Кровавые кровоподтеки

Переломный момент

После публикации пресс‑релиза и официальной регистрации дела в Следственном комитете ситуация резко изменилась. Общественное мнение начало склоняться на сторону ребят — особенно после того, как в сети появились аудиозаписи угроз и фото доказательства.

Утро после публикации.

Арина проснулась от настойчивого звонка телефона. На экране высветилось: «Марина Викторовна».

— Доброе утро, — голос адвоката звучал бодро. — У нас хорошие новости. После публикации к нам обратились ещё три человека с похожими историями про Ивана и Дмитрия. Они тоже готовы дать показания.

— Три? — Арина села на кровати, протирая глаза. — Но мы даже не знали о них…

— Именно. Теперь у нас не два дела, а пять. И все с доказательствами. Следствие обещает ускорить процесс.

Арина разбудила остальных и передала им новость. В комнате повисла тишина, затем раздался общий вздох облегчения.

Офис Следственного комитета. День спустя.

Ребята впервые пришли на официальный допрос. Следователь, майор Петров, встретил их сдержанно, но уважительно.

— Итак, — он разложил перед собой документы, — у нас есть:

1.Аудиозаписи угроз

2.Нож с отпечатками и застывшей кровь

3.Записи в блокнотах

4.Их переписка между собой в телефоне

5.Тепепь ещё и дополнительные заявления от других пострадавших

Он поднял взгляд:

— Признаю, база серьёзная. Мы ходатайствуем об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу для обоих подозреваемых.

Данил не смог сдержать улыбки.

Значит, они больше не смогут нас преследовать?

— По крайней мере, не так открыто, — майор усмехнулся. — Но будьте осторожны. Пока решение суда не вынесено, они на свободе.

Разговор Дмитрия и Ивана.

В кабинете Дмитрия царила атмосфера поражения. На столе лежали распечатки новостей, скриншоты комментариев в соцсетях — большинство было на стороне ребят.

— Всё пошло не по плану, — Иван сжал кулаки. — Сначала эта адвокатша, потом пресса, теперь ещё и другие жертвы вылезли…

Дмитрий нервно постукивал пальцами по столу:

— Нам нужно менять тактику. Подкуп уже не сработает — слишком много внимания.

— А если… — Иван прищурился. — Если мы сыграем на жалости? Дадим своё интервью? Расскажем, как эти «дети» нас обманули, обокрали, оклеветали?

Дмитрий задумался:

— Риск есть, но попробовать можно. Я знаю одного журналиста, который любит «драматичные повороты». Он сделает из нас жертв, а их выставит меркантильными манипуляторами.

— Отлично, — Иван кивнул. — Действуем. Но нужно поторопиться — похоже, нас уже готовят к аресту.

Съёмная квартира. Вечер того же дня.

Ребята смотрели прямой эфир местного телеканала. На экране появился Дмитрий — бледный, с усталыми глазами, он говорил тихим, дрожащим голосом:

«Мы относились к ним с любовью,заботились о них… Они были для нас всем. А они… Они решили нас обокрасть. Спланировали всё заранее.Мы до последнего не хотели верить, что они способны на такое…»

Иван, сидящий рядом, добавил:

«Мы простили бы им всё. Но они пошли дальше — начали угрожать нам, шантажировать. Мы боимся за свою жизнь…»

Арина выключила телевизор. Её трясло от ярости:

— Как они смеют?! Это же чистая ложь!

— Но люди могут поверить, — тихо сказала Нина. — Они выглядят так… жалко.

Егор хлопнул ладонью по столу:

— Тогда мы ответим. Прямо сейчас. Марина Викторовна, вы можете организовать прямой эфир?

Адвокат, которая была с ними, кивнула:

— Уже договорилась. Через час вы будете в студии. Подготовьте всё самое важное: записи, фото, показания.

Покажем правду без купюр.

Прямой эфир.

Студия была оформлена в строгих тонах: тёмно‑серый фон, несколько камер на подвижных рельсах, большой экран позади ведущего. Ребята сидели полукругом на простых стульях — без пафоса, без попыток выглядеть «эффектно». Рядом с ними — Марина Викторовна, в строгом костюме, с папкой документов.

Ребята сидели перед камерами — небритый Данил, заплаканная Нина, решительная Арина, спокойная Ольга, сосредоточенный Егор и Алина, сжимающая кулаки.

Ведущий, опытный журналист с многолетним стажем, начал с краткого вступления:

«Сегодня у нас в гостях необычная группа молодых людей. Они обвиняют своих мужей Дмитрия Ерошена,а также Ивана Ростицкого в домашнем насилии,смерти человека и других содействиях.Буквально час назад эти же люди дали интервью, где назвали своих жен ворами и шантажистами. Сейчас мы дадим слово обеим сторонам — но уже с доказательствами».

Он повернулся к ребятам:

— Начнём с вас. Представьтесь и расскажите свою историю. Кратко, но по существу.

Ольга первой взяла слово. Её голос слегка дрожал, но она смотрела прямо в камеру:

«Меня зовут Ольга Ерошена. Дмитрий Ерошен мой муж. Сначала всё было нормально, но через полгода он начал контролировать каждый мой шаг. Проверял телефон, запрещал видеться с друзьями, требовал отчитываться за каждую минуту. А когда я пыталась возражать — начинал угрожать»

Марина Викторовна подала знак. На большом экране за спиной ведущего включилась аудиозапись где он говорит моим детям что если они расскажут что их папа убийца,то он убьют меня,а после и их. И это все будет выглядеть как несчастный случай.

В студии повисла мёртвая тишина.

Прошло уже около одного часа. Каждый успел рассказать понемногу историю,но не свою,а общую. Так это было и на самом деле. Ребята рассказали горькую правду о своих мужьях миллионерах. За их плечами множество трупов,и им совсем плевать на это все. Они запреметиваю красивую девушку,иду знакомиться с ней,но им отказывают,и они насильно заставляют это делать,но не только это. Они насильно заставили их спать с ними. Этому есть видео доказательства.

Когда все закончили, ведущий обратился к Марине Викторовне: