успеешь и сдохнуть, как тут же сбежится толпа репортёров и начнётся их любимое шоу: надуманные обвинения против правительства или же начнут обвинять бедных пришельцев из-за этой лави...Балаган, как всегда.

— Ахх! Люди? Да начнут паниковать? — взвилась девочка с золотистыми волосами, словно вспыхнула сама по себе, подобно огненному вихрю. — Пока ты сидишь здесь, спокойный, как каменная глыба, днями напролёт просто наблюдая за всеми, “эти люди” и другие расы умирают. Погибают в муках, каждую проклятую минуту! Ты хоть понимаешь это, Деда? Вы, Верховные боги, — высокомерные эгоистичные ублюдки! Каждый из вас сидит на своем холме и ничего не делает! Чёрт возьми, почему? Скажи мне! Чего же вы ждёте? Пока весь мир не развалится или уже трещит по швам под вашим безразличием?!

Поворачиваясь в сторону Миры, Перун злорадно усмехнулся.

— Именно.

— Как это "именно"? — удивлённо переспросила Мира. — Деда, скажи пожалуйста, что это шутка! Ты ведь просто издеваешься надо мной, верно?

— Это совсем не шутка, внученька-красавица. Ты правильно заметила: все эти Верховные ублюдки только и ждут, когда низшие расы падут и наконец-то вымрут, перестав отравлять наш мир. Эти твари веками становились бельмом на нашем глазу. Век за веком — одни и те же жалкие ошибки, кровь и смерть ... Неужели ты сама не знаешь этого?

— Эти "низшие расы" — тоже люди, Деда! Понимаешь? Люди, такие же, как я и ты! Почему вы так жестоки? — в голосе Миры звучали боль и непонимание, будто слова Перуна сжигали ей сердце.

— Это не мы жестоки, а они, Мира моя. Поверь, за все века они пролили больше крови, чем это сделал сам Велес(Велес- одно из центральных божеств в славянской мифологии, змеевидный бог, живущий на земле, антагонист обитающего на небе громовержца Перуна за всю нашу историю). Их алчность и жадность не знают границ. Поверь, это история началась гораздо раньше, чем ты можешь себе представить.

— Я начинаю понимать отца, — горько усмехнулась Мира. — Он был прав, говоря, что ты всегда беспочвенно защищаешь Велеса. Ты слеп, Дедушка. Пойми Велес — это зло. Чистое, абсолютное, стопроцентное зло. Как ты не можешь этого видеть?

— Зло? — эхом повторил Перун, на его лице мелькнула тень. — Милая, откуда ты знаешь, что он такой злодей, как все говорят? Ты сама хоть раз встречалась с ним? Видела, как он убивает? — голос Перуна стал насмешливым, но в нем слышалась скрытая боль, что обычно проявляется, когда рана затрагивается слишком глубоко.

— Нет, конечно, не встречала...Но отец часто рассказывал о его жестокости!

— Ах, отец... рассказывал, значит? — Перун усмехнулся. — Твой безмозглый отец не понимает ничего, абсолютно ничего, внучка. Кто бы что не говорил, он сразу верит — в этом его беда.

— Тогда ты расскажи мне, Дедушка. Скажи мне правду. — В её голосе появилась робкая надежда, но потом она прикусила губу, вспоминая его упрямство и жесткость. — Хотя нет... Как я могла забыть? Ты же никому, никогда не доверяешь, верно?

— Неправда, внученька. Тебе я доверяю, но рассказать сейчас я не смогу —заявил Перун и как ребенок надул губы, притворяясь обиженным, но увидев разочарование на лице внучки спешил добавить- Ну, Мира! Пойми это очень, ну очень длинная и жестокая история для тебя.

— Ты же у нас бездельник, который даже не собирается спасать этот мир, — едко заметила Мира, прищурив глаза, надеясь вывести его на откровенность. — Тогда будь добр, расскажи, что скрывает твой вековой ум. И еще дедушка, ты ведь знаешь, как я ненавижу, когда ты ведёшь себя, как ребёнок. Пожалуйста, начни вести себя достойно, как подобает Верховному Богу.

— Я начну вести себя достойно, когда ты начнёшь вести себя, как ребёнок Мира моя, а не как старуха, которая забыла, что значит быть молодой. — тяжело вздохнул Перун и посмотрел на Миру — хрупкую фигурку вдали, озарённую отблесками лавы. Рука его поднялась, указывая место рядом с собой. — Хотя бы посиди рядом с дедушкой, Мира. Я же скучаю по тебе...

Она лишь фыркнула и, игнорируя его жест, села гораздо дальше — на добрых сто шагов от того места, куда он звал её.

Перун лишь на мгновение прищурился, но в итоге смиренно опустил руку. Он знал: стоит ему начать настаивать, как их разговор снова превратится в очередную ссору по этому поводу, сейчас он не хотел этого. Вместо этого он мягко улыбнулся и, не обращая внимания на её упрямство, начал рассказывать:

— Чтобы ты узнала всю историю Велеса, я должен рассказать тебе и другую, гораздо более древнюю тайну — тайну создания Верховных Богов, — голос Перуна звучал театрально низко, сдержанно. Он следил за реакцией Миры, ловил малейшее движение её бровей или губ, надеясь увидеть хоть намёк на интерес или удивление. Но её лицо оставалось каменным.

Перун едва заметно вздохнул, но продолжил, не желая показывать разочарования.

— Эта история началась очень давно, можно сказать, задолго до создания Старого мира.

— Хочешь сказать, во времена Атлантиды? — уточнила Мира.

— Атлантиды? — Перун невольно фыркнул, в его глазах сверкнула ярость. — Нет конечно же, Зевс тогда даже не родился, Мира! Какая ещё Атлантида? Какие тупые вопросы ты задаёшь! — Он резко развернулся, будто Мира не только нарушила его рассказ, но и оскорбила своим предположением.