Кровавый след для сына

Кровавый след для сына

КРОВАВЫЙ СЛЕД ДЛЯ СЫНА

Ты бы их простил, сын?

ГЛАВА ПЕРВАЯ

НЕЗАБЫВАЕМЫЙ ПРАЗДНИК

Дело было в селе F, примерно в сорока пяти километрах от Саратова. Там, у родительской избы, родился их сын по имени Михаил. Праздник в честь него проходил во дворе семьи Громовых – под свист и топот ног, под музыку, в котором веселились гости.

Два гостя открывают дверь и выходят на улицу. Одного зовут Иван Коротков, другого – Влад Белов. Они были лучшими товарищами Григория, которые спасли ему жизнь во время вторжения в Польшу, где Григорий получил серьёзные раны, истекая кровью, что пришлось ему отступать с фронта и лечиться в Саратове.

У Ивана Короткова были зелёные глаза, короткие чёрные волосы с небольшой лысиной на голове, а рост у него был средний. На нём была светлая рубашка с мягким воротником без галстука, тёмно-синие брюки с ремнём и невысокие сапоги. У Влада Белова были карие глаза, густые коричневые кучерявые волосы, шрам над левой бровью и средний рост. На нём была клетчатая рубашка с закатанными рукавами, тёмные джинсы с широким ремнём и ботинки на толстой подошве.

Выйдя на улицу, оба ребят начали дальше радоваться, прерываясь на икоту:

– Ха-а... Этот праздник я… Ик!... Никогда не забуду! – рассмеялся Иван, еле держась на ногах.

– И не говори, ха-ха! – проговорил Влад, придерживая его за плечо.

Пятое ноября тысяча девятьсот сорок второго года – это был простой день для обычных людей, которые праздновали в честь семьи Громовых – рождения ребёнка. Все веселились, все были в восторге. И мама, и папа сияли от счастья, но никто и не подозревал, что всё может измениться. Их радость, как и жизни миллионов других людей была разрушена жизнью словом: Великой Отечественной войной.

Иван Коротков с икотой и хохотом начал пытаться потанцевать на ногах «Трепака», выкрикивая «оп-оп!». В этом момент Влад Белов вдалеке, в конце улицы увидел машину, приближавшуюся к ним:

– О, гляди-ка, Иван... – проговорил Влад, показывая пальцем. – К нам приближается машина.

Иван с уставшими ногами с трудом встал, сказав:

– Где? Я… Ик!.. Не вижу... – проговорил Иван, у которого веки были полузакрыты.

Влад резко схватил Ивана за голову и пальцами стал раздвигать ему веки, пытаясь заставить его увидеть машину:

– Разуй свои пьяные глаза уже наконец! – рявкнул Влад, голос его звучал со злостью.

– А-а… Вижу, вижу... – произнёс Иван, увидев машину.

Наконец машина остановилась перед ними. Вышел военный и, прикладывая правую руку к козырьку, приветствовал их:

– Здравия желаю!

Влад Белов сразу приложил правую руку к козырьку:

– Здравия желаю!

Иван Коротков сперва растерялся, не поняв, зачем они отдают честь, но потом опомнился:

– А-а… А! Да-да-да!.. Здравия желаю!

– Здесь живёт Громов Григорий Андреевич? – спросил военный у двоих.– Да, позвать его? – спросил Влад.

– Конечно. – ответил военный.

– Хорошо, сейчас позовём… Иван, пошли! – сказал Влад и они побежали, пытаясь не упасть.

В это время внутри избы Григорий Громов и его лучший друг Тимур Приказов праздновали, сидя за столом и наполняя стопки водкой, а сзади них танцевали и пели соседи.

– Ну что, Григорий, поздравляю тебя! Желаю, чтобы твой сын был вот таким молодцом и всегда оставался крепким орешком! – воскликнул Тимур.

У Тимура Приказова были карие глаза, он носил с собой очки, потому что он плохо видел, чёрные причёсанные волосы и рост у него был высокий. На нём были одеты брюки, заправленные в сапоги, пиджак и кепка. Его галстук был широким и коротким, а сверху он носил пальто.

Григорий немного посмеялся над его словами, но решительно сказал:

– Спасибо большое тебе, Тимур, ну что, выпьем?

У Григория Громова были голубые глаза, коричневые волосы с небольшой лысиной на голове, имел высокий рост, морщины были хорошо видны на лице, руках и шее, он носил усы. На нём были вязаный жилет поверх рубашки, пиджак, брюки с ремнём и сапоги.

– Выпьем! – громко сказал Тимур.

Как только Григорий и Тимур хотели выпить, уже у двери было слышно голос крика Ивана и Влада:

– Григорий! Григорий!

Григорий повернулся к ним:

– Чего такое?

– Там военный приехал, сказал, чтобы тебя позвать! – крикнул Влад.

Григорий фыркнул и по неаккуратности пролил стопку водки на стол. Тимур не сдержался и расхохотался, стуча ладонью по столу. Но Григорий всё же поднялся и вышел на улицу.

Выйдя на улицу, он увидел военного, который сразу же приложил руку к козырьку:

– Здравия желаю, Громов Григорий Андреевич!

Григорий автоматически ответил тем же:

– Здравия желаю!

– Мне сообщили, что вас признали временно негодным к службе во время вторжения в Польшу и оставили в Саратовской больнице до выздоровления? – спросил военный.