Кровавый союз. Белая мышка и Д'морте

Глава 1. Сила в цепях

Сердце стучало в висках, холодный ночной воздух с трудом проталкивался в сжатое страхом горло. Сильвина бежала не помня себя, не оборачиваясь, а глядя широко распахнутыми глазами исключительно вперед, будто там находилось спасение. Но кругом непроглядный темный лес, мрачный и не сулящий ничего хорошего. Лес был к ней пока равнодушен, потому не пугал, а люди, что неслись за ней след в след, жаждали крови, ведь если не схватят её, то гнев хозяина неминуемо обрушится на них.

Хозяин, Роджер Вейн, терпеть не мог, когда дорогой товар ускользал из его рук. Она слышала, что наказывал он очень жестоко, но никогда не убивал, ведь за мертвое тело не получишь ничего. Юные девушки, чьи руки не знали тяжёлого труда, стоили баснословно дорого. Будь она аристократкой, то сумму можно было увеличить втрое, но дочь богатого купца тоже сгодится.

Бывшего богатого купца Орвина Альбена, что неожиданно стал неугоден купеческой гильдии.

Перед глазами промелькнули дни двухмесячной давности, когда в их дом нагрянули люди. Круша все вокруг, они вывели отца из его кабинета и увезли в неизвестном направлении. Сильвина и младшая сестра Элис в полном оцепенении от случившегося, не придумали ничего лучше, как остаться на месте, надеясь, что всё это ошибка и отца скоро вернут. В следующий раз пришли уже за ними. Так же бесцеремонно скрутили, невзирая на сопротивление и крики, и сообщили, что теперь они – собственность Роджера Вейна, одного из лидеров гильдии.

Силь (так ласково называла её мать в детстве) прикусила губу до красных капель, чтобы привести себя в чувство и не вспоминать о времени, проведённом в заключении. Ей выпал шанс вырваться, и сейчас не время реветь и думать о несправедливости. Нужно бежать, бежать, бежать и не оглядываться, бежать как можно дальше от ищеек и надеяться сохранить себе жизнь.

Жизнь – важнее всего.

Не дав ей ни минуты на передышку, послышался протяжный вой – спустили собак. Во рту мигом пересохло, и тело на долю секунды перестало слушаться. Сильвина запнулась о сухой пень, почувствовав, как потеряла один башмак, и неуклюже рухнула подстреленной птицей, неловко размахивая руками, как неисправная мельница. С приглушенным воплем, вырвавшимся из груди, она буквально провалилась под землю.

Её окутала кромешная тьма, липкая и устрашающая. Прислушавшись к ощущениям, Силь поняла, что отделалась парой ушибов и ссадин, и всё было бы неплохо, если бы не растянутая нога. Тихо поскуливая от невыносимой в первые секунды тянущей боли, девушка поднялась, руками пытаясь нащупать окружающее пространство. Если не считать рыхлую кучу земли под ногами (босой ногой она ощущалась слишком явственно), то вокруг было очень просторно, словно она оказалась в каком-то подземном коридоре, а не в охотничьей яме, о чем подумала в первую очередь.

«Это спасение или могила?» – подумала Сильвина. Больше походило на второе. Даже запах, затхлый и тяжелый, напоминал чей-то забытый склеп. Откуда ему только взяться в лесу, вдали от города? Если это только не какое-то древнее захоронение. Размышлять в этом направлении совершенно не хотелось, когда реальная угроза ещё не отступила и дышала в спину.

Дрожащими содранными пальцами Сильвина наткнулась на стену и шаг за шагом осторожно продвигалась вперед, надеясь, что преследователи не смогут настичь её здесь. В какой-то момент ей захотелось остановиться, сжаться в комочек и малодушно расплакаться, как маленькой девочке, потому что то и дело в голове звучал противный голос, говорящий о том, что все её попытки бесполезны. Даже если она сможет оторваться от ловчих хозяина, то что ей делать дальше в этой глуши? Она плохо знала, как жили люди за пределами отцовского дома: он очень опекал её и младшую сестру, чтобы они никогда не столкнулись с тяготами и лишениями. А теперь, оказавшись без его поддержки, Сильвина не понимала, чего ей и ожидать и на что надеяться. Есть ли вообще в этом смысл?

Кто знает, может быть, лучше было бы, если бы её продали на сегодняшнем аукционе. Новый хозяин мог оказаться кто угодно и, если судьба справедлива, то это был бы хороший человек… По крайней мере, лучший из тех, кто смеет оценивать жизнь других людей и покупать их за деньги. Уж лучше Роджера…

«Дура», – обругала себя Силь и до скрежета сцепила зубы. Нет, лучше пускай её сожрут дикие животные, чем она узнает, каково это быть чьей-то рабыней или того хуже. Лучше умереть, но не подчиниться. Как вызволить сестру и узнать о судьбе отца, она придумает после, когда окончательно выберется сама.

Лай собак послышался где-то в отдалении, пронзившись даже сквозь толщу грунта. Это очень взбодрило и заставило на время забыть про боль в растянутой ноге. Сильвина не знала, как глубоко она была под землёй, но понимала, что если псы наткнутся на её запах, то ловчих это не остановит. Едва взяв след, они доберутся до неё во что бы то ни стало, как и до тех бедолаг, которые рискнули сбежать вместе с Сильвиной. Если не считать её, то их было трое: двое мужчин, так же, как и она, попавших в долговое рабство, но уже по своей глупости; и девушка-сиротка, что попалась на воровстве. Силь видела, что мужчин поймали сразу, они медлили, чтобы дать сбежать ей и другой девушке, думали задержать и после присоединиться к ним, но ловчие взяли числом. Дальше она не стала смотреть на то, что с ними случилось, но была благодарна их жертве за то, что сама ещё на свободе.

Отгоняя от себя жуткие эпизоды недавнего прошлого, Сильвина ускорилась настолько, насколько позволяла темнота и ноющая боль, и, когда она опять начала терять надежду, выбившись из сил, ей показалось, что впереди стало немного светлее. Глаза, привыкнув, начали различать очертания просторного зала, мрак которого рассеивали лунные лучи, пробивающиеся сквозь дыры в потолке, проделанные мелкими грызунами. Силь уже не нужна была опора, чтобы идти дальше. Она в растерянности остановилась, напряглась, ожидая новую опасность уже отсюда.