Круг ночи

Пролог

— Стоять, ведьма! — громогласно рявкает голос, от которого кровь стынет в жилах.

От неожиданности сердце ухает куда‑то в пятки, а ноги сами, без моей воли, срываются на бег.

Как он так быстро смог меня найти? Я же старалась, заметала следы…

Едва успеваю залететь в дом и с треском запереть на засов дверь, как на неё обрушивается град ударов — такой силы, что стены содрогаются, а картина с бабулькой‑ведьмой недовольно косится с гвоздя, словно укоряя: «Ну и наворотила ты дел, деточка!»

— Не виноватая я! Он сам пришёл, — бурчу себе под нос, пока дверь ходит ходуном.

Да пусть он хоть голову разобьёт об неё, всё равно открыть не сможет. Заговоренная она, ещё старой ведьмой. А раньше, как известно, на совесть делали — не то, что нынешние поделки с гарантией на три дня!

— Откр-р-рывай, рыжая! — рычит оборотень, злой как чёрт, тарабаня по дверному полотну. — А не то хуже будет!

— Ага, щас! — кричу я, и хмыкаю. — Мне ещё пожить хочется!

— Ведьма! Я не шучу!

— Я тоже! Волк! — отвечаю я, и в груди закипает смесь страха и злости.

Вместо ответа в дверь прилетает ещё один удар — такой мощный, что с полки падает засушенная голова крысы и недовольно клацает зубами, сдавленно ворча:

— Это что ещё за безобразие?

— Я бы тоже хотела это знать, — шиплю я на неё подхватывая за ухо. — У тебя была одна задача, сообщать о чужаках. Как можно было проморгать этого бугая?

— А сама то, как думаешь? — улыбается криво крысёныш. — Значит не чужак он тебе вовсе! Моё дело маленькое…

— А ну цыц! — шикаю я, закидывая бестолковую головёшку обратно на полку.

И прислушиваясь к наступившей тишине. Тягучей и зловещей.

Не сдался он — нутром чую. Скорее пошёл искать другой способ пробраться внутрь. И ведь найдёт же, чертяга!

Ну и я времени зря не теряю. С лихорадочной поспешностью включаю радиоприёмник на полную громкость — пусть слушает народные частушки да улюлюканье под балалайку. Открываю кран, усиливая напор воды, — создаю себе шумовую завесу. Зажигаю газовую печь и ставлю на неё зловонное варево. Щепотка магии — и красно‑бурая жижа начинает бурлить, источая жуткую вонь, от которой кажется даже тараканы в панике покидают дом.

Я улыбаюсь в предвкушение потирая ладони.

Стоит волку хорошенько вдохнуть моё творенье, и нюх у него на неделю отшибёт.

В груди ворочается чувство сострадания на я давлю его в зачатке.

А так ему и надо! Будет знать, как меня взаперти держать!

Я поспешно хватаю свою сумку, но случайно задеваю ящик с колбами и те с треском обрушиваются на пол, разлетаясь на осколки. Разноцветные зелья растекаются по полу абстрактной картиной: тут тебе и фиолетовое «Забытье», и зелёное «Пробуждение», и розовое «Любовь с первого взгляда». Но времени прибираться за собой уже нет.

На цыпочках прокрадываюсь на второй этаж к единственному в доме не заколоченному окну. Нашептываю заклинание — и оно бесшумно распахивается. Как раз в тот момент, когда где‑то внизу раздаётся грохот.

Нашёл всё-таки…

Не дожидаясь пока черненький волчок придёт кусать меня за бочок, я оцениваю внешнюю сторону стены с выступающими досками. Вниз спускаюсь, цепляясь за каждую доску, как заправский альпинист, и, едва коснувшись земли, несусь к лесу.

Несколько раз оборачиваюсь, убеждаясь в отсутствии погони, на ходу натягиваю шапку и торопливо прячу под неё волосы.

— Твою же… Рыжая! — слышится рёв оборотня из дома, полный ярости и разочарования.

Я злорадно усмехаюсь, представляю, как он вдыхает мой «ароматный подарочек». Ускоряю бег, но тут раздаётся хлопок— и я останавливаюсь как вкопанная.

По спине пробегает табун мурашек, а предчувствие неминуемой кары накрывает с головой.

А вот этого я не планировала…

Из распахнутого окна вырывается облако разноцветного дыма — видимо зелья вступили в реакцию с варевом создавая выброс энергии.

Я передергиваю плечами, сбрасывая с себя сковывающее оцепенение.

Ну и ничего. Переживёт! Отделается легким испугом. Ну в худшем случае облысеет на пару неделек. Ему только на пользу пойдёт, с его то раздутым эгом...

Додумать я не успеваю, как раздаётся ещё один взрыв — более мощный. Дверь сносит взрывной волной, языки пламени разрастаются, охватывая деревянный дом.

А вот это он может и не пережить…

Внутри всё холодеет.

Я, конечно, хотела избавиться от волка, но не таким же способом!

Но долго мучиться от чувства вины мне не приходится. За входной дверью, слетевшей с петель, из дома выскакивает разъярённый мужчина. Совершенно голый, перемазанный сажей, с торчащими на голове дыбом волосами. Он крутит головой из стороны в сторону, быстро находит меня взглядом и стремглав бежит в мою сторону.

— Чёртова ведьма! — рявкает он и выругивается витиевато себе под нос.