Кровавый кубок

Глава третья

*     *     *

Наутро, сопровождаемый Робертом, юный сыщик направился в комнату хозяйки замка.

 - Мой сын рассказал мне о настоящей причине Вашего здесь появления, мистер Уайтхол. – приветствовав гостя, начала разговор леди Гоблетсворт. – Откровенно говоря, ваши подозрения кажутся мне такими же невероятными, как и эта легенда о Кровавом Кубке.

 - Тогда как Ваше сиятельство объяснит случившееся? – Поинтересовался юный детектив.

 - Возможно, это был сон… – неуверенно произнесла женщина. – Может быть я спала и увидела во сне что-то такое, что сильно меня напугало.

 - Вам приснился такой страшный сон, что Вы встали с постели, а затем потеряли сознание? Нет, миледи, – Генри покачал головой, – к сожалению, это был не сон. Ваш сын не сказал Вам этого раньше, но он видел нечто, указывающее на то, что Вашему сиятельству грозила, а возможно и сейчас еще грозит большая опасность. Я не хочу пугать Вас, миледи, а просто предупреждаю, чтобы Вы были осторожны, пока я не разберусь с тем, что угрожает Вашей жизни и спокойствию.

Эти слова, сказанные юным детективом со всей серьезностью, возможно убедили леди Гоблетсворт. Роберт Гоблетсворт был очень взволнован тем, что его мать вероятно и сейчас находится в опасности. Женщина успокоила сына, пообещав соблюдать большую осторожность.

Затем Генри Уайтхол попросил хозяйку замка рассказать, что же с ней произошло в ту злополучную ночь.  - Мне также будет интересно узнать, – добавил он, – что было в течение дня, предшествующего случившееся. Надеюсь, Вашему сиятельству не составит большого труда вспомнить как можно больше подробностей, ведь все произошло не далее как четыре дня назад.

Леди немного помолчала, воскрешая в памяти события того дня, конец которого принес ей много весьма неприятных минут. Затем, тяжело вздохнув, начала рассказ… Утром после завтрака они все вчетвером гуляли в саду. Молодые люди играли в серсо, а сама леди читала, сидя в беседке. К ней подошел садовник. Он рассказал, что видел на выставке в городе необычайно красивые розы  и спросил, не желает ли леди, чтобы он приобрел несколько кустов для сада. Леди Гоблетсворт согласилась, и они договорились, что через день утром садовник поедет за саженцами, а в саду поработает вечером. ( - По правде говоря, я только вчера вспомнила об этом разговоре и то только потому, что садовник, приехав из города, сказал, что, к сожалению, саженцев тех цветов не было.) День выдался теплый и солнечный, и прогулка продлилась до самого обеда. После обеда Ричард предложил поехать кататься на лодке (- Здесь неподалеку есть небольшая красивая речка), но погода испортилась,  разразилась гроза, и Гоблетсвортам пришлось остаться дома: 

- Мы снова принялись за чтение старинных бумаг. После ужина мы договорились, что, если завтра будет хорошая погода, прогулка на лодке все же состоится.

Дождь понемногу утих, но в небе изредка еще сверкали молнии и слышались раскаты грома. Я отпустила горничную и легла спать.

Проснулась я от какого-то непонятного шума: сначала мне показалось, что это был удар грома, но звук повторился, и я поняла, что это стучат в дверь. Стук был редкий и громкий. Стоявшая на тумбочке свеча уже погасла; я хотела зажечь ее и встала, чтобы взять уголек из камина; но в это время дверь отворилась, и я просто замерла на месте от страха. Непонятная фигура в белом приближалась ко мне. Я заметила в руке у этого существа что-то похожее на чашу. Призрак подошел ко мне. В ту же секунду в небе сверкнула молния, и я увидела: то, что протягивал призрак, было старинным кубком, наполненным какой-то  жидкостью.   От страха у меня закружилась голова, я закричала и потеряла сознание.

Очнулась я уже утром. Вокруг меня хлопотали горничные, а у кровати сидели Ричард и Сесиль. Потом приехал врач, которого вызвал Роберт. Вот и все. Знаете, мистер Уайтхол, я не из тех впечатлительных женщин, которых пугает даже мышиный шорох в дальнем углу комнаты, но, поверьте, все, что произошло той ночью, было поистине ужасно". – Леди Гоблетсворт судорожно вздохнула. Видно было, что она вновь переживает перенесенный ею страх. Несколько минут прошло в молчании.

Затем Генри, что-то обдумывавший, обратился к леди Гоблетсворт:

- Ваше сиятельство, позвольте задать Вам несколько вопросов, чтобы я мог иметь более точное представление об этом деле. И еще, прошу прощения, миледи, – поклонился он, извиняясь, – я бы хотел осмотреть комнату.

 - Конечно, мистер Уайтхол, – доброжелательно кивнула хозяйка. – Можете спрашивать что угодно и осматривать все, что посчитаете нужным.

 - Когда в тот день вы занимались чтением бумаг, не попадались ли вам еще какие-нибудь упоминания о легенде и проклятии Кровавого Кубка?

- Нет. – Леди покачала головой. – Это может показаться странным, но мы не нашли ни одного упоминания о странных или таинственных смертях хозяев замка.

 - А по рассказу Вашего сына я помню, что мисс Мелиндер говорила о непонятной смерти Вашего прадеда? 

- Может, Сесиль и права. Как Вы уже знаете, мы не успели разобрать все бумаги.

- Вы случайно не помните, миледи, в котором часу Вас разбудил стук в дверь? – Переменил тему разговора детектив. 

 - Не могу сказать точно.  Помню только, что горничную я отпустила примерно в половине десятого, потом немного почитала и загасила свечу. В полудреме я слышала, как часы в зале пробили четверть одиннадцатого, а потом я уснула. Долго ли я спала – не знаю. 

- Миледи, не могли бы Вы описать существо, которое вошло в комнату: его фигуру – мужская она была или женская, походку; не показались ли они Вам хотя бы смутно знакомы? Я, конечно, понимаю, что в том состоянии, в каком оказались Вы тогда, трудно было что-либо запомнить, но все же…

  - Нет, что Вы, мистер Уайтхол. – Женщина вздохнула. – В тот момент я была просто вне себя от ужаса. Если бы в это время ко мне подошел кто-нибудь из родных, я и его не узнала бы.