Кровавый вкус победы

Глава 6. Время умирать

Первое, что я увидел после того, как померкла разноцветная круговерть, — дрянной и грязный деревянный пол, разрисованный витиеватыми узорами, блеклыми и кое-где размазанными.

Откуда-то сверху послышался насмешливый голос:

— Поздравляю, господин генерал! А я уж думал, что твой безупречный послужной список всё-таки будет испорчен одним маленьким поражением.

Я поспешил подняться с пола. Антинаэль, уже твёрдо стоящий на ногах, подал мне руку, которой я, впрочем, не воспользовался.

Маг стоял, скрестив руки на груди и разглядывая нашу колоритную пару с нескрываемым любопытством.

— Менкар, друг мой! Какое счастье, что ты догадался нас вытащить! — радостно улыбнулся я. — Ты просто не представляешь, в какой заднице мы оказались!

— Почему-то догадываюсь, — хмыкнул чародей. — Но зная тебя, я был уверен, что хотя бы до демона ты доберёшься...

— Уму непостижимо! — перебил его Антинаэль. — То, что ты сделал было нашим единственным шансом сбежать оттуда живыми! Но, Великий Хаос, откуда ты узнал моё истинное имя?!

— Было сложно, — признался маг. — Сначала я попробовал использовать стандартный вызов. Но там такая блокировка стоит, что все архимаги Алишера не пробьют. Видимо, твои сородичи очень постарались, чтобы ты не смог избежать заточения. Но, к счастью, в работах Эфтекара ибн Альбедо, Сулима ибн Вазира и архимага Ифрана мне встречались различные имена и прозвища. Соединив их вместе, а затем изменив звучание в согласии с правилами образования демонических имён, которые, к слову, довольно хаотичны и на первый взгляд лишены логики, я сумел подобрать последовательность, которая, как видите, оказалась правильной.

— Ты чёртов гений, — только и смог произнести ошарашенный Антинаэль.

— Вот пусть теперь кто-нибудь только попробует сказать, что я забиваю голову кучей никому не нужных фактов, — ответил Менкар, бросив на меня насмешливый взгляд.

— Я никогда такого не говорил, — поправил его я. — А если и говорил, то беру свои слова обратно!

— После битвы у Васерикского монастыря. А ещё около деревни... — начал перечислять чародей, но я не дал ему углубится в припоминание моих грехов и крепко по-братски обнял. Менкар похлопал меня по спине и замолчал на полуслове. Задумчиво зажал в пальцах край плаща.

— Невероятно, — словно не веря своим глазам, протянул Менкар. — Определённо, ради этого стоило спуститься в логово демонов!

— У меня на родине только наместник султана имеет такой плащ! Да и тот, пожалуй, не столь хорош, как этот! — продолжал восхищаться чародей. На самом деле, он говорил намного больше, просто я смог понять только это — от волнения Менкар перешёл на свой родной язык.

— Эти плащи носились офицерами и вполне могли бы пойти на обмундирование легионеров, если бы не достались нам, — со знанием дела пояснил Антинаэль. Похоже, кальшехранский он тоже прекрасно знал. — Людям же обычно продают такое старье, что распоследний кандидат не наденет.

— Да? — мне показалось, с облегчением выдохнул Менкар. — Правильно, что я тогда не согласился...

— Хотел заключить сделку с демонами? — заинтересовался Антинаэль. — И что же у тебя за него попросили?

— Неважно, — излишне поспешно свернул разговор маг. — Дело прошлое.

Антинаэль пакостно улыбнулся, но ничего не сказал.

Мне же пришла в голову отличная идея. Я торопливо расстегнул застёжку и набросил плащ на плечи мага.

— Носи на здоровье!

— Это мне?! Спасибо... Такая прелесть... Ты уверен? Я даже не знаю, как тебя... — Менкар запутался в словах и остановился перевести дух. Как мало, оказывается, бывает человеку надо для счастья.

— Самое меньшее, чем я могу тебя отблагодарить, — пожал плечами я. — Всё равно мне немного осталось...

И улыбнулся. Мне удалось сохранить лицо, даже когда улыбка стала вымученной. «Всё рано мне немного осталось...». Простые слова, сказанные беспечным тоном, но у меня внутри словно лопнул туго натянутый канат. Там в Пустошах я шёл к цели. Я боролся за победу и за свою жизнь, принимая головокружение и внезапно накатывающую слабость лишь за досадную помеху. Теперь же цель стояла рядом со мной, рассматривая своими странными глазами с кошачьими зрачками ветхие стены, а я вновь отчётливо понимал, что этим славным, но увы, последним деянием завершу свой жизненный путь.

Как тогда в лабиринте, в глазах моих потемнело, я лишь успел схватиться за плечо Антинаэля пред тем, как провалиться в непроницаемый мрак.

На стороне некромантов сражались вампиры. Некогда бывшие людьми, но проклятые тёмными силами, для кого солнечный свет стал опаснее яда, а единственной пищей служила человеческая кровь. Мерзкая, исковерканная форма жизни. Но сами вампиры относились к своему проклятию с какой-то нечестивой гордостью, мне совершенно непонятной и противной. Один из них и стал моим убийцей.

Может быть, в том была и моя вина. Наша армия возвращалась домой, солдаты шутили и веселились. Я поддался всеобщему настроению. И отплатил за свою беспечность тем, что проснулся ночью от прикосновения к моей шее холодной когтистой руки. Вампир виртуозно прошмыгнул по лагерю к моей палатке, избежав столкновения с часовыми.

— Лест Дель Аркуа, мы снова встретились.

Я узнал его. Этот вампир называл себя граф Де Вилль, и, хотя жил со своим проклятием не более сорока лет (именно тогда в нашем мире впервые появились отвратительные носители «тёмного дара»), считался «Древним» и предводителем всех вампиров. Выглядел он неважно: в плече застрял серебряный кинжал, правая рука висела плетью, а камзол был обильно забрызган темной кровью — его собственной.

Я попытался дотянуться до меча, лежащего рядом на табурете, но Де Вилль только сильнее прижал меня к спальнику.

— Уходи, — прохрипел я. — Ваши войска разбиты. Чего ты добиваешься?

— Вкус победы пьянит, не так ли? — не обращая на меня внимания, тихо зашептал вампир. — Но вы испили его раньше срока. И последний удар графа Де Вилль достигнет цели.