Кровавые тайны Вединдорского двора

Глава 3. Дождь над дворцом

— Позволь узнать, о чем ты только думала, разговаривая в таком тоне с герцогом Аттертоном? — набросилась на неё Тереза, как только они отошли в сторону.

— Разве я чем-то обидела его светлость? — изобразив вполне искреннее изумление на лице, поинтересовалась Мари.

Едва не сбившись с шага, Тереза бросила на Мари взгляд, полный негодования. В свете свечей её глаза полыхнули ядовито-зелёным.

— Не прикидывайся дурочкой!

Мари нахмурилась, искренне не понимая, почему Тереза так ополчилась на неё. Неужели герцог Аттертон — фаворит её величества? Из писем отца Мари знала, что королева Клементина являлась вдовой. Недолго поразмыслив, она отвергла эту догадку. Вряд ли человек, пользующийся благосклонностью монаршей особы, стал бы назначать свидания фрейлинам в коридорах дворца, где их могла заметить любая служанка.

— Полагаю, в первый раз это сойдёт тебе с рук, учитывая великодушие герцога. Но запомни, милочка, с его светлостью так нельзя разговаривать, — предупредила Тереза. — Иначе ты здесь надолго не задержишься. Хочешь оказаться в какой-нибудь грязной подворотне, когда тебе укажут на дверь? Уж поверь мне, вскоре так и случится, если не попридержишь язык за зубами.

Тереза бросила на Мари красноречивый взгляд.

— Вот уж не думала, что при дворе водятся столь обидчивые мужчины, — пробормотала Мари, однако же решила, что не стоит так легкомысленно отмахиваться от слов Терезы. Всё же до конца не ясно, кто такой герцог Аттертон и какую власть он действительно имеет при дворе.

— Между прочим, отдай! — резко бросила Тереза, вырывая из рук Мари конверт, что вручил ей мистер Филч. — Я сама разберусь, кому его передать.

На этом их разговор оборвался. Ни возражений, ни дальнейших объяснений, только лёгкий шелест бумаги в сжатых пальцах Терезы, да недоумённый взгляд Мари, повисший в воздухе.

Вскоре Тереза привела Мари в уютные покои на втором этаже. Они состояли из спальни, с примыкавшими к ней умывальной, комнатой для музицирования и небольшой столовой. Всё здесь было выдержано в спокойной гамме: переливы фиалкового, нежные оттенки лаванды и холодный блеск серебра. По мягким кушеткам и резным стульям были разбросаны бархатные подушки с серебряными кистями, а высокие окна драпировали тяжёлые фиолетовые портьеры.

Комнаты дышали утончённой гармонией, но прежде чем Мари успела рассмотреть всё как следует, Тереза, не проронив больше ни слова, с холодной учтивостью ретировалась, оставив после себя лишь тихий шорох платья.

Оставшись одна, Мари принялась тщательно исследовать свои покои. Она обшарила все полки и шкафы, проверила туалетный столик, исследовала глубины комода с пахнущими лавандой ящиками. В просторной гардеробной, где уже висело несколько платьев, также не нашлось ничего подозрительного.

Убедившись в прочности замков на дверях и окнах, Мари наконец позволила себе избавиться от невыносимо стесняющего движения дорожного платья. После этого она босыми ногами подошла к кровати с высоким изголовьем, и изящным движением извлекла из-под белой сорочки небольшой кинжал.

Холодное серебро клинка, отточенного до невероятной остроты, мягко поблескивало в свете канделябров. Ручка из слоновой кости, украшенная затейливой резьбой, идеально ложилась в ладонь. Один точный удар, и этот изысканный смертоносный цветок мог оборвать любую жизнь.

Припрятав оружие под мягкой подушкой, таким образом, чтобы его можно было достать в нужный момент, Мари позволила усталости одержать верх, и провалилась в блаженное забытье. Однако даже во сне её пальцы инстинктивно тянулись к спрятанному кинжалу...

Следующим утром она проснулась довольно рано.

Не теряя времени даром, Мари поднялась с постели, прошла к окну и взглянула вниз. Вчерашний ливень скрывал вид оттуда, но теперь перед ней открылась картина, заставившая затаить дыхание. Под окнами её покоев раскинулся великолепный сад, в котором буйствовали розовые кусты, лиловые ирисы и золотистые лилии, обрамлённые идеально подстриженными живыми изгородями. В центре сада находился фонтан.

Но эта идиллия была весьма обманчива.

У подножия фонтана, словно тени, замерли караульные в синих мундирах. Тяжёлые арбалеты в их руках отливали холодной сталью. Они стояли неподвижно, лишь глаза беспокойно скользили по сторонам, будто в любую секунду ожидали нападение невидимого врага. В них чувствовалась та же напряжённая готовность, что и у гвардейцев у ворот, только здесь, среди цветущей роскоши, она казалась ещё более зловещей.

Пока Мари разглядывала здешние пейзажи, тишину её покоев нарушил лёгкий стук. Вскоре двери отворились, а в комнату без промедления прошли две молоденькие служанки. Первая, высокая и статная, была одета в изысканное платье, где персиковые тона мягко переходили в коралловые. Её тёмные локоны, уложенные в изящные завитки, обрамляли круглое личико с живыми карими глазами. Вторая, миниатюрная, носила скромное синее платье, а её волосы цвета осенней листвы, были аккуратно убраны в высокую причёску.

— Доброе утро, мисс Лилиан, — поклонившись, защебетала темноволосая. — Меня зовут Вайолет, её — Хейзел. — Жестом она указала на вторую служанку; та сразу же поклонилась. — Мы приставлены, чтобы служить вам.

— В таком случае, помогите мне одеться, — распорядилась Мари, бросая последний взгляд на сад. — Я намерена осмотреть дворец. Пока что мне довелось увидеть лишь бесконечные коридоры. А сидеть взаперти, тратя драгоценное время, я не намерена.