Кровавый вкус победы

Глава 5. Рука помощи

Мы шли по улицам, если то, что я видел, вообще можно назвать улицами, уже около часа, а я всё не мог привыкнуть к тому, что видел. Во-первых, стоит отметить, что и домен не походил на устоявшиеся представления об архитектуре Бездонных Провалов. Пожалуй, лишь стоявший на высоком холме замок, таки окружённый рвом из кипящей лавы, да городские стены более-менее соответствовали приписываемой людьми мрачности и ужасности, остальное же... представляло собой хаос. И никак иначе. Можно было долго идти по улице вверх, чтобы потом оказаться намного ниже места, откуда ты начинал. Дорога могла извиваться подобно горной, выливаться в широкие проспекты и тут же превращаться в тонкие тропы. Местные строения точнее всего следовало бы описать как разнообразные объёмные фигуры, кое-как наставленные друг на друга. Здание могло быть как относительно прямым, так и опасно кренящимся или вообще изломанным в трёх-четырёх местах. Некоторые соединялись арочными и не только мостиками, по большинству из которых лично я поостерегся бы ходить. На многоугольных площадях возвышались странные памятники, шпили, скульптуры, зачастую также имеющие опасный крен в сторону. Это было царство острых углов и отсутствия здравого смысла.

Определить по постоянно находящемуся в движении алому небу время суток казалось невозможным, но по оживлённости улиц я сделал вывод, что сейчас в домене самый разгар дня.

— Вовсе не обязательно, — Антинаэль, с которым я поделился своими соображениями, отрицательно покачал головой. — Домен никогда не спит, а наступление ночи не подчиняется никакой закономерности.

— Я не понимаю, как вы тут живёте.

— Наслаждайся хаосом, герой. В Перворождённом мире такого не увидишь.

Перворождённым, насколько мне известно, древнейшие обитатели Саладеры называли мир людей, поскольку боги якобы создали сначала именно его. И слава им всем, что наш мир действительно не похож на Провалы.

Не меньше, чем архитектура, меня поразила одежда местных обитателей. Казалось, демоны умудрились смешать моду всех стран и всех эпох, прошедших и грядущих. За исключением легионеров-стражей, облачённых в форменные доспехи, я не встретил ни одного повторяющегося наряда. Но в этом карнавале безумных цветов и фасонов был и приятный момент: многие демоницы предпочитали короткие платья, совершенно не скрывающие их стройные ноги.

Пока я изучал окружающую обстановку, Антинаэль напряжённо что-то высматривал. Наконец удовлетворённо хмыкнул и свернул в малозаметный переулок. Народец здесь был несколько иной — низкорослые, с выступающими животами и уродливыми, с точки зрения человека, физиономиями. У некоторых из них были зачатки крыльев, на которых эти существа даже умудрялись летать невысоко над землёй.

— Это низшие. Один из многих видов, — шёпотом пояснил демон. — Они населяют Провалы со дня их основания. Разумным представителям даже дозволяется жить в доменах. Иных же используют как домашних животных, а особенно опасных ссылают в Пустоши.

— А откуда они взялись? — также шёпотом поинтересовался я, невольно вспоминая «собаку».

— Много откуда. Эти, например, — несколько изменённые летучие обезьяны с Небес. Магией не владеют, оружие в руках удержать не могут, зато отличные мастера и ремесленники.

И хотя говорили мы на велифарском и очень тихо, несколько существ обернулись и наградили нас неприязненными взглядами.

— Не обращай внимания, — спокойно отмахнулся Антинаэль. — Упоминание Небес здесь считают за ругательство.

Пройдя насквозь негостеприимный переулок, мы оказались в на удивление круглом дворе. Едва я сделал пару шагов, на меня с разбегу налетел некто, замотанный в оборванный сине-зелёный плащ. Окинул взглядом легионерский доспех, пропищал что-то похожее на извинения и скрылся в ближайшей арке.

Я долго смотрел ему вслед, не веря своим глазам.

— Это что, человек?

Антинаэль принюхался.

— Он самый. Точнее — мёртвая душа. Вот ведь паршивец.

— Не похоже он как-то на бесплотного духа.

— А за пределами специально отведённых для них секторов все души обретают плоть. Иначе их не переловишь.

— Ну а как же вечные муки, котлы с кипящим маслом? — нельзя же упустить случай выяснить, какая она, жизнь после смерти.

— Этим покажи котёл — тут же переплавят и продадут, — отшутился демон. Исчерпывающий ответ о качестве местной публики. В голове возникла совершенно неприличная для благовоспитанного человека мысль, что Бездна, может быть, — не такая плохая альтернатива Небесам. По крайней мере, скучно не будет.

Одна из ведущих во двор дверей открылась. Краснокожий демон в засаленном фартуке небрежно прицепил над входом вывеску и подпёр створку толстой палкой. Внутрь тут же устремилась разнообразная нечисть, до сей поры успешно скрывавшаяся среди домов. Мы с Антинаэлем присоединились к очереди, если так можно назвать невообразимую толкотню, помогая себе локтями и раздавая пинки зазевавшимся, в числе первых прорвались внутрь.

Интерьер безднинской таверны очень удачно оттеняли развешанные под потолком скелеты, на изрезанных ножами и прожжённых огненными заклятиями столах стояли подсвечники из костей, а за барной стойкой из чёрного камня можно было разглядеть полинялый портрет в рассохшейся раме.

Едва мы сели за выбранный стол, к нам подошёл хмурый хозяин заведения и достаточно вежливо обратился к Антинаэлю. Тот начал что-то перечислять, после чего оба демона уставились на меня. Очень надеясь, что мне не предлагают, допустим, съесть змею живьём, я кивнул.

— Я заказал нам запечённое мясо Ках’унти. Не возражаешь? — поинтересовался Антинаэль, когда тавернщик отошёл.

— Я первый раз слышу про такого зверя, но нет, я не возражаю, — покладисто согласился я.

— Сейчас поедим и расспросим про караваны.

Мясо принесли очень быстро, что послужило причиной недовольства у остальных посетителей. Они застучали ложками по столешницам, требуя внимания.

— Низшие такие шумные, — пробормотал демон, подцепляя ножом аппетитно дымящийся кусок. Тщетно подождав, когда принесут вилку, я последовал его примеру. К слову, нам даже не пришлось снимать шлемы — создатели предусмотрели в районе рта несколько раздвигающихся пластин. После этого открытия я бы не удивился, узнав, что легионеры и спят в доспехах.